Смерть и козий сыр - Йен Мур

Валери закашлялась, подавившись коктейлем, и Ричард тоже встал, будто мог чем-то помочь.

– Вы можете улизнуть пораньше, если хотите, мадам Таблье. Думаю, на сегодня ваши услуги нам больше не понадобятся.

– Улизнуть пораньше? – возмутилась уборщица. – Да я уже восемь минут отработала сверхурочно! Улизнуть пораньше, как же! Хотите остаться втроем без свидетелей, уж это наверняка. – Она загремела ведром вдоль террасы, производя столько шума, сколько могла, выкрикнув напоследок: – Слишком развязными все стали, если спросите меня. Так и прыгают из одной постели в другую!

– Что она сказала? – поинтересовалась Клер.

– Очевидно, выразила недовольство возросшим количеством супружеских измен, – угрюмо перевел Ричард.

– Серьезно? Она имела в виду кого-то конкретного?

– Бедный месье Менар! – взвыла мадам Таблье, выплескивая грязную воду на клумбу. – Не успело остыть его тело, как она уже нашла замену.

– Элизабет? – в этот раз подала голос Валери.

– Да! Мадам Менар. Ну, чего еще ждать от иностранки? Не в обиду присутствующим.

– Я думал, она родом из Лиона, – недоуменно хмыкнул Ричард.

– Да это ж все равно что другое государство! – отрезала уборщица. – Там везде одни распутники.

– А с кем Элизабет завела роман, вы случайно не в курсе? – Опуская солнечные очки, Валери подмигнула Ричарду, который про себя понадеялся, что Клер этого не заметит.

– Не знаю! Да и не мое это дело, так? – Мадам Таблье вытряхнула из ведра последние капли. – Но в городе слухов полным-полно. Так и распространяются. Поговаривают о ней и Гроссмалларде. Отвратительно! В ее-то возрасте!

Ричард перевел все сказанное Клер.

– Я думала, вы уже знаете об этом, – без всякой необходимости прошептала та.

– Лучше получить подтверждение из разных источников, – пояснила Валери.

– В смысле, конечно, оба они вдовые, – уборщица снова оперлась на древко, – но соблюсти какие-никакие приличия не помешало бы. Хоть бы вели себя не так открыто, что ли. – И она обрушила швабру на каменные плитки, точно сражалась с драконом.

– Что вы имеете в виду: они оба вдовые? – Ричард опять запутался.

– Элизабет Менар, – громко, по слогам, будто разговаривая с идиотом, произнесла мадам Таблье, – и тот шеф-повар, Себастьен Гроссмаллард! Честное слово, я думала, к этому времени даже вы уже прознаете. Ее видели выходящей из кухни его ресторана поздно ночью двое суток тому назад. Бесстыдница!

– И кто же их видел? – с негодованием уточнила Валери.

Вопрос был справедливым, учитывая, что оказаться на парковке поздно ночью и подсмотреть за покидавшей кухню женщиной мог только намеренно явившийся туда соглядатай. А потому обвинения в нарушении приличий казались натянутыми.

– Да уж не извольте сомневаться, сведения из самого надежного источника! – Уборщица подхватила ведро. – Дочку Гроссмалларда видели на станции ждущей поезд на Париж. В слезах. И в компании брата. «Терпеть не могу эту женщину, – говорит, значит, ему рыжуля. – Она все погубит!» А парнишка и отвечает: «Я поговорю с ней. Подумай, ей только что довелось потерять мужа». Вот так!

– Невероятно, мадам Таблье. Откуда вы только все это узнаете?

– Я вам не стукачка, мистер гражданский консультант полиции. Ну, пойду, пожалуй. – И она с лязганьем удалилась, даже не сказав au revoir[33] на прощание.

– Какая необычная женщина, – прокомментировала Клер, потрясенная представлением. – Не понимаю, зачем ты до сих пор ее терпишь. Я бы точно не стала.

– А мне она нравится, – улыбнулась Валери, провожая взглядом немолодую уборщицу, ковылявшую прочь.

– И мне, – покачал головой Ричард, сам ошарашенный данным признанием.

– Вижу, вы двое прекрасно знаете, что делаете. Уже можно считать вас квалифицированными специалистами в подобных вещах, верно? – Клер сняла Паспарту с колен и осторожно опустила его на землю, явно чувствуя себя лишней, и не только из-за языкового барьера. – Что ж, я, пожалуй, пойду распаковывать чемоданы. Ричард, если ты не против, я займу нашу комнату. Тебе всегда отлично спалось и в кинозале. Не сомневаюсь, там в придачу будет что посмотреть из виденного прежде всего-навсего несколько сотен раз. – Каждое слово так и сочилось ядом, который, однако, не произвел никакого эффекта ни на одного из собеседников. Они оба уже полностью погрузились в мысли о расследовании. – Приятно было снова встретиться, Валери. Нужно будет пробежаться вместе по магазинам, пока я здесь. У Ричарда отвратительный вкус. Девичник – всегда отличное развлечение.

– Да, чудесная идея, – отозвалась Валери тоном легким, как летний бриз.

– И, Ричард?

– Да? – поднял он взгляд на жену.

– Сегодня вечером я планировала встретиться за коктейлем с Эндрю и Таней в Клошевиле. Помнишь их? – Ричард совершенно не понимал, о ком шла речь. – Приятная пара. Он архитектор. Полагаю, ты вряд ли захочешь составить мне компанию?

– Я готов, – пытаясь говорить насколько мог сдержанно, ответил Ричард. У него создалось впечатление, что жена не оставила ему выбора. – Если так нужно.

– Отлично, тогда выезжаем через час, – с этими словами Клер упорхнула в сторону дома.

– Проклятье! – выругался он себе под нос. – Я даже не знаю, с кем поеду на встречу, черт подери!

– Ну, – Валери посмотрела на Ричарда с сочувствием, проистекавшим из накопленного за прошлые браки опыта, – иногда нам приходится делать то, что нам не очень хочется, во имя поддержания мира. Например, встречаться с незнакомыми людьми.

– Да, ты права, – вздохнул он.

– Только, пожалуйста, – тон Валери слегка изменился, – сделай мне два одолжения: не задерживайся допоздна и не слишком много пей.

Воображение тут же унесло Ричарда за пределы стратосферы.

– А почему нет? – пролепетал он.

– Потому что сегодня ночью мы сами отправимся следить за рестораном Гроссмалларда и выясним, кто же в действительности крутит интрижки! – Валери сняла солнечные очки и посмотрела на Ричарда широко распахнутыми от восторга глазами.

Глава семнадцатая

– Как прошла встреча? Тебе понравились коктейли?

На первый взгляд казалось странным, что Валери решила завязать светскую беседу именно сейчас, но, пожалуй, это имело определенный смысл: они как раз сидели в засаде, подразумевая старомодную слежку, какую обычно устраивают копы в кино. Внешний вид Ричарда безошибочно показывал, насколько он неверно понял цели мероприятия. Он облачился в черное с головы до ног и даже нанес на лицо темную краску, которую Валери одолжила на прошлом ночном задании. Она сама надела легкое летнее платье, сандалии и даже нацепила на лоб вездесущие солнечные очки, несмотря на время суток.

– Наверное, нормально, – последовал чуть раздраженный ответ.

Ричард только что выслушал довольно резкую критику в сторону своего наряда и теперь чувствовал себя не просто глупым, но и немодным. А все из-за ошибочного предположения, что слежка означает скрытное наблюдение, и соответствующей экипировки. Валери же решила действовать иначе. Она планировала припарковать машину в углу неосвещенной стоянки, чтобы никто их не увидел, а если же кто-то все же заметит, то можно было бы притвориться тайными любовниками. Такова была легенда. Ричард же своим нарядом рушил ее: со стороны Валери казалась бы больше похожа на жертву похищения. Она приложила усилия, чтобы как-то исправить ситуацию: стерла с лица напарника маскировочную краску и велела ему снять черные перчатки и шапочку.

– Просто нормально? – продолжила расспросы Валери.

Она припарковала машину капотом от входа в ресторан в дальнем углу стоянки, но постоянно поглядывала в зеркало заднего вида.

У Ричарда возникло ощущение, возможно ошибочное, что собеседница хочет выпытать у него какую-то информацию касательно их брака с Клер. Оптимист бы расценил это как признак проявления ревности, но Ричард перестал надеяться на лучшее еще в пубертатный период, считая это ловушкой для поимки неосторожных путешественников по жизни. По правде говоря, если Валери и хотела что-то выяснить про семейный статус четы Эйнсворт, то спрашивала не у того супруга. Ричард знал не больше любого прохожего. Может, даже меньше. Поведение Клер с момента ее приезда колебалось между язвительно-пренебрежительным, что выражалось в уже давно привычном словесном избиении, будто молотком по голове, и собственническим, к чему Ричард уж точно не привык. Казалось, жена пыталась принять решение на его счет, но пока не приняла. Так или иначе, как только она что-то выберет, то не оставит супругу ни малейшего шанса возразить – это единственное, что он знал наверняка.

– Нормально в смысле плохо или нормально в смысле хорошо? – настойчиво уточнила Валери, до сих пор делая вид, что лишь поддерживает пустую болтовню и что совершенно не заинтересована в ответе.

– Честно, я и сам не знаю. Не могу раскусить Клер. Неясно, чего она хочет в данный момент. Кроме того, мои мысли заняты другим, – добавил с намеком Ричард.

– Я тебя понимаю. – Интересно,