Убийство в спальном вагоне - Наталья Александрова

Конечно, имеются приятные исключения вроде знаменитогосыщика Ниро Вульфа, который, как известно, выращивал орхидеи, но это –исключение, а всякое исключение только подтверждает правило, да и вообще, НироВульф – это не живой человек, а литературный персонаж, про него и выдуматьмогли.

Виктор жил в квартире один и комнатными растениями неувлекался.

Он на своей лоджии устроил что-то вроде бара. Поставил тамплетеную ротанговую мебель и часто посиживал в удобном кресле с бокаломконьяка, любуясь закатом над озером, – один или в небольшой компании друзей,а то и с какой-нибудь подругой.

И он даже не подозревал, какие сильные чувства разбудил вдуше своей соседки Нинели Васильевны Сморчковой.

Нинель Васильевна жила в однокомнатной квартире на том жеэтаже и остро завидовала владельцам лоджий.

В ее квартире лоджии не было, и многочисленные комнатныерастения занимали все свободное место. Кухня была заставлена бесчисленнымигоршками и горшочками с фиалками, под потолком раскачивались подвесные кашпо сгеранями и бегонией, спальня густо заросла лианами, так что иногда, вставпосреди ночи, Нинель Васильевна с трудом могла найти среди зарослей своюкровать – она блуждала среди лиан, как путешественник в тропическом лесу.

Даже в ванной у нее все время стояли горшки с растениями –Нинель Васильевна регулярно устраивала для них душ.

Поэтому, заглядывая на лоджию к соседу, женщина чувствовалак нему острую неприязнь.

«Надо же, – думала она, – у него есть лоджия, а онсовершенно неправильно ее использует! У него там нет даже скромного ящика спетуниями! Вот если бы у меня была лоджия, я бы там такое развела! У меня бытам были настоящие джунгли!»

Кроме этого, Нинель Васильевна испытывала к Виктору сильнуюклассовую неприязнь.

Дело в том, что она считала его богатым человеком, а себя –бедной пенсионеркой.

Нинель Васильевна действительно несколько лет назад вышла напенсию. Правда, кроме пенсии, она получала ежемесячное содержание от своегобывшего мужа, и содержание это было «неплохой добавкой к пенсии» – больше этойсамой пенсии раз в двадцать.

Муж ушел от нее пять лет назад, злые языки утверждали, чтоон не вынес бесчисленных комнатных растений, которыми Нинель Васильевназаполнила каждый квадратный сантиметр их общего жилища. Ему надоели листки иветочки, плавающие в утреннем кофе, привкус минерального удобрения в омлете,комки земли на журнальном столике, лианы, свисающие со шкафов и норовящиеухватить его за шиворот. Во всяком случае, он поступил достаточно благородно –купил бывшей жене квартиру в приличном доме, дорогую машину, выплачивал ейежемесячное пособие, но этот незначительный факт как-то ускользал от еесознания, и Нинель Васильевна не забывала каждый раз напомнить всем и каждому,что она – бедная пенсионерка.

Когда соседи собирали деньги на железную дверь, отделяющуюлестничную площадку от тамбура, куда выходили двери квартир, или на кафельнуюплитку для того же тамбура, или еще на какие-нибудь общие нужды – она наотрезотказывалась сдавать деньги, напоминая, что она – нищая пенсионерка.

Соседи пожимали плечами: дом у них был дорогой, приличный,совсем уж бедные люди в нем не селились…

Самая занятная история произошла как-то на очередномотчетном собрании ТСЖ – товарищества собственников жилья, созданногообитателями Дома в парке.

Кто-то из жильцов предложил установить по периметру зданиявидеокамеры и нанять нескольких охранников, чтобы те следили за припаркованнымивозле дома машинами, а заодно и за общественным порядком на прилегающей к домутерритории. Все участники собрания эту идею горячо поддержали, но когдаподсчитали, сколько денег придется собрать для этой цели, – НинельВасильевна выскочила на трибуну, выпучив глаза, и закричала, что она – беднаяпенсионерка и сдавать такие деньги не намерена, и вообще положение с парковкойвозле дома совершенно ужасное, она каждый день мучается, пытаясь пристроитьсвой «лексус»…

У Нинели Васильевны, при всех ее несомненных достоинствах,был один досадный недостаток – она зачастую говорила раньше, чем успевалаобдумать свои слова.

Бедная пенсионерка Нинель Васильевна напилась кофе сосвежими круассанами и приступила к утреннему обходу своей плантации. Пока онаобошла все растения, полила их, а некоторые подкормила питательной минеральнойсмесью, пока она посокрушалась над вянущей пуансеттией и порадовалась новымбутонам, появившимся на штамбовой азалии, незаметно прошло три часа.

Она уже собиралась выйти в магазин, как вдруг в дверьквартиры кто-то позвонил.

Поскольку соседи, несмотря на отказ «бедной пенсионерки»,отделили железной дверью тамбур от лестницы, Нинели Васильевне пришлось выйтииз своей квартиры и пересечь тамбур. Только тогда она смогла прильнуть к глазкуи разглядеть визитеров.

Она увидела перед дверью троих мужчин очень подозрительноговида – в мятых кожаных куртках, в потертых джинсах, коротко стриженных и плоховыбритых.

– Вам кого надо? – настороженно осведомиласьНинель Васильевна.

– Откройте, гражданочка, милиция! – пробасил одиниз визитеров и поднес к глазку красную книжечку удостоверения.

Слово «милиция» действовало на «бедную пенсионерку»безотказно, как магическое заклинание. Видимо, у нее в крови сидело привычноепочтение к силовым ведомствам, и строка Маяковского «моя милиция меня бережет»не казалась ей пустым звуком.

Во всяком случае, Нинель Васильевна открыла дверь, преждечем успела вспомнить, что уборщица Галя рассказывала о бандитах, которые воттак же, под видом милиции, проникли в квартиру ее сватьи и вынесли оттудабуквально все – вплоть до пачки хорошего чаю, чайного ситечка и упаковкитуалетной бумаги.

К счастью, трое гостей действительно оказалисьмилиционерами.

Они позволили Нинели Васильевне тщательно изучить своидокументы, более того – разговаривали с ней весьма вежливо.

Самое же приятное – они расспрашивали ее о богатом соседеВикторе Бегунове, и из их расспросов Нинель Васильевна поняла, что соседаразыскивают в связи с каким-то серьезным преступлением.

– Я всегда знала, что он преступник! Вор ибандит… – выпалила она по привычке, прежде чем обдумала свои слова.

– Почему вы так думали? – заинтересованно спросилее старший из милиционеров.

– Потому что на лоджии у него буквально ни цветочка непосажено, – ляпнула Нинель Васильевна, сама чувствуя, что это звучиткак-то неубедительно. – И вообще, он богатый, – добавила она. –А раз богатый – однозначно преступник…

Милиционеры переглянулись, и старший из них проговорил:

– Спасибо вам за ценную информацию! А вот вы намскажите, Нинель Васильевна, когда вы своего соседа последний раз видели?