Пристанище - Мария Орунья

связь с Вандой Карсавиной. Кроме того, разузнай о конгрессе спелеологов – как часто проводится, кто участвует, какие темы там обсуждаются, есть ли что-то, имеющее отношение к Средневековью. В общем, ты сам все знаешь. Если успеешь, попробуй выяснить, что за курс читала наша принцесса в университете. Мы сейчас поедем в общежитие, но полезной может оказаться любая информация о содержании курса, который она вела, о его длительности или участниках.

– Да, лейтенант, – важно ответил Сабадель.

– Теперь Торрес и Субисаррета. Свяжитесь с консульством Польши, пусть семью Карсавиной уведомят о случившемся, а также возьмите на себя хлопоты о транспортировке тела, когда эксперты закончат с ним. Нужно дать четкие инструкции сотрудникам консульства, чтобы они выяснили у родных, не рассказывала ли Карсавина о каких-то личных проблемах, или, может, они сами что-то замечали. Все ясно?

– Так точно, – хором ответили Торрес и Субисаррета.

– Затем поезжайте на моту. Продолжите опрос местных жителей, немедленно сообщите, если что-то узнаете. На это уйдет время, там довольно много домов. Разведайте, нет ли поблизости бара или магазина, открытых ночью, где могут быть камеры наблюдения.

Агенты покивали.

– Камарго, ты вчера отлично поработал. Не только отыскал связь между пропавшей преподавательницей и мертвой принцессой, но и успел организовать опознание в Институте судебной медицины. Из соседки Карсавиной по комнате удалось выудить что-нибудь ценное?

– Нет, она в полнейшем шоке, с трудом разговаривала. Она тоже преподавательница, я смог узнать только номер телефона жертвы, и все. После опознания ей дали успокоительное. Надеюсь, сегодня она будет говорить более связно. – Лицо у капрала было довольное: лейтенант Редондо скупа на похвалы.

– Хорошо. Посмотрим, что нам с Ривейро удастся узнать сегодня. Номер телефона передадим судье, чтобы он отправил запрос в телефонную компанию. Соседка сообщила, когда в последний раз разговаривала с Карсавиной?

– Кажется, в субботу, по вотсапу. В воскресенье она позвонила Карсавиной, но та не взяла трубку.

– Но если я правильно понял, в воскресенье днем жертва еще была жива, ведь так? – вмешался Ривейро. – Разумеется, нужно удостовериться, что в воскресенье она обедала в Фонде Комильяса.

– Да, – кивнула Валентина, – сегодня же и выясним. Но не забывайте о болотном человеке, у обоих были чертовы монеты. Камарго, изучи базу пропавших людей, вдруг кто подходит под описание. Не знаю, успела ли Кардона вчера подготовить отчет, но позвони ей, и если да, то пусть срочно передаст тебе данные, пробьешь по базе отпечатков пальцев.

– Хорошо, – кивнул капрал.

– Кстати, – добавила лейтенант, – наши коллеги из Комильяса опросят жителей ближайших к болоту домов, хотя те и стоят в полукилометре от места, где обнаружили труп. Камарго, свяжись с тамошним отделением, пусть держат тебя в курсе всех новостей. Мы с Ривейро поедем в Фонд Комильяса, но ты позвони туда и вызнай все детали о конгрессе и о том, где размещались участники. Пусть перешлют тебе буклеты, любой иллюстративный материал, все что угодно, все. Нам нужно как можно скорее выяснить, где Карсавина ночевала с субботы на воскресенье.

– Да, лейтенант, – улыбнулся Камарго, радуясь, что доверие Валентины Редондо к нему возросло настолько, что она предоставляет ему такую свободу действий.

– Ривейро, ты со мной. Едем в эти жилые конюшни, а потом в Фонд Комильяса. Позвоню сейчас Кларе Мухике, узнаю, какие данные со вскрытия принцессы у нее есть, но вряд ли раньше вечера мы что-нибудь получим.

Валентина ушла в свой кабинет, чтобы позвонить судмедэксперту, но телефон зазвонил еще до того, как она сняла трубку. Это была Клара Мухика. Они как раз начали вскрытие мужчины с болота, но прервались, потому что из Мадридского национального института токсикологии и судебно-медицинской экспертизы пришел отчет по Ванде Карсавиной.

Когда Валентина после разговора с Кларой пересказала членам команды содержание отчета, воцарилось оцепенелое молчание, все переглядывались, совершенно сбитые с толку, у всех в глазах был один и тот же вопрос.

Акисмон, Сан-Луис-Потоси, Мексика

Три года назад

5:45 утра

Они сбавили ход. Склон стал круче, хотя в скале когда-то прорубили каменные ступени. Паоло, Марку, Хельдеру и Артуро не терпелось поскорее добраться до места. Акисмон и Пещеру ласточек они оставили на десерт – как кульминацию после недели в пещере Лечугилья, в штате Нью-Мексико, почти в трех часах на самолете отсюда.[20][21]

Артуро было сложно не заметить: массивная фигура и лицо, щедро обмазанное солнцезащитным кремом, были видны издалека. Четверо исследователей намеревались сегодня спуститься в самый большой естественный колодец в мире – место, которое спелеологи считают красивейшей вертикальной пещерой на планете. Колодец представлял собой полый перевернутый конус.

Здесь они были не в связи с работой, а из интереса – своего рода каникулы, которые каждый из четверых встроил в свой забитый график.

По возвращении в Европу Паоло собирался повидать Ванду, а потом снова погрузиться в работу. Вечно эта работа. После знакомства в Нёрдлингене два года назад они с Вандой были на связи. Временами промежутки между их встречами выдавались совсем короткими, а иногда и по полгода. Все зависело от графика их поездок и исследовательских программ. Их отношения по-прежнему носили неопределенный характер. Паоло это устраивало – он мотался по миру, заряжался адреналином в экспедициях по неведомым местам, не отказывал себе в развлечениях и, да, встречался с женщинами. Ванда тоже могла заводить романы с другими мужчинами, однако ей тяжело давались эти полуотношения, постоянные разлуки и встречи, и хотя ей нравилась ее жизнь, но все же в ней было куда больше рутины, чем в жизни Паоло.

Марк, Артуро, Паоло и Хельдер помимо рюкзаков тащили еще и парашюты. Они собирались прыгнуть в пропасть. Свободное падение как источник естественного адреналина. Резкое повышение сердечного ритма, ощущение, что ты жив.

– Сюда, господа ученые, – позвал гид Марсело, говорил он со своеобразным акцентом, – если пожелаете, можете попробовать великолепный кофе у Терезы, кофе местный. – Он указал на грубый столик, за которым работала пухлая женщина средних лет с длинной косой. – Еще рано, времени у нас предостаточно.

Женщина приглядывала за кофейником на плитке, попутно расставляя сувениры на подстилке лазурного цвета.

– Матерь божья! – изумленно воскликнул Артуро Дюбах. – И здесь сувениры? Прямо посреди джунглей?

– Да, и есть еще одна точка, почти у самого колодца, – ответил гид.

– Но вы разве не говорили, что тут всего минут двадцать пути? – спросил Марк. – Не многовато ли тогда привалов?

Марсело лукаво улыбнулся:

– Господа ученые, в шесть тридцать утра тут все будет забито туристами. В шесть тридцать вечера тоже.

– А почему именно в шесть тридцать? Что это за магический час? – полюбопытствовал Артуро.

Отказавшись испробовать великолепный Терезин кофе, группа продолжила путь.

– В это время птицы утром вылетают из