Изумруд раджи - Агата Кристи

– Да. А разве Джералд вам ничего не говорил?

– Нет. Поэтому ничего не выйдет, – угрюмо ответил молодойчеловек. – Я не одет для кабаре.

Девушка нахмурилась:

– Значит, вы ничего не знали? Сейчас посмотрим, что вамподойдет из одежды. Теперь мы должны идти до конца.

Величественный дворецкий открыл дверь и почтительно отступилв сторону, пропуская их.

– Звонил мистер Джералд Чемнейс. Он очень хотел поговорить свашей милостью. Но передать ничего не просил.

«Понятно, – сказал себе Эдвард. – Итак, я – Эдвард Чемнейс.Но кто она? „Ваша милость“? И как это совместить с украденным колье? Карточныедолги?» В фельетонах, которыми изо дня в день кормился Эдвард, прекрасныегероини вечно попадали в катастрофу из-за своих карточных долгов.

Величественный дворецкий передал Эдварда с рук на рукилакею. Через четверть часа он вышел в холл в безупречном костюме от «СивилРоу».

Какой незабываемый вечер!

Они сели в машину и поехали в «Ритсон». Как и все, Эдвардбыл наслышан об этом скандальном месте. Кто не знал «Ритсон»?.. Эдвард боялсяодного: не встретить бы друзей настоящего Эдварда Чемнейса. Но этот парень, каквидно, долго жил за границей, его мало кто знал в лицо, так что молодой человекнесколько успокоился.

Сев за столик у стены, они заказали коктейли. Боже, коктейли!Для Эдварда это было высшей степенью роскоши, символом изысканного пиршества. Адевушка в шелковом платье пила их без особого интереса. Вдруг она встала:

– Потанцуем?

Это было единственное, что Эдвард умел делать всовершенстве, поэтому на них все смотрели.

– Ох, чуть не забыла! Дайте, пожалуйста, колье! – протянуладевушка руку.

Эдвард вынул из кармана драгоценность и протянул ей. Оназастегнула аграф на шее и с обольстительной улыбкой посмотрела на своегоспутника.

– Пошли еще!

Они опять танцевали, и более эффектного зрелища на памяти узавсегдатаев «Ритсона» еще не бывало.

Они опять присели за столик. К девушке подошел спобедоносным видом старый джентльмен.

– О, леди Норин, как всегда, танцует божественно! Да, да! Акапитан Фолио здесь?

– О, Джимми упал и вывихнул лодыжку.

– Неужели? Как это случилось?

– Я еще сама не знаю подробностей! – Она засмеялась.

Джентльмен, раскланявшись, отошел.

Эдвард смотрел на нее, совсем сбитый с толку. Теперь онкое-что узнал. О знаменитой леди Норин говорила вся Англия. Она славилась своейкрасотой, отвагой, она была первая из первых в кругу золотой молодежи. Недавнопоявилось сообщение о ее обручении с родовитым капитаном кавалерии, гвардейцем.

– Но все-таки зачем вы это сделали? – не унимался Эдвард. –Скажите!

Она мечтательно улыбнулась:

– Вы, наверное, не поймете меня. Так надоедает обыденность,надоедает изо дня в день одно и то же. И я придумала заняться... ограблениями!Пятьдесят фунтов за право участвовать в жеребьевке. Мне и Джимми выпала АгнесЛорелла. Вы знаете правила, которые мы разработали? Три дня на выполнениекаждого ограбления, носить украденный предмет на публике по крайней мере час, иначепропадет залог и сто фунтов штрафа. Эта вывихнутая лодыжка Джимми оказаласьочень кстати. Мы все равно выиграли.

– Я понял, – медленно произнес Эдвард.

Норин быстро встала и закуталась в шарф.

– Отвезите меня куда-нибудь. На набережную, что ли. Вкакой-нибудь страшно привлекательный уголок. Да, минуточку... – Она расстегнулаколье. – Возьмите его. Я не хочу, чтобы меня из-за него задушили.

Они вышли из кабаре. Машина стояла на плохо освещенноймаленькой соседней улочке. Когда они завернули за угол, возле них резкозатормозил автомобиль, и из него выскочил молодой человек.

– Норин! Наконец-то я вас нашел! Эта дубина Джимми перепуталмашины! И один бог знает, где теперь бриллианты! Представляете? В хорошенькуюже кашу мы попали!

Леди Норин ошеломленно смотрела на юношу:

– Как?.. Но они же у нас... ну, вот у него, у Эдварда.

– У Эдварда?

– Ну да, – ответила девушка, показывая на своего спутника.

«Вот я и влип, – подумал Эдвард. – Значит, это и есть мойбрат, Джералд?» Тот нахмурился:

– Что вы говорите? Эдвард в Шотландии!

– О! – воскликнула девушка, растерянно глядя на своегокавалера. – О! – повторила она, то бледнея, то краснея. – Значит, вы и впрямьнастоящий грабитель?

Понадобилось очень немного времени, чтобы Эдвард оценил ситуацию.Он видел в глазах девушки страх и, к его удивлению, восхищение. Да, да,восхищение! И он решил, что сыграет свою роль до конца!

– Мне остается только поблагодарить вас, леди Норин, –сказал Эдвард, элегантно поклонившись. – Я никогда не забуду этогоочаровательного вечера... – Уголком глаза он оглядел машину, на которой приехалДжералд. Да, это его машина! – До свидания, мисс!

Один легкий прыжок – и он уже за рулем, нога наакселераторе. Машина рванулась. Джералд остолбенел и не пошевельнулся. Однакодевушка оказалась куда более проворной и успела вскочить на подножку.

Резкий вираж, страшный скрип тормозов, и Норин,задохнувшись, положила руку на локоть Эдварда.

– Отдайте мне его... я должна вернуть его Агнес Лорелле...О, будьте великодушны! Мы провели такой потрясающий вечер вдвоем, мытанцевали... мы были... друзьями. Неужели вы не отдадите мне колье? Мне?

«Женщина колдовской красоты...» – вспомнилась фраза изкниги.

Да, конечно же, такие существуют!

Эдвард был рад-радехонек избавиться от ожерелья, а тут ещеНебо подарило ему случай сделать благородный жест. Он вытащил из карманадрагоценность и нежно опустил в протянутую ладонь девушки.

– В память нашей дружбы! – сказал он.

– Ах!

Глаза девушки засияли; она потянулась к молодому человеку иприжалась губами к его губам.

Потом она ловко соскочила с подножки, и машина понеслась.

Разве это не красивый роман, как в той книге? И чем неприключение!

На следующий день, в полдень, Эдвард Робинсон вошел вмаленькую гостиную Мод.