Дочь Авраама - Кеннет Дун

– Как так?

– А вот так. Внес плату за месяц вперед и пропал. Сказал, что уезжает, чтобы привезти дочку.

– Совсем пропал?

– Конечно же нет. Но почти месяц от него не было ни слуху, ни духу. А потом он приехал, сказал, что заберет свои вещи. Мол, решил пожить у родственников жены. Выглядел он, надо сказать, значительно лучше. Видимо, они его там подлечили за этот месяц, потому что бинтов уже не было почти, да и говорил он не так сипло. Приехал на шикарной машине с шофером, с ним была дама, настоящая леди. Она очень извинялась за доставленные неудобства, предложила оплатить коттедж еще на месяц, пока я буду искать нового жильца. Они с шофером помогли Абрахаму собрать вещи и отнести в машину, ведь руки его еще были в бинтах. Хотите еще лимонаду? Я только что свежий сделала. А маринованных пикулей? Я сама их выращиваю и закатываю в банки, как меня учила бабушка из Чикаго, пусть земля ей будет пухом.

– Я плохо помню этот эпизод, – наклонился ко мне Мортон, когда миссис Йерден снова метнулась к холодильнику. – Мы тогда с сенатором были в Вашингтоне, а Эллен оставалась с Пиппой. Рэйми прожил в поместье несколько месяцев, поправлялся после ранения. Эллен удалось его убедить, что он не сможет один присматривать за ребенком в таком состоянии. Вы могли бы спросить у нее сами.

– И больше вы Рэйми не видели? – спросил я хозяйку, отцепляя кошачьи когти от своей штанины.

– Почему же, видела. Он приехал потом еще месяца через четыре. Спросил, не приходили ли ему какие-то письма. Ему и правда приходили открытки из госпиталя, письма из военного ведомства. А одно письмо я нашла, когда убирала дом после его отъезда. Оно упало в щель за комодом и там застряло. Я отодвигала комод, когда пылесосила, вот оно и выпало. Судя по конверту, это было письмо от его покойной жены, пусть покоится с миром. Я так переживала, что Арбрахам его потерял, но ведь он не оставил адреса родственников, к которым отправился жить.

– И что произошло дальше?

– Ничего. Абрахам поблагодарил меня, забрал все письма и уехал. Вот после этого я точно его больше не видела. Так что с ним случилось? Вы его разыскиваете? Ну точно не у меня, ведь я его почти двадцать лет не видела. Неужели он что-то натворил? Такой милый мужчина и очень любил свою малютку.

Нам с Мортоном с трудом удалось утихомирить любопытство миссис Йерден.

– А знаете, ведь не только вы его искали, – вдруг сказала она, когда мы уже встали, чтобы проститься. – Та девчонка из госпиталя, ну, что ему открытки писала, я же говорила. Так вот она приезжала сюда. Примерно через месяц после того как Абрахам забрал свои вещи. Довольно симпатичная для черной и одета прилично. Сказала, что работала медсестрой и беспокоится за здоровье мистера Рэйми, мол, как он идет на поправку, хотела она знать. Как по мне – так она неровно к нему дышала. Я читала в одном из романов, что с медсестрами такое бывает. Выхаживают, а потом влюбляются, даже если кто-то такой безобразный, как Абрахам. Не подала виду, но я заметила, как она расстроилась, когда я сказала, что мистер Рэйми переехал к родственникам жены.

– И больше не появлялась?

– Нет. Да и Абрахам, похоже, не испытывал к ней взаимных чувств. Раз не ответил на ее открытки. Надеюсь, девушка нашла себе хорошего мужа. Она довольно симпатичная была для черной, а они быстро дурнеют.

– Не помните случайно, как ее звали?

– А как тут не запомнить? Имя такое заковыристое – Каллиопа. А фамилия Остин, как город, там мой младший брат жил, пусть земля ему будет пухом. Каллиопа Остин, точно вам говорю.

Я возблагодарил прекрасную память миссис Йерден и ее многочисленную родню, пусть земля ей будет пухом. Поскольку всегда считал, что совпадения случаются, но с небольшой долей вероятности.

Кто мог предположить, что второй раз за последние дни мне встретиться женщина с именем Каллиопа. Фамилия у нее теперь, правда, была другая, но, как справедливо заметила миссис Йерден, может, она и правда нашла себе хорошего мужа?

Глава 18

– Я так понимаю, что ни в полицию, ни к врачу мы не едем? – мрачно спросил Мортон, когда я откинулся на пассажирское сиденье.

– Нет, это подождет. Сейчас самое время нанести неожиданный визит в контору ЮЗКЗГС в Анахайме. Вы знаете, где это?

– Не имею представления.

– Езжайте по пятой автостраде, а дальше я покажу.

Делайла Бэнкс, сторожевой цербер комитета защиты гражданских прав, снова встретила нас в приемной во всеоружии.

– По какому праву вы снова приходите сюда?! – возопила она. – Мистер Гаррисон не может вас принять, вы не назначили встречу.

– Мы пришли вовсе не к мистеру Гаррисону или к кому-то из оргкомитета. Нас интересует ваша телефонистка, миссис Пьюфрой. Она сегодня дежурит?

Для Делайлы это стало последней каплей.

Метнувшись в кабинеты начальства, она через пять минут вернулась, волоча на буксире самого Вирджила Гаррисона, а также адвоката комитета Эндрю Берснтейна.

– Вот они! – ткнула она пальцем в нас с Мортоном. – Хотят допросить миссис Пьюфрой. Эта женщина и так настрадалась от полицейского произвола, чтобы мы позволили ее безнаказанно терроризировать.

– Что происходит, Стин? – вполголоса спросил меня Гаррисон, теребя волосы. – Мы вроде вчера прояснили все вопросы. Почему вы возвращаетесь и устраиваете этот цирк? Кстати, что у вас с лицом?

– Напали неподалеку от вашего офиса. А цирк тут устраивает только миссис Бэнкс. Мы совсем не собираемся терроризировать достойную миссис Пьюфрой. Просто хотели поговорить о ее отношениях с мистером Рэйми. Кстати, познакомьтесь, это Мортон Джасперс, друг и консультант сенатора Роббена.

– О. Но у миссис Пьюфрой не было никаких отношений с Эйбом. Она пришла в комитет только в мае прошлого года. Они едва ли пару раз пересеклись в приемной.

– Позвольте нам самим выяснить это. В рамках конфиденциальной беседы. Или вы предпочтете, чтобы этот разговор велся в полицейском участке?

Как и сказал Вим, Гаррисон был прежде всего политиком. Он пошушукался с юрисконсультом, после чего нас с Мортоном проводили в маленький кабинет, куда через пять минут вошла зашуганная Каллиопа Пьюфрой. За ней семенил адвокат Бернстейн, всем видом давая понять, что не даст запугать женщину еще больше.

– Я не знаю, о чем вы хотите… – начала она.

– Ваше девичья фамилия Остин?

– О. Как вы узнали?

– Значит, это вы были медсестрой, которая выхаживала в военном госпитале Абрахама