По дороге к смерти - Джеймс Хедли Чейз

Дэнни О'Брайену было семьдесят три года. Его единственной причудой были безобидные воскресные ночные оргии — он нанимал двух девушек, чтобы те имитировали половой акт, а он с кружкой пива в руке наблюдал, мысленно возвращаясь к тем временам, когда он был участником, а не зрителем таких забав.

Лепски застал его сидящим на рабочей скамье, любовно раскрашивающим ярко-алый парадный мундир свинцового офицера кавалерии.

Лепски пинком открыл дверь и ворвался в комнату, по-полицейски нахмурившись. Он решил не принимать от этого старого плута ни малейшей лжи и вышибить ему мозги, если тот попытается обмануть.

Дэнни поднял глаза, отложил лупу. Он выглядел болезненным, ото лба начиналась лысина, его зеленые глаза были тусклыми, улыбка — доброй, но безучастной. Он казался безобидным: милый старичок, слегка дряхлеющий, казалось, с ним можно было обращаться как с ребенком. Лепски знал другое. За куполообразным лбом скрывался острый, коварный ум, который, может быть, сейчас и терял свою остроту, но Лепски сильно в этом сомневался.

— Мистер Лепски! — Дэнни отложил солдатика и улыбнулся улыбкой старого человека, получившего неожиданный и дорогостоящий подарок. — Как приятно! Как дела, мистер Лепски, и как дела у миссис Лепски? Могу я уже поздравить вас с повышением?

Лепски пододвинул стул с прямой спинкой и сел верхом.

— Слушай, Дэнни, — сказал он твердым голосом копа. — Давай к делу. Лысый Риккардо был в городе в прошлый четверг. Он тут оставался три дня. Я хочу знать, что он эти три дня делал. Так что давай рассказывай.

— Лысый Риккардо? — Дэнни выпрямился, его глаза расширились от удивления. — Он тут был? Ну-ну. — Он покачал дряхлеющей головой. — Мистер Лепски, должен признать, что я несколько задет тем, что он не пришел повидаться со мной. В конце концов, когда-то мы дружили. — Он испустил вздох, сбивший трех солдатиков. — Ну вот. Бывшие преступники быстро забывают друзей. Они живут одиноко. Конечно, откуда человеку с вашими связями, с вашим честолюбием, мистер Лепски, знать, каково быть одиноким, или хотя бы понять это…

Лепски одарил старичка малоприятной циничной улыбкой.

— Дэнни, ты, может быть, и не в курсе, но тебе грозит беда, — сказал он. — Или ты раскалываешься по поводу Лысого, или…

Дэнни был слишком стар, чтобы реагировать на блеф.

— У вас на меня ничего нет, мистер Лепски. Говорю же: я не видел Лысого…

— Я не глухой. Эти две красотки, которые каждый воскресный вечер сюда приходят и дают представление… Я держу их на мушке. Когда они не извиваются на твоем проклятом ковре, их нетрудно прибрать к рукам. Они на пару лет уйдут от дел, а я им расскажу, что это ты им помог. Как это тебе понравится?

Дэнни заморгал, отчего Лепски понял, что ему это не понравится.

— Не знаю, о чем вы говорите, мистер Лепски…

— У меня мало времени. Когда я словлю этих двух, я приду за тобой. Как ты смотришь еще на пять лет в камере, Дэнни?

Дэнни вздрогнул:

— Я ничего не сделал…

— Конечно нет, но допустим, я найду в этой лачужке пару пакетиков с героином? Думаешь, удастся тебе из этого выпутаться?

— Вы не сделаете такого со стариком, мистер Лепски… — Теперь Дэнни говорил жалобно.

Лепски злобно ухмыльнулся:

— Можешь жизнь свою прозакладывать, что сделаю. Ну как, расколешься или работу мне задашь?

Дэнни понял, что проиграл. Он откинулся на спинку стула, в глазах его ясно читалось, что он покорился судьбе.

— Что вы хотите знать?

Лепски одобрительно кивнул:

— Вот умничка. Я знал, что ты исправишься. Лысый к тебе приходил, а?

— Если я вам расскажу, мистер Лепски, вы оставите девочек в покое?

— Разумеется… зачем они мне? И тебя оставлю в покое, Дэнни, — честнее и быть не может.

— Да, он сюда приходил. Он сначала пошел к Соло, но Соло ему не помог, и он пришел ко мне. Он хотел взять в долг пятьсот долларов.

— Зачем?

— Он сказал, что хочет взять напрокат катер. У меня пятисот долларов не было, и ему пришлось обойтись без катера.

— Зачем он ему был нужен?

Дэнни помедлил, потом, видя нетерпение Лепски, произнес:

— Он сказал, что хочет попасть на Кубу.

Лепски уставился на него:

— Куба? Какого черта он не угнал самолет? Сейчас все так делают! А какого черта ему надо было на Кубе?

— Он с собой что-то хотел взять. Он поклонник Кастро.

— Что-то… в каком смысле что-то?

— Не знаю, но ему нужен был катер, и я решил, что это нечто большое и тяжелое. — Дэнни помолчал, потом продолжил: — Он был напуган, мистер Лепски, сильно напуган. Мне даже смотреть на него было страшно.

— В каком смысле он был поклонником Кастро?

— А вы не знали? Лысый — ярый комми. Он считает, что Кастро — величайшая личность за всю историю человечества.

Лепски фыркнул:

— А что за работу он нашел в Веро-Бич, Дэнни?

— Не знаю, я слышал что-то, но это ничего не значащие вещи. Все, что мне известно, — работа очень прибыльная.

— Что ты слышал?

— Слухи. Говаривали, что это будет самое крупное дело Лысого.

— Кто говорил?

Дэнни неопределенно махнул рукой:

— Ну, вы же знаете, как это бывает, мистер Лепски. Стоишь в баре, слышишь разговор. Смотришь, двое коротышек беседуют.

— И говорят, что Лысый мертв, так?

Дэнни кивнул:

— Нуда, но это ничего не значит. Он, может быть, и жив.

— Нет, думаю, он умер, — жестко сказал Лепски. — Кто его убил, Дэнни?

— Я не знаю. Даже не уверен, что он мертв.

Лепски поверил ему.

— Лысый был самодовольным негодяем, — сказал он. — Он всегда свою лысину париком прикрывал. Значит, интересовался девушками. Кто его нынешняя подружка, Дэнни?

— Мы никогда не были близки настолько, чтобы говорить о его женщинах, мистер Лепски, — сказал Дэнни, но по тому, как он заморгал, Лепски понял, что он лжет.

— Я опять задам этот вопрос, а к завтрашнему дню эти твои две сучки будут у меня. Кто его подружка?

Дэнни облизал сухие губы, потом развел руками:

— Я слышал, ее зовут Мэй Лэнгли.

— Кто она, где ошивается?

— Не знаю.

На этот раз Лепски знал, что Дэнни говорит правду.

— Дай-ка телефонную книгу.

Тот поднялся и подошел к столу. Он нашел телефонную книгу с загнутыми страницами, передал ее Лепски.

Лепски обнаружил адрес Мэй Лэнгли за несколько секунд — 15565, Морской бульвар, Сикомб.