Убийственная стрижка - Эллен Байеррум

У Эдриенны Вудз не было ни сил, ни присутствия духа идти на квартиру погибшей дочери и рыться в ее вещах. Поэтому она попросила Стеллу собрать несколько памятных предметов, а остальное отдать неимущим. Стелле представили скромный список: украшения, письма, фотографии, плюшевый мишка, декоративный чайник и еще кое-какие безделушки. И, разумеется, Лейси получила шанс найти важные улики, каким-то образом связанные с модой, и одним махом раскрыть дело. По крайней мере так утверждала ее всезнайка-стилист.

— Очередная поездка в Барби-мобиле? — хмыкнула Лейси при взгляде на маленькую красную спортивную машину Стеллы.

— Все знают, что Барби водит розовый «корвет». Хотелось бы и мне быть такой везучей. Да и тебе удача не помешала бы. По крайней мере у меня есть колеса, и не такие уж плохие!

Ничего не скажешь, Стелла ее прижала.

Усевшись в почти игрушечный автомобильчик, Лейси туго затянула ремень безопасности и стала молиться. Перспектива очередного путешествия со сверхсветовой скоростью заставила вспомнить о старом добром «ниссане». Предположительно в понедельник его обещали вернуть, и ремонт на этот раз обойдется ей всего в триста долларов. Что-то связанное с масляными инжекторами.

Переждав несколько минут блаженного молчания, которое не слишком хотелось прерывать, Лейси спросила:

— И все же, Стелла, я так и не поняла, что случилось с ее волосами. Двумя футами густых светлых волос. Куда они подевались?

Вопрос не давал ей покоя.

— Они упали на пол? Кто-то бросил их в мусор? Но тогда образовалась бы огромная груда. Или она сначала стянула их в хвост или заплела в косу и спрятала в комод?

— Не знаю. Когда я видела Энджи в последний раз, волосы были целы. Заплетены в колосок и перевязаны голубой лентой.

Стелла вильнула, чтобы не врезаться в белую «хонду», имевшую наглость замедлить ход прямо перед ними.

— Ты нашла тело. Неужели не помнишь?

— Господи, Лейси, не хочу я ничего помнить! То есть все, что я видела, — это красное. Нет, даже не красное. Ужасный цвет высохшей крови, темный, уродливо коричневый. — Она со свистом втянула воздух и уставилась в пространство. — Погоди. Сейчас подумаю. Волосы. Я видела ее голову… жуткое зрелище. Волос рядом не было. По-твоему, это важно?

Она рывком остановила «мини-купер» перед самым бампером гигантского серого «мерседеса». Лейси закрыла глаза и уперлась ногами в пол.

— Должно быть, важно. Если она не обрезала их сама, значит, это сделал кто-то еще. И что потом? Убийца забрал их с собой? Что?!

— Я пытаюсь вспомнить. Что на ней было. Ее халат. Розовый. Никто, кроме Энджи, не носил розовых халатов. Окровавленная бритва на тумбе, зеркало, кровь, а вот волос не вижу.

— Кто-то должен знать, куда девались волосы. А где бритва?

— Ее взяли копы. В салоне ее нет.

Кто-то должен был унести волосы. Если они действительно пропали — это убийство. Может, поработал какой-то извращенец? Или просто играет под извращенца?

— У тебя есть название и телефон компании, которая убирала место преступления?

— Место преступления? Могу достать, — пообещала Стелла. — Да, место преступления. Это ты точно заметила.

— Я просто хочу узнать, видели ли они волосы. Возможно, они их выбросили. Это бы все объяснило.

В машине вновь стало тихо: подругам, погруженным в свои мысли, было не до разговоров. Наконец Стелла прервала молчание:

— Знаешь, что неприятнее всего? Выбирать одежду для мертвой женщины. Мне пришлось сделать это, потому что никто другой не соглашался. Ее мать упросила меня, и я до сих пор не знаю, почему согласилась. Такая огромная ответственность. Понимаешь, ведь это навсегда. Ее последний наряд. Я думала, одежда должна быть красивой, потому что Энджи любила красивые вещи, но и удобной, не слишком тесной, верно?

— Когда человек мертв, ему не до моды. Если только этот человек не житель Древнего Египта.

— Поэтому я решила заранее объявить, в чем хочу лечь в могилу.

— Прошу тебя, Стелла, мне сейчас не до этого.

— Кожа, Лейси. Запомни: кожа — это навечно. Я никому не доверю позаботиться об этом, кроме тебя.

— В ближайшее время ты точно не умрешь.

— Я боюсь, Лейси.

— Ты же не вздумала умирать и оставить меня одну разбираться с этим преступлением?

— Нет, это я на всякий случай. Хочу убедиться, что мы друг друга поняли. Кожа. Красная или черная. Нет. Красная веселее. И бюстье. Мода на все времена. Что ты думаешь?