Убийственная стрижка - Эллен Байеррум

— Думаю, ты очень гордишься своим телом.

— Это храм.

«Мини», визжа тормозами, замер перед входом маленького краснокирпичного дома в Дел-Рей, районе Александрии, когда-то почти уничтоженном депрессией, а теперь становящемся все более престижным. Выходя из автомобильчика, Лейси сообщила, что в следующий раз поедет только в своей машине.

— Ха! Ты действительно надеешься снова ее увидеть? Думаю, твой вампир-механик просто продает тебе новую, деталь за деталью.

— Его зовут Пол. Очень симпатичный парень.

— Приятельские отношения с механиком. Куда это тебя заведет?

Стелла вышла и включила сигнализацию.

— Ты никогда не получишь свою развалюху обратно. Смирись. Пол, возможно, вызвал эвакуатор и отправил твою красотку в хоспис. Может, она пока годится в доноры. Чтобы другие «ниссаны» могли еще пожить.

— Очень смешно.

— В газете наверняка неплохо платят. Почему бы тебе просто не купить новую машину? Я получила большую скидку на свою малютку. Правда, пришлось доплатить за флаг.

— Понимаешь, многие люди относятся к машинам, как к холодильникам или тостерам. Включаешь его, выскакивает готовый тост. Однажды ты просыпаешься, обнаруживаешь, что тост не выскакивает, идешь и покупаешь новый тостер. Мой «Z» — не тостер, Стелла. В нем есть стиль. Своеобразный характер. Он личность. Никто не понимает его, кроме меня, и мне не надо больше за него платить.

— Ха! — фыркнула Стелла. — Конечно, надо, если только твой механик не работает даром. Моя машина — тоже личность, да еще какая, и в то же время — классный маленький тостер. Тебе бы следовало отправить свою колымагу под пресс. Пора научиться расставаться с вещами.

Но Лейси ничего не желала слушать. Ей нужен был ее «Z».

Однокомнатная квартирка Энджи находилась на третьем этаже. Стелла открыла дверь и включила свет. Крошечная прихожая выглядела на редкость уютно. В лучах полуденного солнца, струившихся в большие окна, плясали пылинки. Энджи выкрасила стены в мягкий розовый цвет и подчеркнула белой рамкой.

— Говорю же, она любила розовое.

Сразу за розовой прихожей их ждал кошмар. Крохотная кухонька-ниша была усыпана осколками разбитой посуды. В большой квадратной комнате разворошенная постель, рассыпанные книги и разбросанная по полу одежда, которую, очевидно, выкинули из встроенного шкафа. Даже телевизор был перевернут. Рядом стоял видеомагнитофон. Ступить было некуда.

Лейси охнула. Стелла на минуту потеряла дар речи.

— О Боже, Лейси! Здесь все было в порядке, когда я уходила! Клянусь!

Стелла выбирала одежду для Энджи во вторник. Единственный раз, когда она побывала в квартире. Единственный раз, когда навестила уютный район с небольшими многоквартирными зданиями и чистыми частными домиками.

— Я заперла дверь, и все оставалось на месте. Честное слово!

Стелла припомнила, как тщательно одежда Энджи была развешана по цветам и сезонам — это произвело на нее огромное впечатление. Она всегда мечтала быть такой же аккуратной.

— Может, мы случайно попали не в ту квартиру?

— Но ведь ключ подошел! Значит, мы не ошиблись, — рассудила Лейси. — Нужно вызвать полицию.

— Полицию? Снова? Ты спятила?

— Стелла!

Лейси никогда не видела, чтобы Стелла легко расстраивалась. Даже на похоронах она держала себя в руках.

— Мне не по себе в присутствии копов. То есть я ужасно устаю от их штучек. Становлюсь беспокойной. И перестаю соображать… — На ее глазах показались слезы.

Лейси так растерялась, что обняла Стеллу за плечи. Та разрыдалась. Лейси протянула ей платок. Невыносимо видеть, как храбрая маленькая панк-дива разваливается на глазах.

— Может, позвонить родным? Пусть кто-нибудь приедет и решит, что делать. Мы ведь даже не сможем определить, что пропало.

Стелла вытерла слезы и дала Лейси сотовый. Та позвонила миссис Вудз, и она пообещала прислать старшую дочь. Стелла заперла квартиру. Подруги уселись на лестнице и стали ждать. Стелле удалось взять себя в руки. Через полчаса подъехала семнадцатилетняя Абигайл Вудз в арендованной машине.

На этот раз дверь открыла Лейси. Увидев хаос, Абигайл разразилась слезами. Стелла последовала ее примеру. Для Лейси груз эмоций оказался чрезмерным, и, кроме того, чистые платки заканчивались с угрожающей быстротой.

— О'кей, леди, я вызываю полицию. Но все будет хорошо, обещаю.

Молодой полицейский из Александрии с песочного цвета волосами и светлыми глазами явно жалел Абигайл.

— Это квартира моей сестры. — Абигайл изо всех сил старалась держаться, но голос дрожал.

Стелла и Лейси произвели на него более слабое впечатление, хотя он и поглядывал на шнуровку кожаного платья. Он было начал их допрашивать, но Абигайл заверила, что девушки находятся здесь по просьбе семьи.

Офицер Марк Линкольн тщательно обыскал квартиру и попытался установить, что похищено и похищено ли вообще. Хотя украшения были разбросаны по полу, рядом с поломанной шкатулкой Абигайлнашла все, что значилось в списке матери: жемчужное ожерелье, золотую цепочку с сердечком, кольцо с опалом и несколько пар сережек. Лейси показалось, что вещи хоть и были не очень дорогими, но вполне могли привлечь внимание вора. Плюшевый медведь одиноко лежал на полу, а чайник оказался разбит. Тут же валялась раздавленная видеокассета: «Блондинка в законе». Ничто из списка Эдриенны не пропало.

По-прежнему цепляясь за вопрос «где волосы?», Лейси невольно искала свидетельства того, что Энджи могла подстричься дома, прежде чем вернуться в салон. Но нигде не нашла ни пряди, ни обрезка волос, хотя в ванной явно чего-то не хватало.

Разве человеку с волосами до пояса не нужна расческа или щетка?

Все фены, расчески, щетки, щипцы для завивки, скопившиеся у самой Лейси за много лет, лежали в одном месте, в шкафчике у двери ванной.

— Стелла, не находишь, что здесь чего-то нет? Расчесок, щеток?

— Господи, до меня и не дошло! Ты права! — кивнула Стелла. — Детали. Улики. Видишь, ты прирожденный детектив!

Линкольн озадаченно уставился на дверь ванной.

— Мэм, не могли бы вы выражаться более определенно?

— Речь идет о том, чего вы не видите, — бросила Лейси. Более застенчивая Абигайл объяснила медовым голоском:

— Моя сестра Энджнела хранила здесь пробковую доску для объявлений, украшенную ее маленькими сокровищами. Не бог весть что. Но для нее они много значили: парчовые ленты, маленькие золотые заколки-бабочки, вышитые бисером ленты для волос и расчески. Все, что она приберегала для своих волос. Такие чудесные волосы, офицер Линкольн.

Доска, косо висевшая на единственном гвозде, была пуста. Второй гвоздь был вырван из стены.