Любовник для Курочки Рябы - Дарья Калинина

— Интересно, а куда это направляются полицейские, — прислонившись к балконным перилам, задумчиво произнесла Мариша. — Не похоже, что они помчались осматривать место преступления. Должно быть, Грек повел их в холодильник, где он устроил морг для Ксюты.

Услышав это, Артем сполз на свой стул. А мы с подругами перевесились вниз головами через перила и с интересом проследили за полицейскими. Похоже, что, двигаясь к морозильным камерам, они были чем-то здорово недовольны. Во всяком случае, мне еще никогда не доводилось видеть таких хмурых усатых мужчин в форме.

— Я знаю, в чем дело! Мы же перенесли тело! — воскликнула Мариша. — А должны были оставить его там, где оно и лежало! Вот чем они недовольны.

— Точно! — воскликнула я. — А как же мы забыли?

— Я говорила Греку, что трогать тело нельзя. Но он совсем растерялся и бормотал, что Ксюте еще можно оказать первую помощь. А на самом деле он боялся, что, если днем полицейские потащат тело Ксюты через помещения отеля, это вызовет панику среди отдыхающих. Не говоря уж о том, что могло бы случиться, если бы кому-то из отдыхающих пришла в голову мысль спозаранку отправиться на прогулку к каменной арке.

— Перестраховщик чертов! — возмутилась я.

Но, судя по выражению лица Грека, ему сейчас и так сильно доставалось от полицейских. Из кухни, где в одной из морозильных камер лежало тело Ксюты, слышались возмущенные крики на языке, которого мы не понимали.

— Господи, какие же мы идиотки! — прошептала Мариша. — Вместо того чтобы тут лясы с Артемом точить, нужно было мчаться в морозильную камеру и срезать там с платья Ксюты пуговицу-видеокамеру. А как нам теперь ее заполучить, когда вокруг полно полиции?

— Еще неизвестно, выдержала ли она мороз, — сказала я. — Не испортилась ли запись. И напрасно, Мариша, ты хочешь захапать эту пленку себе. Нужно через Грека сообщить полицейским о том, что она есть, а они уже сами перешлют ее в агентство и получат оттуда запись, на которой наверняка будет видно, что на самом деле случилось с Ксютой.

— Все лучше делать самой, — наставительно сказала Мариша. — И пуговицу передавать полицейским — это, я считаю, последнее дело. Потеряют еще. Они же все сплошь мужчины.

Но когда мы спустились вниз и заглянули на кухню, то выяснилось, что события приняли еще более скверный оборот. Настолько скверный, что и представить себе было трудно. Морозильная камера с телом Ксюты, закрытая и опечатанная вчера Греком, сейчас стояла раскрытая настежь. Но ни мороженых полуфабрикатов, ни тела Ксюты там не было. :

На Греке лица тоже не было. И кажется, полицейские считали, что все это дурная шутка, которая разыграна исключительно с целью позлить их. Они тыкали пальцами в морозилку, а потом в Грека. И без перевода было понятно, что они думают обо всем этом.

— Грек, посмотри в другом отсеке, — подала голос Мариша. — Может быть, ты вчера перепутал.

Грек радостно кинулся выполнять ее совет. Но и другой отсек нас не порадовал. То есть он был забит, но тела Ксюты там опять же не наблюдалось. Полицейские что-то снова начали возбужденно говорить Греку, а мы отошли в сторонку.

— Что произошло? — спросила я у Таты.

— Ой, девчонки, и не спрашивайте, — заплакала девушка. — Ночью кто-то взломал дверь морозильной камеры и украл тело Ксюты. А Грек утром, не посмотрев, вызвал полицию.

И теперь полиция не верит, что Грек не выдумал эту историю.

И еще полицейские ругают его, что он перенес тело. И уж коли перенес, то должен был бы позаботиться о том, чтобы оно не пропало.

— Но куда его тут можно спрятать? — удивилась я. — Это же остров.

— Полицейские нашли возле двери морозилки чей-то носовой платок, — сказала Тата. — Наверное, его обронил тот человек, который украл тело.

— Так, сейчас полицейские вызовут розыскную собаку, она возьмет след, и по следу найдут тело Ксюты.

— А ведь и правда! — обрадовалась Тата и поспешила сообщить нашу мысль полицейским.

Кажется, она им пришлась по душе. Во всяком случае, они перестали ругаться на Грека, а главный схватился за рацию.

— Девчонки, — неожиданно услышали мы позади себя голос Мариши. — Пусть они тут разбираются. Пошли-ка. Мне пришла в голову одна мысль.

И мы пошли. Вернее, побежали. Потому что Мариша мчалась сломя голову по лестнице вниз к причалу. Потом по берегу к той бухточке, где стояли прогулочные лодки. Когда мы прибежали в бухточку, одной лодки там не было. Моторка, на которой мы вчера катались, или ее точная копия, стояла на месте. А весельной лодки не было видно.

— И что? — спросила я. — Лодки нет, но как нам узнать, где она?

— Подождем, — сказала Мариша. — Если кто-то взял лодку, чтобы порыбачить с утра пораньше, то мы его увидим. А лучше сделаем так: мы с Дашей останемся тут, а ты, Юлька, иди обратно в отель и узнай у Таты, кто брал весла от лодки. И когда брал, тоже спроси.

— И кстати сказать, не забудь спросить, сколько прогулочных лодок у них тут есть вообще! — крикнула я уже вслед легкой на ногу Юльке.

— Что ты имеешь в виду? — спросила меня Мариша, когда Юлька уже была далеко.

— А что тут непонятного? — удивилась я. — Когда мы пришли в эту бухточку первый раз, тут стояло две лодки. Так?

— Так, — кивнула Мариша.

— Но кто поручится, что их вообще на острове всего две? — спросила я. — Может быть, остальные стоят где-нибудь в другой бухточке.

— Вряд ли, — усомнилась Мариша., — Гораздо удобней держать все лодки в одном месте.

— Ну, или, может быть, когда мы вернулись с Игорем с прогулки, другие лодки были еще в море, — сказала я. — Ты же помнишь, как Игорь торопился, чтобы не опоздать к ужину?

— Да, — согласилась Мариша. — Но вспомни, когда мы прошлым вечером нашли Ксюту в одной из лодок, то их в бухточке по-прежнему было две.

Я пожала плечами, потому что, походив по кругу, мы вернулись к исходной точке нашего разговора. За то время, пока Юлька моталась наверх в отель, разыскивала и разговаривала там с Татой, ни одна лодка из моря не вернулась. Мы с Маришей совершенно напрасно сидели и ждали. Вместо лодки сначала появилась компания из трех человек. Двух девушек и мужчины. Все они желали прокатиться на моторке. У них были ключи, и пришлось смириться с тем, что у нас из-под носа уводят последнюю лодку.

Но долго грустить нам не пришлось, потому что вернулась запыхавшаяся Юлька.

— Ну как? — спросила я. — Какие результаты?

Но Юлька только рукой махнула, показывая, что говорить пока не может, и рухнула на песок. Немного отдышавшись, она сказала:

— Что творится в отеле, страшно представить! Полицейские послали за специальной розыскной собакой. А пока ждут ее прибытия, беседуют с Артемом. И Тата мне сказала, что они просто мечтают побеседовать и с нами. Так что я смылась под предлогом, что пойду на ваши поиски.