Сын за сына - Александр Содерберг

Два дня за рулем, с юга Германии на юг Испании.

Соня припарковалась во дворе у дома. Она была измучена и вымотана.

Ее встретил Арон. Вместе они подняли Карлоса Фуэнтеса и положили его в мешке на землю. Арон сел на корточки и сквозь прозрачный полиэтилен стал разглядывать Карлоса, лежащего в халате, с кислородной маской на лице и выпученными глазами. Затем расстегнул молнию и приподнял маску. Рот заклеен скотчем. Карлос прерывисто дышал носом, пытаясь что-то сказать. Арон встал.

– Занесем его в дом.

Гектор, возможно находившийся, в другом измерении, был подключен к аппаратам жизнеобеспечения и лежал на кровати в центре комнаты. Сюда пришел и Арон, за ним – Соня, которая привела Карлоса. Скотч с лица уже сняли.

– Послушайте меня, – сказал Фуэнтес.

Арон обернулся. Рука, ударившая Карлоса по лицу, была твердой и быстрой. Тот потерял равновесие, хотел что-то сказать, но получил еще удар от Арона.

– Извините! – закричал Фуэнтес.

Он стоял и дрожал в своем свободно болтавшемся халате. Соня подтолкнула его к кровати Гектора. Карлос отводил от него взгляд.

– Посмотри на него, – потребовал Арон.

Фуэнтес повиновался, бросив беглый взгляд и снова опустив глаза.

– Смотри на него, – настаивал Арон.

Борясь с собой, Карлос поднял голову.

Респиратор мерно втягивал воздух. Фуэнтес тяжело дышал.

– Как вы нашли меня? – прошептал он.

– Сутенеры, – ответила Соня.

Карлос повернулся к ней, недоумевая.

– Труда не составило, – продолжала она.

– Вот такой ты, Карлос, – сказал Арон. – До мозга костей. Извращенец.

Фуэнтес, не мигая, смотрел на них.

– Что вы хотите узнать? – голос был слабым и нерешительным.

– О Ханке.

Карлос откашлялся.

– Они нервничают, – начал он.

– Из-за чего?

– Из-за всего.

– Что они делают?

– Ищут вас, – ответил Карлос.

– Что им известно?

– Не знаю.

– Но ты сказал что-то?

– Нет, ничего интересного. Я и так ничего не знаю.

– Не ври.

Карлос заморгал, соображая в панике, потер глаза.

– Они прячутся.

– Где?

– То тут, то там. Ральф с сыном переезжают с места на место, они редко показываются на публике, никогда вместе.

Карлос прекрасно понимал свое положение.

– Арон, я нужен вам, – с мольбой в голосе прошептал он. – Отправьте меня обратно к Ханке, я подслушаю и доложу вам!

Арон ничего не ответил, взял его под руку и вывел из дома.

Они остановились на заднем дворе, где начинался лес. Шум ветра заглушал шипение респиратора Гектора.

Арон отпустил Карлоса, отошел на шаг назад, достал пистолет из кобуры на поясе и прицелился ему в голову. Ноги не выдержали тушу Карлоса, и он упал на колени, подняв руки и невнятно моля о пощаде, задыхаясь и сплевывая.

– Я знаю больше! – хрипло прокричал Фуэнтес.

Арон немного опустил пистолет и отвел руку в сторону.

Карлос судорожно размышлял. Потом поднялся и попытался сбежать. Но страх в нем был настолько силен, что он нелепо и неуклюже свалился на землю. Арон сделал пару шагов к нему. Карлос сидел, поджав ноги, и, словно Дева Мария, бормотал что-то о своей матери и о том, что жизнь несправедлива.

Не вслушиваясь, Арон направил пистолет испанцу в затылок.

– Постой, постой, постой! – заорал Карлос, подняв руки. Страх вдруг сменился яростью. – Подожди, я сказал! Что ты хочешь узнать, Арон?

Он излучал злобу и смертельный ужас, Арон не мог смотреть на него.

– Тебе нужно много чего узнать… да, Арон? – Теперь его голос стал вкрадчивым, и он зачем-то провел руками по земле. Мозг Карлоса работал на полную. Фуэнтес что-то придумал. – Что было сказано, когда вы ушли из комнаты?! – Он несколько раз повторил одну и ту же фразу.

– Из какой комнаты? – недоумевал Арон.

– Из той комнаты! Когда она уехала. Что было сказано?

– Когда кто уехал, какая комната, Карлос?

– На встрече с Ральфом. Что сказали, после того как она ушла?

– Какая встреча, кто ушел?

– Медсестра! – завопил Карлос.

Арон прищурился и опустил пистолет.

– Карлос, еще одна малейшая неясность, и я прострелю тебе ноги, потом руки, а потом выстрелю в живот, чтобы ты медленно истек кровью.

Фуэнтес тяжело дышал.

– Когда медсестра была в Мюнхене!