Ледяной урожай - Скотт Филлипс

Интересно, правду ли рассказывал дядька Арлен про фермера, или он все выдумал, чтобы попугать детей? Как правило, его рассказы о юности, проведенной на границе резерваций, были до предела драматичны. Там фигурировали пьяные ковбои, коварные индейцы, бродячие духи, присутствовали редкие неизлечимые болезни, кровь и насилие. Старик, как никто, оценил бы сюжет: три покойника проводят зиму вместе подо льдом озера Баском, убийца и две его жертвы, в ожидании оттепели.

В глубине души Чарли испытал разочарование, узнав, что Дезире спала с Виком. Странно, ведь она не раз говорила, что Вик ей противен. Правда, она плотно подсела на кокаин. Однажды они поехали к нему домой, и он видел, что она раз за разом жадно вынюхивает дозы, запивая портвейном, а под конец вечера его ждал вдохновенный минет. Если Вик расплачивался за секс кокаином, то она могла, конечно, поинтересоваться, откуда у него столько. Дезире всегда нравилась ему. Очень нравилась. Чарли только делал вид, будто его не волнует ее исчезновение, будто она сбежала с неким хахалем. Жаль ее, и жаль, что Вик сделал это. И если задуматься, он получил по заслугам.

* * *

Чарли вошел в дом Кавано, не слишком надеясь найти там деньги. Уж если Рой ничего не отыскал, значит, они где-то еще. По словам Дэнниса, Вик днем заезжал в «Раму», однако не верилось, что он припрятал деньги в клубе, зная, что Чарли может вернуться. Выпивки тоже не было. Чарли сел за кухонный стол и задумался. Рядом на стойке красной лампочкой мигал автоответчик. Чарли нажал кнопку.

– Алло? – хрипло произнесла усталая женщина. Подождав несколько секунд, она повесила трубку.

Похоже на голос Ренаты, однако после пятого прослушивания Чарли все-таки не был в этом уверен. Вынув из перерытого ящика стола записную книжку, он поискал в ней Ренату и нашел ее домашний телефон, записанный детским почерком Вика.

Чарли начал было набирать номер, но передумал и остановился. Ее адрес был указан ниже. Время было половина шестого. С деньгами или нет, ему пора уезжать из города.

Рената жила в белом доме простой треугольной конструкции примерно в миле к западу от «Сладкой клетки». В гостиной горел свет. Чарли проехал дальше по улице, вышел и пешком направился обратно. Вокруг было тихо, лишь снег скрипел под ногами. Поднявшись по ступеням, Чарли стукнул в окно. В ту же секунду занавеску отдернули, и Рената спокойно взглянула на него, будто ждала его приезда.

– Привет, Чарли, – сказала она, широко открывая дверь. – Что тебя сюда привело? Надежда, что я все-таки отблагодарю тебя за твою доброту?

Он вошел, и она захлопнула дверь.

В гостиной теплый сумрак клубился среди старой ветхой мебели. В камине горел огонь. Рената была в узких брюках и черном облегающем свитере, но без обуви. Под тонкими колготками краснели ногти, под стать длинным красным ногтям на руках, при виде которых Чарли снова почувствовал эрекцию. Ее волосы были по-прежнему убраны в тугой узел на затылке.

– Где ты была? После нашего разговора я приехал в «Сладкую клетку», а там никого нет.

– Я не могла тебя так долго ждать, Чарли. Ты обещал, что будешь через двадцать минут.

– Меня остановил коп. – Чарли хоть и был уверен, что приехал не позднее двадцати минут, препираться не стал. – Я прослушал твое сообщение.

– Какое сообщение?

– Которое ты оставила на автоответчике Вика.

– Зачем мне звонить Вику? – спросила Рената и направилась в кухню. – У меня и номера его нет. Я вообще не разговариваю с автоответчиками – сразу вешаю трубку.

– Значит, просто очень похожий голос.

– Похожий голос? И что он сказал?

– «Алло» и больше ничего.

– Это не я. А ты нашел Вика?

– Да, нашел. Он мертв.

Рената вскинула бровь:

– Рой Джиллз постарался?

– Рой тоже мертв.

– То есть ты можешь уезжать. Что тебя задерживает? – Она прислонилась к притолоке, скрестив руки, с насмешливой и слегка презрительной улыбкой в уголках рта. Чарли показалось, что она нарочно выгибает спину, чтобы продемонстрировать ему грудь.

– Я не могу найти деньги.

– Ты считаешь, они здесь?

– Не знаю. Знаю только, что голос на автоответчике Вика похож на твой.

Рената пожала плечами:

– Ищи, если хочешь.

– Не хочу. – Чарли уселся за стол. – У тебя есть что-нибудь выпить?

– Кофе, чай.

– А спиртное?

– Даже вина нет. Будешь кофе?

– Нет, спасибо, – отказался Чарли, чувствуя, как пульсирует от боли голова и ноет бедро.

– Может быть, это была Бонни. У нее прокуренный голос.

– Насколько мне известно, Вик и Бонни не разговаривали года три, если не больше. Ну разве что обменивались оскорблениями.

– Ну и пусть. А деньги он мог у нее спрятать. – Рената села рядом с ним за стол. – Она по-прежнему живет в их старом доме, верно?

Чарли кивнул. Нет, не может быть – помня, какими злыми врагами расстались Вик и Бонни, куда злее, чем они с женой.

– Ты думаешь, он собрался забрать ее и детей, а тебя оставить ни с чем?

– Насчет последнего ты угадала. Он хотел утопить меня в озере Баском.

– Но если он не собирался брать ее с собой, то мог ведь до утра спрятать деньги у нее в доме. Допустим, он приехал повидать детей, а заодно наведался к тайнику.

– Возможно. – Чарли начал понимать, что ее предположение не лишено смысла. Подобно Чарли, Вик редко вспоминал о своих детях, однако вполне мог использовать Рождество как повод приехать в старый дом и кое-что припрятать. – Завернул, наверное, в цветную бумагу и сунул под елку.

– Точно, – кивнула Рената. – А о какой сумме идет речь, Чарли? Если вы оба собирались удариться в бега, то, наверное, гораздо большей, чем вам удавалось воровать в течение двух лет.

– Вчера днем я очистил все наши операционные счета.

– То есть всего пять или шесть бюджетов? Двенадцать – пятнадцать штук в общем? Так этого мало двоим для безбедной жизни.

Чарли со вздохом поднялся. Часы показывали пять сорок пять.

– Мы по-крупному толкали кокаин на стороне. За спиной у Билла.

– Господи, Чарли, да Билл бы вас на куски порезал, узнай он об этом.

– Вот мы и задумали сорвать большой куш и бежать из города, пока он не узнал.

– Значит, денег много.

– Целая куча. Я поеду, пожалуй, пока Бонни не спустилась вниз под елку за подарками.

Рената встала.

– Если ты захочешь вернуться, Чарли… – Она положила одну руку ему на плечо, а вторую на бедро. На миг они прильнули друг к другу и поцеловались. Ее губы имели вкус мятной жвачки и сигарет, любимой комбинации Чарли. Острые красные ногти вонзились в его пальто и рубашку. – Тебе пора. – Рената отстранилась, заговорив вдруг с сильным акцентом.