Клеймо сатаны - Наталья Александрова

– Это клевета, – проговорил тот не слишком уверенно.

– Табакерка краденая, – повторила Вероника. – Вы ее продали коллекционеру Загряжскому, но у человека, который за ней пришел, ее украли. То есть его ударили по голове, а табакерку отобрали, так что это уже ограбление…

– Это клевета, – повторил продавец. – Голословное обвинение!

– Ничего и не голословное! Я все видела! И я даже знаю, кто ее украл. Его зовут Виктор Перегудов. Точнее, звали. Потому что его убили… И уж убийство-то точно в полиции расследуют! В двадцать седьмом отделении…

Последнее Вероника добавила для того, чтобы сильнее напугать противного парня.

– Убили? – продавец побледнел как мел. – Я ничего не знаю… ни про какого Перегудова…

– Откуда же здесь снова взялась эта табакерка? Одно из двух: или Перегудов продал ее вам, тогда это скупка краденого, или тот, кто убил Перегудова…

– Я ничего не знаю! – повторил продавец неуверенно. – Ты ничего не докажешь!

– Не докажу? А может, стоит позвонить в полицию – пусть они разберутся?

Вероника вытащила мобильный телефон и нажала наугад на какие-то кнопки.

– Двадцать седьмое отделение, убойный отдел, – бормотала она, – как же фамилия опера этого… что-то фруктовое…

– Чего ты хочешь? – заныл парень. – Что тебе нужно? Я этого Перегудова в глаза не видел! Мне тетка принесла эту табакерку, ей очень деньги были нужны, вот я ее и пожалел…

– Ага, такой ты бескорыстный – пробы ставить негде! Небось купил за гроши, а наварить хотел в десять раз…

– Это мое дело, какую поставить торговую наценку! Короче, чего ты от меня хочешь?

– Я хочу, чтобы ты отдал эту табакерку Загряжскому! То есть тому человеку, у которого ее отобрали!

В этот момент вновь звякнул дверной колокольчик. Вероника взглянула в лицо продавцу и увидела, что он побледнел еще сильнее, если только это было возможно.

Обернувшись к двери, Вероника увидела на пороге магазина пожилого человека весьма респектабельной внешности.

– Алексей Арнольдович, это вы? – заюлил продавец. – Вы пораньше вернулись? А я вас еще и не ждал!

В конце этой фразы он от волнения пустил петуха.

И тут Вероника все поняла. Продавец крутит свой маленький бизнес тайком от хозяина и больше всего боится, что тот его накроет.

– Ну так как? – проговорила она вполголоса. – Что будем делать? Или мне поговорить с хозяином об этой табакерке?

– Не надо! – прошептал продавец. – Черт с тобой! Бери ее и делай с ней все, что захочешь! – и с этими словами он под прилавком сунул ей в руку злосчастную табакерку.

– Как дела? – осведомился хозяин, подходя к прилавку. – Девушке удалось что-нибудь подобрать?

– Девушка заходила проконсультироваться по поводу ухода за старинным серебром! – ответил продавец и показал Веронике глазами, чтобы она проваливала.

На этот раз Вероника не стала спорить. Она спрятала табакерку в фирменный пакет для фотографий с логотипом ателье «Золотой глаз» – такой же, в каком лежала другая табакерка, положила пакет в сумку и покинула магазин. Консультироваться по поводу той, первой, понятное дело, сейчас было не время.

Выйдя из магазина, Вероника поглядела на часы. Она управилась довольно-таки быстро, оставалось еще минут сорок свободных, можно зайти куда-нибудь перекусить и выпить кофе.

Тут она вспомнила об ужасной забегаловке, где была в прошлый раз. Нет, только не это!

Кофе пить сразу расхотелось, и она вдруг подумала, что лучше съездить в больницу и отдать Антону табакерку. Человек переживает, что подвел своего знакомого, а она может его утешить. Положительные эмоции очень полезны для выздоравливающих… конечно, времени уйдет больше чем сорок минут, но, в конце концов, на работе без нее лишние полчаса обойдутся. Как-нибудь!

Проходя мимо знакомого кафе, она невольно взглянула в его окно, и ей показалось, что за стеклом мелькнул силуэт – плотный мужчина с наголо бритой круглой головой. Он приближался к ней. Вероника инстинктивно обернулась, и тут двери кафе неожиданно распахнулись и ударили ее по плечу.

– Ой! – Вероника отшатнулась. – Осторожнее! Смотреть надо, куда идете!

Ее слова относились к рыжему красномордому дядьке в поношенной куртке и нечищеных ботинках. В это кафе только такие и ходят.

Дядька круто развернулся и посмотрел на Веронику с привычной злобой. Не то чтобы он был зол лично на нее, просто, судя по всему, это было обычное выражение его лица.

– Ты… – выдохнул он, – ты…

И вдруг остановился, запнулся, как будто язык, с трудом проталкивавший слова из глотки, сейчас и вовсе онемел. Вероника перекинула сумку на другое плечо и поскорее отошла на шаг в сторону. Дядька же громко сглотнул и вдруг улыбнулся. Это было так странно – мышцы его лица явно не умели этого делать, поэтому улыбка получилась кривая и какая-то несмелая, неуверенная.

– Ты… – сказал он гораздо мягче, – ты извини, девушка, что ушиб. Силы у меня много, вот и…

– Ничего, – Вероника улыбнулась в ответ, – не больно совсем… Пройдет…

– До свадьбы заживет. – Он снова улыбнулся, гораздо смелее, видимо, привыкал помаленьку. – Я вообще-то про свадьбу не просто так говорю. Я фотограф, на свадьбах снимаю…

– С чем вас и поздравляю! – проговорила Вероника, пытаясь пройти мимо мужика. Она представила, что это за свадьбы, на которые могут пригласить такого потертого типа.

А он все не унимался:

– У тебя такое лицо фотогеничное! Я бы хотел с тобой сделать эту… фотосессию!

– Размечтался! – фыркнула Вероника. – Ты хоть знаешь, дядя, что это такое?

Тут она увидела, что на проспект выворачивает нужная маршрутка, и припустила к углу бегом. Краем глаза она заметила какую-то тень, устремившуюся следом за ней, но некогда было оглядываться.

Она вылетела на проспект и замахала руками, но маршрутка уже проехала мимо. Вот так всегда. Вроде бы она не маленького роста, не так просто ее не заметить. А ведь не замечают же!

Вероника расстроенно смотрела вслед маршрутке. И вдруг не поверила своим глазам: микроавтобус остановился и медленно поехал назад. Прямо к ней! Он остановился возле нее, водитель открыл двери:

– Садитесь, девушка!

Он выглядел каким-то растерянным, как будто не в своей тарелке.

И тут с лицом водителя стало происходить что-то странное. По нему пошли судороги, оно перекосилось, растянулось, как резиновая маска, и вдруг… вдруг оформилось в приветливую улыбку!

Приветливо улыбающийся водитель маршрутки – такое зрелище не всякому удавалось увидеть!

– И так набито как сельдей в бочке! – проворчала какая-то тетка с коробкой, которую Вероника, войдя, впихнула в проход.