Серебряные крылья - Камилла Лэкберг

— Я так обрадовалась, когда ты позвонила, — сказала Алиса. — Представь, мне не хватало тебя…

Они сидели в креслах на огромной террасе всего в паре метров от береговой линии. На столе перед ними красовалось несколько бутылок вина из собрания Хенрика. На Алисе было простое красное платье, светлые волосы схвачены в хвостик на макушке.

Когда Алиса открыла дверь и увидела Фэй, вид у нее поначалу был шокированный. Они обнялись достаточно холодно, но когда уселись на веранде, разговор пошел легче. Теперь Фэй казалось, что она беседует с давней подругой.

— Иногда мне бывает одиноко по вечерам, — продолжала Алиса.

— А где Хенрик и дети?

— У нас есть еще квартира на Дандерюдсгатан, так что он оборудовал там для них комнату.

Алиса подалась вперед, прочла этикетку на одной из бутылок, кивнула и потянулась за штопором.

— Сейчас другие времена, — проговорила Фэй.

— Да, все изменилось к лучшему. Вернее… Прости. Я не это имела в виду.

Прошло полсекунды, прежде чем Фэй поняла: Алиса говорит о смерти Жюльенны.

— Очень тебе сочувствую. Я думаю о ней каждый день.

— Спасибо, — мягко проговорила Фэй и взяла бокал, который ей протянула Алиса. — Давай поговорим о чем-нибудь другом. Ты не могла бы рассказать мне, что случилось у тебя с Хенриком? Неотредактированную версию, пожалуйста…

Алиса сделала глоток и медленно кивнула.

— Как ты знаешь, я нормально относилась к тому, что Хенрик мне постоянно изменял, — начала она. — Пока он обделывал свои дела втайне и это не задевало меня и детей, я считала, что готова заплатить такую цену. Думала, что успешные мужчины всегда изменяют. Иногда даже убеждала себя, что это и есть их ключ к успеху. Ненасытный голод, сама понимаешь… К деньгам, власти и… к женщинам. Ну, и потом, у меня самой было рыльце в пушку, как ты знаешь.

Она многозначительно улыбнулась своими красивыми губами, и Фэй вспомнила, что Алиса попросила у нее когда-то номер телефона молодого татуированного красавца Робина. Кажется, в течение какого-то периода они встречались раз в неделю, когда Хенрик думал, что Алиса ходит на пилатес.

Но тут в ее глазах появилось грустное выражение.

— В августе прошлого года мы взяли новую няню. Дочку друга детства Хенрика, одного из его главных инвесторов и клиентов. Ей было семнадцать, она училась на втором курсе гимназии и хотела подзаработать денег, чтобы поехать с друзьями на Родос. Гоняла, понимаешь ли, на мопеде. Трясла волосами и постоянно жевала жвачку. Наверняка у нее и трусики были с «Хелло Китти». У меня даже мысли не возникло… — Алиса покачала головой.

— Так что произошло?

— Однажды я вернулась домой, когда она должна была забрать детей. Я припарковалась, вылезла из машины и услышала на участке голоса детей. Обогнула дом и увидела, что они играют без присмотра. Ванная у нас на нижнем этаже, окно было открыто. Изнутри я услышала… ну, ты поняла.

Алиса облизнулась, допила последние капли из своего бокала и отодвинула его от себя. Фэй сочувствовала ей. Она и сама застала Яка с другой — ничто в жизни не может подготовить человека к такому шоку. Вспомнила, как стояла, словно окаменев, а потом с плачем кинулась в комнату. Як тут же заявил, что он с ней разводится, и Фэй на глазах у голой Ильвы Лендорф умоляла его остаться. Обещала забыть. Взять себя в руки. Только бы он не бросал ее…

Она поежилась от подступивших воспоминаний.

— Я думала, меня охватит злость или отчаяние, — продолжила Алиса, — но вместо этого почувствовала, что надо действовать. Немедленно. Я достала телефон и стала снимать через щелку в окне.

— Это видео…

— …обойдется ему в пару сотен миллионов, — Алиса рассмеялась. — А для верности я сняла и еще несколько фотографий. С хорошим увеличением. Фэй, ты себе даже не представляешь… Теперь я потребую половину — всего. Иначе вся Швеция увидит финансиста Хенрика Бергендаля в таком виде, в каком она его видеть не желает. И я весьма сомневаюсь, что Стен Стольпе будет продолжать иметь дело с Хенриком после того, как увидит, как тот трахает в попку его дорогую доченьку.

Она слегка пожала плечами.

Фэй подалась вперед.

— Почему же ты осталась жить в этом доме после того, что произошло с Хенриком и няней?

— Потому что это дом моей мечты, мне здесь всегда нравилось. Я не позволю ему отнять у меня дом. Но ванной я больше не пользуюсь. Когда закончится развод, переоборудую ее в гардеробную.

Стоял светлый тихий вечер. В воде плеснула рыба. Алиса повернулась на этот звук, медленно провела рукой по другой руке. Вид у нее вдруг стал невыносимо грустный.

Фэй кашлянула.

— С тобой всё в порядке?

— Не знаю.

— Ты скучаешь по Хенрику?

— Ты что, спятила? Я скучаю по детям, когда они не у меня. Но построить всю свою жизнь вокруг мужчины, сидеть и ждать, пока он явится домой, светить отраженным светом, стать скорее предметом интерьера, чем партнершей… Нет, по такому я не скучаю. Проблема только в том, что сидеть одной, когда дети у него, очень одиноко. Единственные люди, с кем я общаюсь, это мои адвокаты.

— Надеюсь, они, по крайней мере, красивые. И с ними можно переспать.

— Учитывая, сколько я им плачу, они должны выглядеть как греческие боги. Но — увы. Похоже, все адвокаты на одно лицо — толстые и лысые.

— Эх, жаль… Ну, за тебя! — сказала Фэй и рассмеялась. — Тебе нужно пообщаться с мужчиной. Мы это устроим.

— Да, после всех долгих лет общения с крошечным отростком Хенрика мне хотелось бы вспомнить, как это, когда в тебя входит нечто существенное. Будем здоровы!

Фэй расхохоталась и чуть не поперхнулась вином. С такой новой Алисой она могла бы подружиться.

Хихикая, они сблизили бокалы и громко чокнулись. Як и Хенрик всегда делали им замечание, когда они чокались за столом.

— «Фу, как вульгарно!» — хором произнесли женщины делаными голосами и засмеялись.

Потом повторили еще раз, просто для порядка. Фэй сделала несколько больших глотков. Вино было изысканное.

— Алиса, тебе надо чем-то заполнить свое существование. Иначе ты просто сойдешь с ума. Адвокаты для бракоразводного процесса — вещь необходимая, но тебе нужно поставить себе цель и бороться за нее. Это нужно каждому человеку.

Алиса медленно кивнула, задумчиво глядя на воду.

— Я познакомилась с Хенриком, когда была очень молода. И все вопросы содержания семьи возложила на него. Всю свою профессиональную жизнь я была лишь хорошо оплачиваемой домработницей. Давай говорить начистоту. Я умею организовывать вечеринки, улыбаться гостям своего мужа и делать так, чтобы им было уютно. В этом и заключается предел моих способностей. Кто захочет взять меня на работу?