Серебряные крылья - Камилла Лэкберг

Фэй покачала головой. Она страдала вместе с Алисой. На деле ее описание соответствовало действительности. Однако Алиса не упомянула о самом главном.

— Что ты, Алиса! Ты же социальный гений. Ты знаешь, как ведут себя мужчины, наделенные властью, потому что много лет видела их здесь в качестве гостей. И ты знаешь, как ведут себя женщины — богатые, которые в состоянии за себя заплатить. Такие знания не приобретешь в университете. На самом деле ты дорогого стоишь.

— Для кого?

— Для меня. И для «Ревендж».

Секунду Алиса смотрела на нее в упор, потом разразилась громким смехом.

— Сказать по правде, Фэй, я понимаю — ты выпила и все такое, но зачем я тебе сдалась? Ценю твой жест, но не надо делать мне одолжение лишь потому, что тебе меня жалко. Меня не жалко. Я никчемная, но я справлюсь.

Она провела в воздухе рукой с бокалом вина.

— К тому же у тебя есть Керстин — кто сравнится с твоей суперпомощницей?

Фэй подумала, что это абсолютно типично для женщин: недооценивать себя. Не видеть собственной ценности. «Так нас воспитывают. Этому учит нас мир. А миром управляют мужчины, которые наживаются на том, что мы считаем себя ценными только тогда, когда состоим в отношениях с ними».

Фэй устремила на Алису пристальный взгляд.

— Не говори так сама о себе, не называй себя никчемной. Если ты будешь повторять это много раз, это станет истиной — для тебя. А потом и для твоей дочери. А Керстин работает у меня едва ли не на полставки, тратя все больше времени на детский дом в Индии. И на Бенгта — человека, который открыл ей эту страну. И я хочу, чтобы у нее это было. Она заслуживает второй попытки. Но мне нужен кто-то. Мне нужна ты.

Не сводя глаз с Алисы, она поднесла к губам бокал.

— Неужели ты думаешь, что я построила «Ревендж» за счет того, что была добренькой и делала одолжения своим друзьям направо и налево? Нет, я никогда не взяла бы человека на работу по доброте душевной. Никогда не связалась бы с тем, чей вклад не принесет денег. У тебя нет высшего образования, и что с того? Академические знания мало значат в реальной жизни. И ты это прекрасно знаешь. Ты сама не раз беседовала с мужчинами, имеющими дипломы американских университетов, и чувствовала себя умнее них. Ты не разбираешься в цифрах, но понимаешь мир и людей, которые действуют в нем. Так что перестань называть себя никчемной. К тому же ты уже вовлечена, поскольку с самого начала инвестировала в «Ревендж».

Алиса смотрела на нее, подняв бровь.

— Хватит болтать ерунду. Зачем ты пришла, если по-честному?

Скрестив руки на груди, она ждала ответа Фэй. Та одобрительно глянула на нее. Алиса оказалась умной, как она и надеялась.

Фэй сделала глубокий вдох. Вода блестела под лучами заходящего солнца.

— Кто-то пытается отнять у меня «Ревендж». Я близка к тому, чтобы потерять то, что с таким трудом построила.

— У тебя ведь остался капитал? — проговорила Алиса, наморщив лоб. — После продажи своих акций?

— Да, финансово я обеспечена. С запасом. Но дело не в этом. «Ревендж» — это я. Кроме того, «Ревендж» — это еще и Крис.

Алиса кивнула. Попивая свое вино, она смотрела на воду. Тишину нарушали лишь крики птиц из небольшой рощицы.

Фэй ждала, пока собеседница переварит сказанное. Она намеревалась еще кое-что рассказать. Подумав, Алиса повернулась к Фэй:

— А кто же скупает твои акции?

— Поначалу я не знала. Правда скрывалась за мешаниной из разных покупателей в Швеции и за границей. Но в конце концов нам удалось пробраться сквозь эти заросли и найти того, кто стоит за всем этим.

— Хенрик! — воскликнула Алиса.

Фэй с удивлением посмотрела на нее:

— Так ты знала?

— Нет-нет. — Алиса замахала руками. — Иначе я предупредила бы тебя. Но я не удивлена. Думаю, ты даже не представляешь себе, до чего он тебя ненавидит. Однако я не ожидала, что он начнет действовать. Хенрик много болтает, это его особенность. Одно время я даже собиралась связаться с тобой и предупредить, до чего Хенрик зол на тебя, но ты… у тебя были другие заботы.

Солнце исчезло за линией между морем и небом. Фэй опустила глаза. Алисе неизвестно, что Жюльенна жива. Так и должно быть, навсегда.

Она налила еще вина — и себе, и Алисе.

— Он очень близок к успеху. Я допустила оплошность. Я была… поначалу совершенно поглощена горем и яростью. Потом позволила себе расслабиться. Поверить, что все плохое позади.

Алиса, снова кивнув, несколько секунд сидела неподвижно. Потом подняла бокал.

— Понимаю, тебе нужна сообщница. Мне доставит огромное удовольствие подставить подножку этому самодовольному негодяю.

Фэй рассмеялась, и они громко чокнулись бокалами. Возможно, жива еще надежда на сестринство — несмотря на предательство инвесторов.

* * *

Алиса предлагала ей остаться переночевать, но Фэй хотела вернуться в свою квартиру и обсудить с Керстин кое-какие идеи. Однако когда такси проезжало по улице Юнгфругатан, она попросила шофера остановиться. Здесь жила Ирена Арнель. Несколько лет назад Фэй побывала у нее на роскошном ужине и теперь узнала ее дом.

На мгновение она заколебалась. Представила себе эту красивую женщину. Всегда собранная. Всегда преисполненная достоинства. Как она могла?..

Расплатившись за такси, Фэй вылезла из машины и, подойдя к подъезду, набрала на домофоне номер квартиры Ирены.

Звонок звучал за звонком, и Фэй подумала было, что Ирены нет дома. Быстрые шаги за спиной заставили ее обернуться, но это был всего лишь бегун в ярких легинсах. С тех пор как Як совершил побег, Фэй старалась не ходить вечером по городу одна, но случайный импульс заставил ее остановиться у дома Ирены. Каждое мелкое движение, которое она замечала боковым зрением, теперь казалось предвестником беды. Фэй снова изо всех сил нажала на кнопку домофона. На этот раз Ирена ответила.

— Привет, это Фэй. Знаю, ты наверняка не хочешь со мной разговаривать, но… можно мне подняться к тебе?

Фэй затаила дыхание. Керстин не советовала ей пускаться в разговоры с Иреной, пока они не разобрались с более насущными проблемами. Но она ощущала острейшую потребность поговорить с Иреной. Правда, пакет акций уже продан, но Фэй любила Ирену, полагалась на нее. И никак не могла понять, как же это все получилось. А ей важно было разобраться. Возможно, в этом кроется ключ к пониманию происходящего, хотя Керстин в это и не верит…

— Ирена! — окликнула она. — Пожалуйста!

Дверь зажужжала, и, кинув последний взгляд через плечо, Фэй поспешно вошла в подъезд.

Лифт был старый, тесный и невыносимо медлительный. Когда он добрался до третьего этажа, Фэй отодвинула черную скрипучую решетку и увидела, что Ирена ждет ее у своей двери — в сером домашнем костюме, без макияжа, в махровой повязке, перехватывающей короткие волосы. Судя по блеску кожи, она, должно быть, как раз совершала вечерний косметический ритуал перед отходом ко сну.