У всякой драмы свой финал - Валерий Пушной

Хозяин кабинета продолжал смотреть молча и недружелюбно. Глеб нахмурился и не спешил начинать разговор. Молчание затягивалось. Наконец, Олег обхватил ладонями подлокотники, и спросил:

— Ну, как?

— Что ну как? — не понял Глеб.

— Какие вопросы у тебя ко мне? — наклонил вперед мощный лоб и, явно раздражаясь, произнес. — Почему ты решил, что я стану отвечать на них? Ты слишком самонадеян!

— Потому что эти вопросы касаются тебя! — сдержанно сказал Глеб, чувствуя, как внутри него начинает закипать ответное отторжение.

Олег поднял подбородок, сделал громкий выдох, глядя куда-то вбок:

— Тогда начинай. Какого черта тянешь? Или ты думаешь, у меня есть время разглагольствовать с тобой?

— Да уж найди, коль я здесь! — напружинивая тело, едва не сорвался Глеб и в лоб спросил, точно ударил по ушным перепонкам. — Зачем ты организовал нападение на мою квартиру?

Рисемский округлил глаза. Вопрос для него был неожиданным. Уверенность, с какою держался Корозов, определенно для него была неприятна. Он любил подминать под себя, а тут у него срывалось. И чтобы хоть как-то уязвить Глеба, брезгливо съязвил:

— Тебе нужно сходить к психиатру!

— Не уходи от ответа! — сказал Глеб.

— Ты думаешь, я занимаюсь грабежами квартир?

— Я думаю, когда тебе не удалось убедить меня, что это твой кинжал, ты отправил своих головорезов, чтобы выкрасть его!

— Красть то, что и так принадлежит мне? — В глазах у Олега вспыхнула злая насмешка, он сжал подлокотники и подтянул к себе ноги, как будто собирался подняться из кресла, но в самый последний момент передумал. — Ты хочешь сказать, что у тебя больше нет моего ножа? И хочешь, чтобы я поверил этим басням? Найди для своих песен дурака! За окном их много болтается! Прибрать к рукам решил мой кинжал? Понравился ножичек? Но вернуть все равно придется! Я с тебя с живого не слезу!

Корозов не сомневался, что Рисемский умышленно переворачивал все с ног на голову, чтобы обелить себя, и был уверен, что нож уже находился у него.

— Твои головорезы ударили мою жену, — сказал Глеб. — Тебе придется за это ответить!

Олег вышел из-за стола, прошагал по кабинету, остановился и выговорил:

— Во-первых, я честный предприниматель и у меня нет головорезов! Во-вторых, я не организовывал нападения на твою квартиру! И, в-третьих, если у тебя действительно похитили нож, то найди его и верни мне!

Глеб видел, что разговор зашел в тупик, каждый из них стоял на своем, не отступал. Олег ничем не выдал себя, и глазом не моргнул на обвинение, ударил тем же концом по Глебу, точно запустил все по замкнутому кругу. Бесполезность и бессмысленность продолжения разговора была очевидной.

Он пришел к Рисемскому с мыслью ошарашить того, выбить из-под него стул, но не получилось. Приходится отступать. И чтобы это отступление не выглядело бегством, резко перевел разговор на другую тему:

— О Романе что-нибудь стало известно?

— Ты хочешь признаться в содеянном? — в свою очередь хлестнул Олег.

— Не говори чушь!

— Тогда не спрашивай о том, что тебя не касается!

— А вот тут бабка надвое сказала. Все-таки кинжал попал ко мне из его рук.

— Романа я скоро найду! — уверенно проговорил Рисемский. — Можешь не сомневаться. И кому-то за него придется ответить! — произнес таким тоном, ровно точно знал, кому за это придется отвечать.

— Почему ты не заявил в полицию о похищении сына? — спросил Глеб.

Олег подошел к столу, широко расставил ноги, мотнул головой и бросил:

— Я поручил это частному сыску! Они отработают свой хлеб лучше, чем полиция. — Что же этот сыск так долго Му-му водит? Уже должен был бы нащупать какие-то ниточки, — усмехнулся Корозов.

Олега уколола его насмешка, и он отрубил:

— Откуда тебе знать, кто, что водит? Кое-что уже известно, только это не для твоих ушей! — Рисемский снова опустился в свое кресло и враждебно проткнул Глеба взглядом. — У тебя еще есть вопросы ко мне?

Глеб помолчал, прежде чем ответить:

— Вопросы еще остались, — сказал твердо, — но я вижу, что ты не готов отвечать на них!

— У меня нет времени заниматься пустой болтовней! — парировал Рисемский.

— В этом мы с тобой одинаковы, однако я не хамлю тебе, как ты мне!

Олег пропустил его слова мимо ушей. Для него такое поведение было нормой. Тем же прежним тоном он заметил:

— Я позвал тебя, думая, что ты привезешь мне мой кинжал, а ты стал выкатывать глупые претензии! Ты не просто не отдал мне мой нож, ты стал обвинять меня в том, чего я не совершал!

— А не ты ли недавно обвинял меня в похищении Романа? У тебя короткая память!

Олег с силой выдохнул из себя воздух, лицо побледнело:

— Имей в виду, кинжал — это очень дорогая вещь для меня, и не только потому, что его рукоять в алмазах, не только! Вот и мастери выводы сам! — это прозвучало, как угроза.

Глеб сделал над собой усилие, подавляя пыл. Нет, он не собирался уступать напору Рисемского, он в ответ жестко потребовал:

— Тогда займись вместе со мной его поисками!

Олег остолбенел от требовательного голоса, не ожидал.

— Иначе нож может пропасть навсегда! — закончил Глеб.

— Такие вещи навсегда не пропадают! — холодно отреагировал Рисемский.

Корозов встал со стула и, не прощаясь, отвечая Олегу его манерой, твердо шагнул к двери.

Тот провожал его мрачным взглядом, и было непонятно, какими мыслями забит его мозг в эти минуты.

У Корозова встреча оставила в душе неприятный осадок. Бесполезная потеря времени. Рисемский не захотел пойти на контакт. Глеб еще больше утвердился в своем мнении, что без Олега в этой истории не обошлось, что надо убедить Акламина, чтобы он начал розыск именно с Рисемского.

Сел в машину в плохом настроении.

Яркий солнечный день показался не совсем светлым и ясным. Люди на тротуарах какие-то неловкие и измученные. И пес, выскочивший из-за угла, был худым, ободранным и жалким. Кучка голубей лениво, словно нехотя топталась на тротуаре, поклевывая какие-то крошки, путалась в ногах у пешеходов, не спешила убраться с дороги, как будто не замечала людей. Пока пес не ворвался в их сонное царство, заставив встрепенуться, оторваться от неторопливой трапезы, разбежаться и взлететь всех вместе.

Глебу хотелось после встречи с Рисемским умыться, и не просто умыться, а окунуться целиком.

Проехали совсем немного, как в кармане у Корозова зазвонил телефон. Глебу не хотелось разговаривать ни с кем, тем более что на дисплее высветился незнакомый номер, но он все-таки поднес телефон к уху и сразу даже не сообразил, чей голос раздался из него: