Выстрел в ночи - Наталия Антонова

Андриана отыскала взглядом подруг. Они разбрелись в разные стороны, и каждая из них замирала в одиночку перед той или иной картиной. И почему они выбрали для более глубокого духовного погружения именно это полотно, было известно только им самим. Вот Мила, например, в данный момент стояла, молитвенно сложив руки, перед картиной с озером. Вокруг него толпились плакучие ивы и опускали в зеркальную воду длинные ветви, точно русалки – косы. Возле одной из ив был заметен силуэт. Но он был таким неясным, что не представлялось возможным понять, мужчина это или женщина.

А Леокадия стояла перед большим полотном, на котором было изображено ржаное поле. Среди колосьев тут и там синели васильки. А по меже спиной к зрителю удалялась прочь обнявшаяся пара. Чувствовалось, что влюбленные настолько заняты друг другом, что не замечают ничего вокруг. И им нет никакого дела до того, что зритель хотел бы увидеть их лица. Глядя на Леокадию, Андриана догадалась, что в мужской фигуре подруга узнала самого художника. Кто его спутница, Лео, как и Андриане, было неизвестно, но затуманившийся взгляд Леокадии говорил о том, что на месте девушки, которую обнимал художник, она уже представляла себя.

Выставку они покинули спустя четыре часа, время для них пролетело незаметно.

– Ну как? – спросила подруг Леокадия.

– У меня нет слов! – выдохнула Мила.

– Восхитительно! – призналась Андриана. – Лично мне показалось, что Вениамин Стеклов не просто талантливый художник, а гениальный.

– Я тоже потрясена, – сказала Лео, – и жалею, что не посещала раньше выставок Стеклова.

– Кстати, – спросила Андриана, – а у Стеклова кто-нибудь есть?

– Что ты имеешь в виду под «кто-нибудь»?

– Родственники? Любимая женщина?

– Про любимую женщину ничего сказать тебе не могу, – усмехнулась Леокадия, – но у Стеклова есть младшая сестра. И вон она как раз спускается с лестницы в сопровождении хозяина галереи.

– Не может быть! – воскликнула Андриана и, протерев глаза, уставилась на указанную Леокадией пару. Мужчина что-то говорил женщине, она в ответ кивала и даже дважды слабо улыбнулась. А потом, попрощавшись с хозяином галереи, направилась в их сторону. Андриана уже сообразила, что она идет не к ним, а к своей машине.

– Как ее зовут? – спросила она Леокадию свистящим шепотом.

– Зачем тебе?

– Надо!

– Галина Андреевна.

– Стеклова?

– Нет! Она же замужем!

– Так как фамилия ее мужа?

– Беседин.

– А зовут его?

– Не знаю, – отрезала, рассердившись, Леокадия.

И тут Андриана неожиданно для обеих подруг выскочила из машины и пулей полетела в сторону уже садящейся в автомобиль Бесединой.

Леокадия и Мила переглянулись.

– По-моему, она сошла с ума! – воскликнула Лео, стукнув руками по ни в чем не повинному рулю.

– Похоже на то, – едва слышно согласилась Мила, а потом, попытавшись найти оправдание странному поступку Андрианы, проговорила: – Может, она просто под большим впечатлением от картин Стеклова.

– Я тоже под впечатлением! – отвергла ее предположение Лео. – Но, тем не менее, под колеса чужих машин не бросаюсь!

– Так и она не под колеса, – робко заметила Мила.

Андриана тем временем уже села в салон автомобиля сестры художника, и машина тронулась с места.

– Ну и дела! – выдохнула Леокадия.

А Мила только недоуменно посмотрела вслед уехавшей машине Бесединой.