Совы охотятся ночью - Энтони Горовиц

Про Сесили Трехерн сказать особо нечего. Сегодня поутру я встретилась с ее мужем, Эйденом Макнейлом, и прониклась к нему большей симпатией, чем ожидала. Я буду очень удивлена, если вдруг выяснится, что он хоть как-то причастен к исчезновению жены. Он не просто расстроен, но страшно переживает, я бы даже сказала, что вид у бедняги изможденный. У него есть семилетняя дочка, за которой присматривает няня, вида настолько зловещего, что ей впору в триллерах сниматься. И еще пес — по сути, свидетель, потому как он был там, в своей корзине, в ту самую ночь, когда убили Фрэнка Пэрриса. Если бы только собака могла говорить!

Насколько я могу судить, полиция если официально и не прекратила искать Сесили, то особо не усердствует. Дело ведет старший суперинтендант Локк. Этот же самый сыщик расследовал убийство Алана и проявил себя тогда не слишком способным. Мы с ним пока не разговаривали, но это, наверное, и к лучшему, потому как — ты наверняка помнишь — в прошлый раз мы не поладили.

Что до произошедшего много лет назад убийства, то оно выглядит не менее запутанным, чем в романе Алана Конвея, но без привычных улик и подсказок от автора, которые помогли бы мне раскрыть преступление. А если верно то, что Штефан Кодреску его не совершал, то мы снова упираемся в пропавшую последнюю главу! Я выяснила, в какой тюрьме содержится Штефан, и написала ему, однако не уверена, что он согласится со мной встретиться.

Но я хочу написать тебе не про убийство, а совсем про другое.

Все это произошло так стремительно — я имею в виду свое решение отправиться в Англию, — и я знаю, что пробуду тут всего около недели, но это побудило меня призадуматься: о нас, об отеле и о Крите. Я люблю тебя, Андреас, и хочу быть с тобой, но у меня начинает вызывать беспокойство то, в каком направлении развиваются отношения между нами.

У нас никогда нет времени поговорить о чем-либо, кроме дел, и иногда я пытаюсь понять: это мы управляем отелем или он управляет нами? Я изо всех сил старалась честно выполнять свои обязательства, но мы двое работаем так много, что просто не находим времени друг для друга. И буду откровенной. Я всю свою жизнь проработала в издательстве. Меня неизменно приводило в восторг все, имеющее отношение к книгам: рукописи, редактура, презентации, вечеринки. Мне этого не хватает. Я просто чувствую себя неполноценной. Боже, это звучит ужасно. Получается, все дело во мне? Но нет, это не так. По правде говоря, в нас обоих.

Мне просто кажется, что нам следует сесть и подробно все обговорить: что мы делаем, зачем мы это делаем и к чему в итоге хотим прийти, работая вместе. Я даже задаю себе вопрос: счастлив ли ты в «Полидорусе», особенно когда все идет вкривь и вкось? Если мы совершили ошибку, нам нужно набраться смелости и признать это. Последнее, чего мы хотим, это закончить взаимными обвинениями, но иногда у меня возникает впечатление, что дело приобретает именно такой оборот.

Ну ладно, на этом я умолкаю. Я еду ужинать с Кэти. Пожалуйста, не возражай мне, а сперва хорошенько подумай и постарайся меня понять. Как бы я хотела, чтобы «Английских сорочьих убийств» никогда не существовало. Проклятый Алан Конвей. Это все его вина.

С безграничной любовью,