Только свои - Чингиз Абдуллаев

Я бросился к вешалке одеваться. Оказалось, что снаружисильный ветер. Снег бил прямо в лицо. С этой стороны дома, в саду, было еще нетак ветрено. Я представил, что творится с другой стороны – на открытойплощадке. Я крикнул, но мне никто не ответил. Это мне не понравилось. Я сновакрикнул, но ветер унес мои слова куда-то в сторону. Тогда я шагнул в темноту,уже начиная сильно нервничать. И снова позвал отца. Внезапно я увидел чью-тотень, метнувшуюся в сторону. Кажется, в руках мужчины было оружие. Я пожалел,что вышел из дома, ничего не взяв с собой для защиты. Обернулся, чтобыпосмотреть на дом, а когда повернулся обратно, чуть не столкнулся с человеком,неожиданно выросшим передо мной. Это был Салим Мухтаров с его жутким ножом.

– Зачем вы вышли? – зло крикнул он. – Я думал, это чужой.

– А где мой отец?

– С другой стороны дома. Наверное, это был какой-нибудьслучайный прохожий. Но здесь ничего невозможно увидеть. Почему вы не включилиосвещение в саду?

– Для чего? – спросил я. – Мы не собирались гулять по саду втакую погоду.

– Правильно сделали, – согласился Мухтаров. – Нужно закрытьвсе жалюзи и вообще не выходить из дома.

Он обернулся и громко позвал моего отца. Но тот опять неоткликнулся. Мы с Мухтаровым пошли в другую сторону. Отца по-прежнему нигде небыло видно. Мы старались держаться рядом. Из-за снега ничего невозможно былоразглядеть. Внезапно раздался выстрел, пуля просвистела недалеко от нас. Потомвторой. Неужели на отца напали?

– Папа! – крикнул я изо всех сил. – Где ты?

В такую непогоду невозможно даже нормально сориентироваться.Внезапно из тьмы и метели прямо на нас вышел мой отец. Увидев его, я немногоуспокоился. Слава богу, что с ним ничего не случилось. В тот момент я не могдумать ни о чем другом.

– Там кто-то был, – уверенно сказал отец, показываяпистолетом в сторону.

– Какой-нибудь несчастный бомж, – отмахнулся Мухтаров. – Ктопосмеет влезть в дом, где столько мужчин? Да еще вооруженных. На твоем месте явыстрелил бы несколько раз в воздух, чтобы напугать желающих подойти к дому.

– Я так и сделал, – пробормотал отец, убирая оружие. –Хорошо, что тут поблизости никого нет. Ты представляешь, что написали бы всеанглийские газеты, если бы узнали, что я здесь стрелял? Посол устроил стрельбув арендованном им доме.

Мы еще немного огляделись, но ничего нельзя было увидеть.

– Может, включить свет в саду? – предложил я.

– Уже не нужно, – отмахнулся Мухтаров. – Если даже былкакой-то случайный прохожий, то он давно убежал. Пусть топает в сторону фермы,может, там найдет какую-нибудь еду, отняв ее у свиней. – Он захохотал над своейшуткой и пошел в дом.

Мы потянулись следом. Перед тем как войти, отец строгопосмотрел на меня.

– Ты опять не послушался? – проворчал он. – Я же приказалтебе не выходить. А если бы чужой забрался в дом?

– Меня мама попросила выйти, – попытался я оправдаться. –Она беспокоилась за тебя.

– Все равно нужно было остаться с ней, – нервно произнесотец. – Мне не нравится, что ты все время норовишь все сделать по-своему.

Он подождал, пока я войду в дом, вошел последним и с силойзахлопнул за собой дверь. Я понимал, из-за чего он нервничает. Получается,созвал своих близких в дом, рядом с которым бродят непрошеные визитеры.

В доме было тепло и уютно. Мы сняли верхнюю одежду. За этокороткое время наши куртки успело занести снегом. Отец достал телефон и набралномер Гулсум.

– Где вы? – коротко спросил он. – Еще не доехали?

– Уже свернули на Честер-Сити, – сообщила сестра. – Но здесьтакая ужасная погода. Прямо ураган. Хорошо, что мы видим указатели. Скороприедем.

– Будьте осторожны, – пробормотал отец. Затем, убравтелефон, покачал головой. – Этим синоптикам совсем нельзя доверять. Обещалимокрый снег, а тут настоящая снежная буря, можно сказать – ураган. Если такпродолжится, к утру вокруг нас вырастут настоящие сугробы.