Серебряные осколки - Дейзи Вэнити

– В клуб, – решила она. – С семьей мы поговорить всегда успеем, а вот у швейцаров память может оказаться короткой. Особенно если в деле замешаны деньги.

– Отлично! – просиял Теодор. – Эви, ты ведь знаешь адрес?

– Т-точного не знаю, но он должен н-находиться на Сент-Джеймс-стрит. К-конечно, их там довольно много, но, думаю, ты б-быстро найдешь нужный.

– Погоди-ка… я? – растерянно переспросил он. – Я пойду один?

– Конечно! – фыркнула Эвелин. – Это ведь д-джентльменские клубы. Туда не пускают дам.

Теодор перевел умоляющий взгляд на Уинифред.

– Мисс Дарлинг сказала, что тебе полезно время от времени брать на себя ответственность, – спокойно сказала она.

Назвав извозчику адрес, Уинифред помахала вслед ошеломленному Теодору и обернулась к кованой решетке забора небольшого особняка на Керзон-стрит. Красивый дом ничуть не изменился, лишь сад отцвел и потемнел. Зеленели только поросшие нежными кустиками табака лужайки по обе стороны от дорожки. В окнах первого этажа было темно, но на втором ставни были распахнуты.

Уинифред откинула засов и открыла низкую калитку, но сильный порыв ветра с оглушительным ржавым лязгом захлопнул ее. Помедли она хоть секунду – и осталась бы с раздробленными пальцами. Снова.

– Неужели Теодор не предупредил прислугу о нашем возвращении? – с неудовольствием спросила Уинифред.

Лаура покачала головой.

– Я лично им написала.

Она тоже взялась за засов. Ее тоненькие руки, выглядывающие из широких рукавов платья, были похожи на две веточки. Уинифред с ужасом представила, как захлопывающаяся калитка переламывает их пополам.

– Не трогай! – запретила она, и Лаура испуганно отдернула руки. – Давай-ка лучше поднимем с земли вещи – промокнут ведь.

Лаура подхватила четыре шляпные коробки разом, а Уинифред, пыхтя от натуги, подняла саквояж. Эвелин единственная стояла без вещей. Поймав сердитый взгляд Уинифред, она фыркнула и вдруг с силой дернула ограждение на себя.

– Я не собираюсь утруждаться б-без нужды, – заявила она, распахнув калитку и навалившись на нее всем телом, чтобы та не захлопнулась вновь. – Лаура, милая, позови Т-томаса, чтобы он забрал вещи.

Лаура с благоговением уставилась на Эвелин. Уинифред опустила на влажную землю саквояж и, бормоча ругательства, принялась по одной забирать у девочки картонные коробки, как вдруг дверь дома распахнулась.

На крыльцо вышел старик Миллард, дворецкий Дарлингов. Увидев девушек, окруженных коробками, саквояжами и кофрами, он на секунду раскрыл рот.

В окне первого этажа показались две темноволосые горничные, с любопытством выглядывавшие из-за раздвинутых занавесок.

– Добрый день, Миллард, – с вялым добродушием поприветствовала его Уинифред.

Одна из коробок выскользнула из их с Лаурой рук, и по земле покатился цилиндр Теодора.

– Не поможете нам донести багаж?

Дарлинг вернулся через три часа, едва они закончили разбирать вещи и спустились в Малый кабинет. Уинифред заняла гостевую комнату, которую Теодор отвел ей в прошлый раз, а Эвелин поселилась в расположенной точно напротив. Лаура снова вошла в свою должность экономки и порхала туда-сюда по лестнице с бельевыми корзинами, тазами и кувшинами с водой. Горничные еле поспевали за ней.

– Я нашел нужный клуб! – ворвавшись в комнату, с порога заявил Теодор. От влажного городского воздуха его волосы пошли кудрями. – Он оказался четвертым по счету. Правда, во второй меня не впустили без приглашения, и я все опасался, что он и был тот самый, но потом извозчик…

– Тедди!

– Извини! Швейцар сказал, что в последний раз, когда Стеллан был у них, он играл с приятелями. – Теодор вынул из кармана листок бумаги. – Я на всякий случай записал их имена. Додж, Келлингтон и Лоусон.

– Келлингтон? – рассеянно переспросила Эвелин.

– Да, лорд Джон Келлингтон, барон. Ты его знаешь?

К удивлению Уинифред, Эвелин порозовела.

– Мы давно знакомы. Он когда-то делал мне п-предложение.

– Есть хоть кто-нибудь в этом городе, кто не делал тебе предложение? – сердито спросила Уинифред.

– Я не делал! – влез Дарлинг.

– Замолчи! Ты тоже делал, идиот!

– П-послушайте, какая разница! – возразила смущенная Эвелин и помахала перед их лицами рукой с кольцами. – Это было давно. Теперь я з-замужем. Келлингтон – всего лишь знакомый, который может оказаться полезным! Наведаемся к нему и узнаем, что п-произошло со Стелланом.

– В таком случае лучше нам отправиться без тебя, – торжествуя, заметила Уинифред. – Если в деле замешан разврат, лорд Келлингтон тебе и слова не скажет.

Теодор потянулся, чтобы снова прикрыть Лауре уши, и она, поморщившись, качнулась в сторону.

– А с вами он и вовсе не знаком! – парировала Эвелин и поднялась с кресла. – Нечего терять время в разговорах. П-поедем сейчас же.

– Ты права, – кивнул Дарлинг. – Чем скорее мы разыщем Стеллана, тем раньше сможем вернуться домой, верно?

Делая вид, что не замечает внимательного взгляда Лауры, Уинифред молча стянула со стола ридикюль и перчатки. Ей не хотелось говорить Теодору, что при упоминании слова «дом» она подумала вовсе не о Хэзервуд-хаусе.

Особняк лорда Келлингтона располагался в Белгравии – очень тихом, дорогом и безукоризненно стильном районе. Здесь селились сливки английского общества: бароны, виконты или те, у кого было достаточно денег, чтобы обойтись без титула. По словам Эвелин, лорд Келлингтон принадлежал к первым. Когда она отказала ему два года назад, мистер Саттон едва ли на стену не полез от огорчения. Его упрямица-дочь упустила такую блестящую партию!

Весь свой пыл Эвелин растеряла уже в экипаже. Когда лошади остановились у огромного белого особняка с мраморными колоннами, резными карнизами и эркерами, она, бросая беспокойные взгляды в окно, принялась медленно перевязывать ленты на шляпке. Было очевидно, что она тянет время.

– Мы передадим лорду Келлингтону, что ты просила засвидетельствовать свое почтение, – насмешливо пообещала Уинифред.

– Ну уж нет! – гневно вспыхнула Эвелин.

Не заметив протянутой Дарлингом руки, она изящно соскользнула с мокрой от дождя подножки и перекинула распущенные волосы на спину.

– Но я п-поразмыслила… Пускай лучше Теодор попросит о визите. Вдруг Келлингтон не пожелает меня в‑видеть?

– Неужели он способен на такую грубость? – поразился Дарлинг.

– Нет, но… Я н-недостаточно хорошо его знаю, чтобы утверждать наверняка, – пробормотала Эвелин. – Вдруг мой отказ его оскорбил?

– О, не стоит беспокоиться на этот счет, – безжалостно заявила Уинифред. – Судя по опыту, он скорее попытается снова сделать тебе предложение.

Открывший гостям дворецкий сразу же препоручил их заботам горничной – высокой женщины в строгом платье с воротником и в переднике. На закутавшуюся в серую шелковую накидку Эвелин она даже не взглянула, будто та стала вдруг невидимой, а вот на Уинифред и Теодора глядела сверху вниз, в худшей манере прислуги из богатого дома. Принимая их верхнюю одежду, горничная несколько раз уточнила:

– Вы уверены, что вам нужен именно