Серебряные осколки - Дейзи Вэнити

– Это были не джентльмены. И да, я сообщил им то же, что и вам. Я понятия не имею, куда подевался Акли. Тем вечером он ненадолго вышел из клуба, пообещав, что вернется. Больше я его не видел.

– Должно быть, вы действительно плохо его знаете, – холодно заметила Уинифред. – Принимать на веру слова мистера Акли – идея не из разумных.

Келлингтон пожал плечами.

– Должно быть, его друзьям лучше знать. Но я был уверен, что он вернется.

Уинифред с неудовольствием отметила, что он равнодушно снес ее шпильку. Его тон оставался безразличным, и даже веки с густыми светлыми ресницами не дрогнули.

– Почему вы были так в этом уверены? Он оставил что-то в клубе?

Словно вдруг что-то вспомнив, Келлингтон вскинул голову и с мгновение глядел Уинифред прямо в лицо. Его зрачки слегка расширились, будто от испуга.

– Ему некуда было идти, – после короткой паузы произнес он, не отводя взгляд. – Акли сказал мне, что в Лондоне у него теперь нет дома.

Уинифред сразу поняла, что он лжет или изначально собирался сказать совсем не это.

– Но у него есть дом! – возразил Теодор. – Здесь все еще живут его родители, так?

– Насчет этого я ничего не знаю. Приезжая, Акли всегда остается на ночь в клубе. – Келлингтон, не отдавая себе отчета, взглянул на Эвелин. – Только там.

Но Эвелин не поднимала головы.

– Должно б-быть, Стеллан окончательно рассорился с мистером Акли, – пробормотала она. – Насколько я знаю, в этом году они не покидали город.

– А ваши друзья могут что-то об этом знать? – поинтересовалась у Келлингтона Уинифред. – Мистер Додж и мистер Лоусон, если мне не изменяет память.

С выражением смертельной скуки юноша прикрыл глаза и тут же раскрыл их снова. Было похоже на то, что он чудовищно медленно моргнул.

– Они мне не друзья, мисс Бейл. И насколько я знаю, они пребывают в таком же недоумении относительно Акли, что и я.

– Строго говоря, вы ничего не знаете. И ничем не в состоянии помочь миссис Акли, – холодно подытожила Уинифред.

Келлингтон поглядел на Уинифред с такой враждебностью, что Теодор рядом с ней беспокойно зашевелился. Нет, Келлингтон не притворялся равнодушным, и его безразличие не было напускным, но, выходя из себя, скрывать собственные чувства он не умел. Если хорошенько поддеть его, он будет сидеть у Уинифред на ладони беззащитный, словно ощипанный птенец.

– Ничем не могу помочь, – процедил Келлингтон. – Если с Акли действительно что-то случилось, советую вам обратиться к констеблю.

Уинифред сумела сохранить хладнокровие, но Эвелин и Теодор озадаченно переглянулись. К несчастью, Келлингтон заметил это.

– Я что-то не так сказал?

– Нет-нет, вы правы, – заверила его Уинифред. – Мы так и поступим.

Келлингтон стиснул подлокотники и вдруг посмотрел прямо в глаза Эвелин. Его челюсть была напряжена так, что на скулах выступили желваки.

– Что происходит? – сквозь стиснутые зубы спросил он.

Эвелин побледнела и поглядела на Уинифред, ища помощи.

Черт. Ей стоило отправиться одной!

Уинифред рассмеялась, стараясь подражать мелодичному смеху Эвелин, и взяла со стола чашку. Дарлингу и Эвелин хватило ума тоже выдавить по улыбке.

– Зачем же вы ее пугаете, милорд! – шутливо укорила лорда Уинифред. – Конечно, миссис Акли беспокоится о супруге, но нет причин полагать, что ему угрожает опасность.

Изображая смущение пополам с проницательной понятливостью, она на миг опустила ресницы, а затем как бы невзначай взглянула на Эвелин.

– Я пойму, если вы не желаете делиться некими… деликатными подробностями касаемо мистера Акли. Все-таки его не назовешь образцом добродетели.

Ресницы Уинифред вновь вспорхнули вверх. Она была на высоте. Если бы перед ней сейчас стояло зеркало, она сама поверила бы хитрому, все понимающему и все прощающему блеску в своих глазах. Ее виноватая улыбка так и говорила: «Все мы знаем, как дела обстоят на самом деле. Нет нужды для ложной скромности».

Да, Уинифред была великолепна, вот только Келлингтон ей не поверил. Он с шумом выпустил воздух через нос и смерил ее внимательным взглядом. Ей почему-то пришла в голову мысль о молотке, которым могильщики забивают гвозди в крышку гроба.

– Я немедленно иду к констеблю, – разомкнув губы, произнес он.

Зная, что уже не успеет остановить Теодора, Уинифред лишь устало смежила веки.

– Погодите, милорд! – испуганно вклинился Дарлинг. – Не нужно!

– Почему?

– Мы бы не хотели предавать дело огласке, – быстро пояснила Уинифред. Окончательно убедившись, что ее спектакль не удался, она сбросила с лица хитрое проницательное выражение. – Если выяснится, что супруг миссис Акли позволяет себе распутство и пьянство, это тяжело ударит по репутации нашей дорогой подруги. Мы не можем этого допустить.

Эвелин съежилась, и Келлингтон лениво прищурился.

– Вы считаете меня идиотом. Но я вам не верю, мисс Бейл.

– Это ваше право, милорд. Спасибо, что уделили нам время.

С безукоризненно вежливой улыбкой она поднялась с дивана, и Теодор с Эвелин последовали ее примеру. Келлингтон тоже встал, хоть и с явной неохотой. Раз взглянув, теперь он не мог оторвать от Эвелин глаз.

– Благодарю вас за визит, – смягчившимся тоном произнес он, обращаясь к ней одной.

Эвелин, не глядя, подала ему руку на прощание.

– До свидания, Джон, – пробормотала она.

Втроем они последовали к выходу, оставляя хозяина дома одного.

Ну и пускай Уинифред не сумела обвести его вокруг пальца. Все равно он ничего им не сумеет сделать. У них на руках козырь, против которого все карты Келлингтона бессильны.

– Мисс Бейл! – вдруг окликнул он Уинифред, выдергивая ее из размышлений. – Могу я поговорить с вами?

Уинифред дала Дарлингу и Эвелин знак идти вперед и вновь приблизилась к Келлингтону. Он сложил руки за спиной и выпрямился, нависнув над ней – в нем было больше шести футов роста.

– Мисс Бейл, я буду с вами краток, – отрывисто сказал он. – Я бы хотел принять участие в поисках Акли.

– Это исключено, – сладко улыбнулась Уинифред. – Что-то еще, милорд?

Он моргнул и резко наклонился к ней. Теперь его лицо находилось на уровне ее уха.

– Если вы мне откажете, я расскажу тем мужчинам, что вы тоже ищете Акли. И укажу на вас и вашего жениха.

За бездарную, но искреннюю и отчаянную попытку шантажа Уинифред почти прониклась к нему уважением.

– Я уже вам отказала. И, кажется, вы обещали мисс Саттон этого не делать.

Юноша дернулся, словно от пощечины, и выпрямился.

– Миссис Акли, – глухо поправил он ее.

Уинифред широко улыбнулась, и лицо Келлингтона скривилось в выражении нескрываемой неприязни.

– Действительно, прошу прощения! Иногда я забываю, что она уже замужем.

– Надеюсь, что вы всерьез рассмотрите мое