Дело изъеденной молью норки - Эрл Стенли Гарднер

– При обстоятельствах, которые я вам описал, – ответилМейсон.

– Я знаю. Но, предположим, вам известно, что человек собираетсявас убить и охотится за вами. Он следит за вашим домом, сидя в машине и держана коленях автомат, а вам удается выскользнуть через черный ход таким образом,чтобы он вас не заметил. Разве в таком случае вы не имеете права прострелитьему голову и быть оправданным?

Мейсон покачал головой.

– Почему нет?

– Потому что в такой ситуации у вас была возможностьпозвонить в полицию и попросить у них защиты.

Она усмехнулась с упреком в голосе:

– Просить у полиции защиты от человека, которого я имею в виду,это все равно что просить их защитить тебя от оспы или чумы… Этот человекпросто проскользнет сквозь пальцы полиции – ему это не составит труда, – а тыокажешься трупом еще до наступления утра.

– Вы просили меня объяснить вам пункты закона. Я это сделал.Я не пишу законы. Я их изучаю.

– Моррис сказал мне то же самое, но я ему не поверила. Мнеэто кажется несправедливым. Но он, как и вы, утверждал, что таков закон, апоэтому вы не одобрите то, чем он занимается.

– А чем он занимается?

– Вы слышали когда-нибудь о Джордже Файетте?

– Вы его знаете? Я хотел бы кое-что о нем выяснить.

Она горько засмеялась.

– Много людей хотели бы что-нибудь о нем выяснить. Он –убийца.

– Продолжайте, – попросил Мейсон.

– А в настоящий момент он пытается прикончить Морриса именя.

– Почему?

– Это как раз то, что мне требуется разузнать. Япредполагаю, потому, что я – возлюбленная Тома Седжвика.

– А кто такой Седжвик?

– Его разыскивает полиция. Пытаются повесить на негоубийство.

– Так что вас и Морриса Албурга пытаются убить?

– Все правильно.

– Почему? Не вижу смысла.

– Судя по вашему поведению, вы мне не верите.

– Очень возможно.

– Послушайте, нельзя спорить с фактами. Файетт пыталсяпристрелить меня в том переулке, что проходит за рестораном Албурга.

– А что конкретно тогда произошло? – поинтересовался Мейсон.

– Файетт следил за мной, пытаясь отправить на тот свет. Онвошел в ресторан с единственной целью: напугать меня, чтобы я бросилась бежать.Он, естественно, предполагал, что я воспользуюсь черным ходом. Если бы я хотьчуть-чуть подумала, я поняла бы, чего он добивается. Даже с влиянием, деньгамии наглостью Файетта нельзя рассчитывать застрелить женщину в переполненномресторане, а потом просто взять и уйти. Однако ему приходилось совершатьподобное и выходить сухим из воды. Невозможно рационально мыслить, если на тебясмотрит Джордж Файетт. Это схоже с тем, как кладешь руку на камень и замечаешь,что рядом колечком свернулась змея.

– Продолжайте, – подбодрил Мейсон, когда она замолчала. –Мне нужно знать, что конкретно произошло.

– Я вылетела из ресторана. А Файетт как раз этого и хотел. Вмашине меня поджидал его сообщник. Файетт спокойно с невинным видом сидел застоликом и притворялся, что наслаждается ужином. А я сломя голову кинулась вподстроенную им ловушку.

– А что произошло, когда вы оказались в переулке?

– Сообщник Файетта пытался заставить меня сесть к нему вмашину. Я оказалась настолько перепугана, что бросилась бежать дальше. Это,видимо, нарушило их планы. Им просто не пришло в голову, что я не сожмусь, какгармошка, и не сяду в машину, как хорошая маленькая девочка. Я сделала то, чегоникто не предполагал. Я понеслась дальше по переулку. Когда сообщник Файеттасообразил, что надо стрелять, я уже покинула линию огня. Он нажал на газ, чтобыдогнать меня, машина дернулась, в результате чего дверца захлопнулась. Онвыстрелил во второй раз, но пуля прошла сквозь дверцу. К тому времени я уженеслась в панике и подбегала к оживленной улице, ничего не соображая. Явылетела прямо под колеса движущегося автомобиля. В общем, это все. Я пришла всознание в больнице и поняла, что о моем местонахождении сообщат в газетах илиего будет несложно выяснить через справочное, так что Файетту не составит трудадо меня добраться. Я встала с постели и обследовала палату, в которую меняпоместили. Я нашла в шкафу свои вещи. Меня все еще покачивало из стороны всторону, но я все равно оделась и сбежала из больницы. Естественно, я сразу жесвязалась с Моррисом.

– А что сделал Моррис?

– Нашел мне кое-какую одежду и предоставил шанс скрыться…Но, конечно, Моррис сам очень расстроился, потому что понял, что Файеттодновременно охотится и за ним.

– Так что сейчас Албург предпринимает шаги, чтобы избавитьсяот Файетта?

– Скорее всего, мне не следовало вам этого говорить. И я непроизнесу этих слов. Я просто заявляю вам, что в настоящий момент Моррис занятделом крайней важности и у него нет возможности связаться с вами, пока… вобщем, в течение следующих трех или четырех часов, но он написал вам этузаписку, чтобы вы понимали ситуацию.

– Хорошо, что вы от меня хотите?

– Мне довольно сложно ответить на этот вопрос. Вы, вобщем-то, не особо рветесь к сотрудничеству. Вы до сих пор относитесь ко мне сподозрением.

– Вы меня обвиняете в этом?

– Да.

Мейсон расхохотался.

– Моррис написал вам записку, не так ли? – спросила она.

– Нет.

– Что вы хотите сказать?

– Подпись внизу – какие-то неразборчивые каракули. Я неуверен, что она сделана его рукой. Я не знаю, как он подписывается.

– Это его подпись. Он при мне расписывался.

– Но тем не менее это непонятная загогулина.

– Он очень торопился. Его голова была занята другим.

– Письмо напечатано. Он бы с большей легкостью написал егоот руки, чем отстукивал на машинке. К тому же от руки получилось бы быстрее.

– Откуда вы знаете? Может, он быстрее печатает, чем пишет.

– Не дурите. Это письмо отпечатано не профессионально, адвумя пальцами.

– Не исключено, что мистер Албург находился в таком месте,где не мог писать. Предположим, он скрывается. Он сказал кому-то, что именнохочет написать, этот кто-то отпечатал нужный текст на машинке, а потом отнесмистеру Албургу на подпись.

– Или нацарапал свой собственный вариант подписи мистераАлбурга, – добавил Мейсон.