Бриллиантовый дождь - Марина Серова

Я осторожно спустилась по лестнице. Облокотившись на перила, я пригорюнилась. Больше всего в данной ситуации меня беспокоило то, что моя клиентка осталась без надлежащего надзора. Черт ее знает, что она может выкинуть. Возьмет да и сама начнет поиски своего благоверного. Насколько это может осложнить наше положение, я пока не знала, но интуитивно чувствовала, что сейчас каждый шаг следует делать с превеликой осторожностью.

Огонек зажигалки, вспыхнувший в метре от меня, осветил лицо Графа, а следом потянуло табачным дымом.

— Ты же только что курил, — напомнила я.

— Прости, дорогая, склероз, — иронично ответил он, но сигарету не затушил.

Красная огненная точечка в кромешной темноте известила меня о том, что Граф удалился куда-то в глубь помещения. Снова щелкнула зажигалка.

— Что ты там делаешь? — обратилась я во мрак.

— Исследую нашу камеру.

Подсвечивая огоньком впереди себя, он и в самом деле стал обходить комнату по периметру. Много времени у него это не заняло. Комната оказалась небольших размеров. Приблизившись ко мне, Граф вздохнул и констатировал факт:

— Глухое помещение. Выход только один, через ту дверь, в которую мы вошли.

— Ты хотел сказать, в которую нас втолкнули, — поправила его я.

— Или так, — не стал он спорить.

Он стоял достаточно близко от меня. Так, что я даже чувствовала на лице его горячее дыхание.

— Давно я не оказывался в такой ситуации, — промолвил Граф спустя минуту. — В молодости мне доводилось коротать время в карцере. Ощущение не из приятных, скажу я тебе. Но знаешь, в чем отличие? Тогда рядом со мной не было прекрасной женщины, близость которой дурманит и будоражит нервы.

Я хотела было отступить назад и сказать при этом что-нибудь колкое в ответ на его высказывание, но не смогла. От Графа веяло таким мужеством и силой, что мои конечности буквально парализовало приятным оцепенением.

— Не было женщины, — продолжил Граф, — о которой можно только мечтать…

— Сейчас не время, — я собралась с духом и решительно отвела его руки.

— Почему? — не понял он.

— А ты сам не догадываешься? Забыл, где мы находимся?

— Какое это имеет значение? Для меня важно только одно. Ты и я. Мы рядом, вдвоем, а все остальное — пыль.

Похоже, Граф разгорячился не на шутку, но я уже успела совладать с собой.

— Не в этом дело, — я села на нижнюю ступеньку лестницы. — Мы здесь с тобой можем предаваться плотским утехам целую вечность, а между тем Шекспир обделает все свои делишки и найдет не только Индуса, но и ребяток с бриллиантами.

— Ты так загорелась этими камешками? — подковырнул меня Граф.

— Не говори глупостей. Бриллианты как таковые меня не интересуют. Я намерена отработать свой гонорар.

— Забавно, — наплевав на дорогой костюм, Граф сел рядом со мной прямо на ступеньку и вытянул вперед ноги. — В тебе, оказывается, нет ни капли романтизма. Ты — законченный прагматик. Тебе еще не говорили об этом?

— Тысячу раз.

— И что ты предлагаешь?

— Я же прагматик… Предлагаю выбираться отсюда.

— Есть какой-то план?

— Есть, но для этого необходимо иметь трезвую голову. Ты понимаешь, о чем я?

— Понимаю, — вздохнул он. — Выкладывай.

Я сообщила Графу о том взгляде, которым наградил меня напоследок Кудлатый, а затем поведала ему и свою идею. Выражение его лица при этом увидеть мне было не суждено из-за отсутствия малейшего лучика света, но по ответному молчанию я поняла, что Граф раздумывает.

— Это настолько просто, что может сработать, — сказал он наконец.

— Так ты согласен? — тут же ухватилась я.

— Не знаю, — замялся Граф. — Мне не нравится твоя роль во всем этом. Это может помочь нам выбраться, но слухи, которые поползут позже, будут губительны.

— Какое это имеет значение?

— Дойдет до ушей Комола.

— Мне наплевать на Комола, — отрезала я.

— А мне нет, — продолжал спорить Граф.

— Ты же не жениться на мне собираешься, — улыбнулась я, хотя он и не мог разглядеть моей улыбки.

— Кто знает, — рука Графа легла мне на бедро и стала неспешно поглаживать его.

Я отстранилась.

— Не говори глупостей. Решайся.

— Хорошо, — он поднялся и встал во весь рост. — Сделаем так, как ты хочешь, но имей в виду, что мне это не нравится.

Бросив мне эту свою заключительную реплику, он все-таки направился к двери, ведущей наружу, осторожно ступая по лестнице. Я тоже переместилась вверх на три ступеньки.

— Эй, Кудлатый, — Граф вовсю забарабанил в дверь кулачищем. — Ты там? Ты меня слышишь?

Сначала ответом ему было только эхо, разносившееся в полупустом доме. Но по прошествии пары минут результат был достигнут. Послышались гулкие приближающиеся шаги, а затем наш старый приятель Кудлатый рявкнул по ту сторону двери:

— Чего надо?

— Не пыли, — немедленно откликнулся Граф. — Я тебе дело хочу сказать.

— Какое еще дело? — интереса в голосе собеседника не появилось.

— Нельзя ли меня с этой бабой по разным местам рассадить?