Небесный страж - Алексей Макеев

Как явствовало из слов Тамары, предложение иноземец сделал ей уже давно и просил уехать с ним в его страну Буттулал. Но Тамара отказалась наотрез – если он хочет с ней жить, то пусть сам остается в России. Когда у нее родилась дочь, буттулалец купил ей всю новую обстановку в квартиру, помогал содержать ребенка.

Со временем жильцы подъезда к нему привыкли и особого внимания уже не обращали. А кто-то его не замечал и изначально. Но вот недавно, как смогла догадаться соседка, между Тамарой и Гошей (так жильцы прозвали буттулальца, по имени главного героя фильма «Москва слезам не верит») произошла серьезная ссора. О чем был разговор в квартире – услышать не удалось, а вот брошенное ею вслед Гоше было слышно на весь подъезд:

– Ты уж, смотри, на нас с Олей беду не накликай!

Ничего ей не ответив, Кашпутту-Гоша быстро спустился по лестнице вниз и больше в их доме не появлялся.

– Надо понимать, Кашпутту рассказал Тамаре о каких-то своих проблемах, – задумчиво проговорил Орлов. – Она с его позицией оказалась не согласна, и они разругались. Но можно предположить, что он не появлялся именно потому, что опасался за Тамару и ребенка. Но тогда возникает вопрос: кого он так боялся?

– Не исключено, триад, с которыми, как мне думается, он вступил в сговор, – пояснил Гуров.

Он рассказал о своих встречах с хозяином ресторана «Могучий тигр» и Даном Масяо. Его повествование о «сеансе гипноза» вызвало дружный смех обоих слушателей.

– Ну, и ты собираешься ему позвонить, якобы с докладом? – спросил Орлов, с интересом глядя на Льва.

– А почему бы и нет? – пожал плечами тот. – Отличный канал для вброса дезинформации! Он же уверен, что я полностью под его контролем, а значит, моим словам можно доверять полностью – человек в сомнамбулическом состоянии всегда говорит только правду. Пусть допускают ошибки, промахи – в любом случае нам это выгодно.

– А вот твои эти выдумки насчет некоего «Белого сокола», совместных операций с американцами, засланных в триады информаторов… Они точно нам будут на пользу? В чем ты видишь резоны подобной «дезы»? – засомневался генерал.

– Уже хотя бы в том, что свои немалые силы и ресурсы триады будут вынуждены бросить на проверку всех этих данных, – уверенно ответил Гуров. – А это неминуемо вынудит их снизить активность на других направлениях. Они как огня боятся реального объединения усилий нас и американцев в вопросе противостояния триадам. Видел бы ты физиономию Дана Масяо – он даже сигарету-то чуть было не начал прикуривать со стороны фильтра. Сейчас они замечутся как угорелые. Главное, что я смог вынести из этого «сеанса гипноза», – их очень интересует «Небесный Лотос», но он сейчас не у них. Он все еще у Кашпутту. А вот где Кашпутту – они не знают. Но, я уверен, триады его ищут, и очень активно. Отсюда можно сделать еще один вывод – Кашпутту где-то затаился. Не исключено, он находится на территории России, а может, даже и Москвы. Хотя мог скрыться в такое место, где триадам максимально трудно его выявлять.

– И где же такое место? – прищурился Орлов.

– Там, где проживают люди сходного с ним этнотипа, – Индия, Пакистан, Бангладеш, Непал… Попробуй, найди эту «иголку в стоге сена» примерно из двух миллиардов человек, – безмятежно улыбнулся Лев.

Стас, слушая его, удивленно присвистнул:

– Ну, ты, можно сказать, прямо-таки, «осчастливил»! Если он там скрылся, то и нам его не найти!

– Ну, почему же не найти? С чего бы вдруг такая категоричность? – все также улыбаясь, возразил Гуров. – У нас есть хорошая ниточка – Тамара Антипенко. Вот только беда, если и триады про нее пронюхают. Тогда они за нее возьмутся серьезно…

Петр, изобразив гримасу крайней озабоченности, согласно кивнул.

– Да, это верно! Надо сегодня же – сейчас же! – посадить на прослушку постоянных людей, чтобы они занимались только этим направлением. И не просто контролировали запись поступающей аудиоинформации, но и в режиме реального времени следили за обстановкой в квартире Антипенко. Чуть какой подозрительный звонок – группа на выезд. Что у нас еще? Все, как будто. Ладно, мужики, до завтра!

– А как насчет эксперимента с Верочкой? – поднимаясь со своего места, жизнерадостно ухмыльнулся Крячко.

– Ладно, ладно, верю! – отмахнулся Орлов. – Свободны!

Проходя через приемную, приятели краем глаза отследили реакцию секретарши. Та, что теперь уже стало делом обычным, сразу же замерла с телефонной трубкой в руке, мечтательно глядя им вслед.

Войдя в свой кабинет, Гуров оглянулся и спросил у Стаса:

– Ты сейчас куда? К той своей неприступной очаровательнице?

– Домо-о-й! Какие сейчас могут быть очаровательницы? После такого бешеного дня хочется только одного – недельного покоя! Ты бы мне еще посоветовал съездить к той самой Даше с восьмым размером на Терновую. Так там вечером вообще нечего ловить, поскольку дома будет ее муж… Соседка Тамары и про нее много чего рассказала.

Сев за свой стол, Лев включил ноутбук и недоуменно переспросил:

– Муж?! Она что, замужем? И пыталась тебя закадрить? Ничего себе, бойкая особа!

– Да они уже давно в разводе, – авторитетно пояснил Станислав. – Жизнь у каждого своя. Просто договорились, что, когда дома оба, ни ухажеров, ни ухажерок быть там не должно. Так что не поеду. Ни к той, ни к другой, ни к третьей… А ты домой не собираешься? – надевая свою неизменную потертую кожанку, поинтересовался он.

– Кое-что надо бы доработать по триадам… – Гуров посмотрел в темнеющее окно и, передернув плечами, с трудом сдержал зевок. – Только, было дело, нашел интересный материал одного отставного цэрэушника, как Петр позвонил… Нет, лучше покорпеть здесь. Дома сейчас какая может быть работа?

Крячко помахал рукой на прощание и направился к двери. В этот момент запиликал сотовый Гурова, и Стас, уже взявшийся за дверную ручку, тут же оглянулся.

Лев поднес телефон к уху и услышал долгожданный голос Амбара.

– Доброго вечерочка, Левваныч! – хрипловато похохатывая, заговорил Константин Бородкин. – Ну, что вам сказать-то? Узнавал я насчет брюлика… Ну, в смысле, насчет пропавшего камушка. В общем, братва про это дело уже в курсах, только каждый плетет свое. Гриша-Коновал слышал, что вроде бы какой-то хмырь на днях толкнулся в ювелирку в Домодедово, спрашивал насчет того, сколько могут дать за «брыльянт с кулак размером». А там был какой-то китаеза в это время. И он сразу к тому хмырю – шасть, мол, где и чего – показывай! Ну, а тот – как дал газу! Только его и видели.

– Константин, а как называется та ювелирка, Коновал не говорил? – почувствовав, как внутри что-то сразу же встрепенулось и напряглось, быстро уточнил Гуров.

Закашлявшись и громко высморкавшись в носовой платок, Амбар с сожалением в голосе сообщил, что этого-то источник информации, получивший ее, может быть, через пятые руки, и не припомнил.

– Одно только сказал, что тот хмырь из какой-то шивоты без особой «масти». В общем, из тех, что так, по мелочовке промышляет, сам по себе бичует. Еще говорили, что взял брюлик Хасан-Абрек. Он давно уже свалил из Москвы, лет пять обретался в Ростове-на-Дону. Но там у него получились терки с армянами – он им где-то дорогу перешел, и он снова дернул сюда. Вот… И как только приехал, сразу пошел на «скок». Для начала сходил, как какой-нибудь крутяк, на выставку в Кремль, а потом «бомбанул» посольство.