Второе рождение Венеры - Чингиз Абдуллаев

В зал вошла Стефания Гуарески. Эта женщина могла поразитького угодно. На ней было платье от Сальваторе Феррагамо, которое выгодноподчеркивало ее фигуру.

– Вы выглядите просто очаровательно, – сделал ей комплиментДронго, – хотя я знаю, что с вами опасно разговаривать на такие темы. Выизвестный юрист, защищающая права женщин. Представляю, что вы можете подать наменя в суд за подобные высказывания, подчеркивающие вашу половуюпринадлежность.

Стефания улыбнулась.

– Ничего, – сказала она, – я как-нибудь это переживу. А вамспасибо. Вы провели свою игру просто блестяще.

В зал ресторана вошла Динара Ибрагимова. Она тожепереоделась и теперь была в светло-сером платье. На высоких каблуках онаказалась фарфоровой статуэткой. Вежливо поздоровавшись, она хотела что-тоспросить, но в этот момент зазвонил ее телефон, и она, достав аппарат, отошла всторону.

Каролина Лидхольм тоже успела переодеться. На высокихкаблуках она была ростом почти с Дронго. Она была из тех женщин, на которыхсразу обращают внимание, как и на Стефанию Гуарески. Каролина была в платье собнаженным плечом. Дронго улыбнулся. Он знал, что это эксклюзивное платье отВалентино. Кажется, эта дамочка была не просто богата, она была очень богата. Вруках у нее был клатч от фирмы «Шанель». Он знал, сколько стоят эти небольшиепродолговатые сумочки, скорее похожие на обычный кошелек. Каролина подошла кнему, и он почувствовал запах ее парфюма. Можно было догадаться, что оназаказывала для себя индивидуальный парфюм, который делали по особым рецептам вШвейцарии и в странах арабского Магриба.

– У вашего парфюма вызывающий запах, – сказала Каролина, –немного старомодный, но вам он подходит.

– Я уже много лет употребляю только этот парфюм, – сказалДронго. Его парфюм трудно было не почувствовать, ведь он употреблял не толькопарфюм этой фирмы. Шампунь, крем для бритья, гель для душа, дезодорант, лосьонпосле бритья – все составляющие мужского туалета были той самой знаменитойфирмы, которой он всегда оставался верен. Она с одобрением оглядела его костюми обувь.

– Судя по всему, полицейские эксперты начали весьма неплохозарабатывать, – заметила Каролина, – во всяком случае, я примерно знаю, сколькостоит ваш костюм и ваша обувь. Я уже не говорю про галстук. Стефания должнабыть в полном восторге, что вы такой поклонник итальянцев.

– Спасибо. Я верну вам комплимент. Вы тоже выглядитевеликолепно.

– Мне это сделать гораздо легче, – усмехнулась Каролина. –мой третий муж владел двадцатью процентами компании «Вольво», и при разводе яполучила сорок миллионов долларов. Кажется, на такие деньги я могу позволитьсебе одеваться. По-моему, уже семь вечера. Мы можем сесть за стол. Кто еще неподошел?

– Мильви и Кристина, – сообщил Вацлав, – но вы правы,давайте садиться.

– А наш бедный Энтони? Он так и не пришел в себя? –вспомнила Стефания.

– Наверно, еще спит, – ответил Вацлав, – прошу к столу. Наэтот раз нам накрыли за большим столом на восемь человек. Господин эксперт, мыуже стали почти родственниками. Может, вы согласитесь сесть рядом с нами, а тоони накрыли для вас отдельный столик?

– Согласен, – кивнул Дронго проходя к столу. Он оказалсямежду Каролиной и Стефанией. Динара, взглянув на них, улыбнулась.

– Вас троих можно отправлять на любой великосветский прием,настолько красиво вы выглядите, – сказала она.

– Надеюсь, что это так, – улыбнулась Стефания.

Они уже сидели за столом, когда вошла Мильви Пухвель. Онаявилась в ресторан в темно-синем костюме-двойке. Депутат Европарламента успелауложить волосы с помощью гостиничного фена, придав им некую пышность, и теперьвыглядела совсем иначе, чем во время игры, когда она так и не решиласьподняться, стаскивая со своих бедер тесные джинсы. Теперь перед ними быланастоящая леди, которая так горячо защищала права женщин в Европейскомпарламенте.

– Почему нет Кристины? – спросил Вацлав. – Обычно она неопаздывает.

– Наверно, сейчас подойдет, – сказала Динара.

Она не успела закончить свою фразу, когда в зал вошлаКристина. Она была единственной, не успевшей переодеться к ужину, и была всвоем сером брючном костюме. Волосы были даже немного растрепаны, а вид былкакой-то растерянный. Вместе с ней в зал ресторана вошел сеньор Машаду, и по ихвиду все поняли, что произошло нечто неожиданное. Кристина, подойдя к Дронго,попросила его отойти с ней в сторону. Он поднялся и, извинившись, вышел из-застола. Все смотрели в их сторону. Они втроем вышли из зала ресторана.

– У нас снова проблемы, – сообщил сеньор Машаду.

– Это не проблемы, – возразила Кристина, – это простобардак, который постоянно творится в вашем отеле.