Черная кость - Анжела Марсонс

– Она румынка, – негромко, но твердо повторил Кевин.

– И почему же ты так уверен в этом? – покачала головой Стейси.

– Где были куплены ползунки младенца?

– В «Маталане»^[28].

– А его верхняя одежда?

– В «Праймарке»^[29].

В первую очередь они определили, где покупалась одежда ребенка.

– На ребенке обнаружили какие-нибудь повреждения?

Глядя на Пенна, который не обращал на них никакого внимания, Стейси покачала головой. Ей понравилось, что новичок не пытается вмешаться в их обсуждение, хотя она и подозревала, что он должен был слышать их голоса сквозь музыку в наушниках.

– То есть за младенцем хорошо ухаживал кто-то, кто не испытывал недостатка в средствах, – подвел итог Доусон.

Стейси согласно кивнула.

– А вот шаль здесь лишняя.

– Это почему?

– Этого малыша любили, Стейси. Его мать очень хорошо за ним ухаживала. А теперь представь себе, что она отказывается от него навсегда. В ее понимании, она никогда его больше не увидит. Записки эта женщина оставить не может, потому что ее могут по ней найти. Что бы ты сделала в таком случае?

– Оставила бы младенцу что-то очень необычное, – выдохнула констебль, поняв, к чему клонит сержант.

– Вот именно поэтому я думаю, что шаль очень важна, – кивнул Кевин, хватая со стола ключи от машины. – Так что вперед – и давай разберемся с этим.

Стейси схватила сумку и бросилась вслед за сержантом, кивнув на ходу Пенну. Они уже почти дошли до лестницы, и тут она тронула Доусона за плечо.

– Подожди минутку, хорошо, Кев? Я тебя догоню.

Сержант нахмурился, пожал плечами и стал спускаться по ступенькам.

* * *

Стейси вернулась в комнату и остановилась рядом со столом Пенна.

– Привет, – сказал он, приподняв одну бровь.

– Вы не могли бы… – Констебль указала на его наушники.

– Конечно, – ответил новичок, снял наушники и положил их на стол.

Стейси в точности не знала, что собирается ему сказать. Она только знала, что должна это сделать.

– Послушайте, тот случай… Ваш вклад… Расшифровка приглашения и…

Пенн отмахнулся от ее слов.

– Я просто делал свою работу, Стейси. Рад, что все так хорошо закончилось и вы вернулись целая и невредимая.

Произнес он это легким и веселым тоном, который отнюдь не отражал всю серьезность ситуации. Девушка понимала, что прошло уже два месяца, но для нее это событие все еще оставалось архиважным. А для него, по-видимому, нет.

– Мы закончили? – спросил Пенн, взглянув на наушники. – А то мне надо…

– Конечно, конечно, – ответила смущенная Стейси.

Почему-то она ожидала, что их беседа пройдет по-другому.

Констебль отбросила эту мысль и вышла из комнаты, но, поколебавшись, сделала три шага назад. Хотя он и не был с ней достаточно дружелюбен, она все равно не хотела, чтобы у него были проблемы с боссом.

– М-м-м, Пенн… – начала констебль.

Новичок повернул голову в ее сторону.

– Я не уверена, что боссу понравится, что вы слушаете музыку во время работы, – мягко сказала девушка.

Сержант покачал головой.

– А музыки-то и нет, – сказал он, протягивая ей наушники.

Она ничего не услышала в них.

– Так это наушники для подавления шума?

Он помотал головой и забрал их у нее из рук.

– А для чего? – спросила Стейси, нахмурившись.

Пенн заколебался, словно что-то вспомнил, но потом отбросил воспоминания.

– Просто помогает сосредоточиться, вот и всё, – ответил он.

– Да, классно, – согласилась Стейси, и новичок опять надел наушники и повернулся к компьютеру.

Чувствуя себя так, как будто ей скомандовали «Свободна!», Вуд направилась к лестнице. Она заставила себя вспомнить, что Пенн не член их команды. У него была своя команда, а они просто одолжили его на время. А потом он вернется назад, и она вряд ли встретится с ним еще раз.

* * *

Стейси все еще размышляла о том, что этот Пенн с банданой наверняка что-то скрывает, когда подошла к Доусону.

– Всё в порядке? – спросил он, и в этот момент зазвонил его телефон. Сержант посмотрел на экран и состроил гримасу.

– Доусон, – произнес он в трубку вместо своего обычного «говорите», которым приветствовал тех, кого знал.

Гримаса на его лице сменилась удивлением, а потом он вновь нахмурился. Стейси он прошептал одними губами: «Китс». Обычно патологоанатом звонил только их боссу или, на худой конец, Брайанту.

– Прошу прощения, но как это связано… – вслух произнес Кевин.

Когда он услышал ответ, у него отвалилась челюсть.

– Понял, – сказал сержант в трубку. – Уже едем.

– Какого… куда это мы?

– По ходу, ты ошиблась, Стейси, – сказал Доусон, улыбнувшись сжатыми губами.

Констебль ждала объяснения.

– Похоже на то, что кто-то все-таки умер.