Рыбка по имени Зайка - Дарья Донцова

– Тогда черную треску, маринованную в шампанском.

– Га-адость.

– Десерт закажи.

– Гри! От них толстеют! Фу! Хочу спаржу-у. Гри! Велидостать!

Я с интересом наблюдал за Араповым. Интересно, сколь великотерпение парня? Когда он треснет Машу по кумполу пустой бутылкой из-под воды?

– Гри! Спаржу-у! С трюфелями-и-и!

Арапов вытащил бумажник.

– На, иди в общий зал, поиграй!

– Вау! – оживилась Маша. – В покер!

– Лучше в автоматы.

– Гри-и!

– Ладно, ступай куда хочешь, – сдалсялюбовник, – покер так покер. Три раза продуешь и возвращайся.

– Противный Гри! Кто ж такое под руку говорит!

– Иди, иди, оттянись.

Маша выскользнула за дверь, Григорий схватил вторую бутылку.

– Как только вы их выносите, – вырвалось у меня.

Арапов улыбнулся:

– Машку и Риту? Сам не понимаю.

– Но зачем живете с ними?

Григорий потянулся к корзиночке с хлебом.

– Рита ревнива до умопомрачения. Просто взрыв гранаты.Бабах – и все в ошметки. Но мой бизнес начинался на деньги тестя. Кстати, вмолодости Ритуля была красавицей, располнела она после операции, детей родитьиз-за нее не смогла и превратилась в жирный окорок. Конечно, она покушатьлюбит, но в основном виновата гормонотерапия. Вся надежда на один препарат,называется ксеникал. Один мой приятель, боров, купил пару упаковок и в кипариспревратился. И что самое интересное, мы посоветовались с врачом, и он нам тожексеникал посоветовал. Говорит, это новое эффективное средство – и действуеточень просто: съел ксеникал вместе с сытным обедом или ужином, и весь жир изтебя вышел. Может, оно и Ритке поможет? Бросить супругу мне совесть непозволяет, хотя жить с ней тяжело. Но Рита очень умна, она дает крайне дельныесоветы и, по сути, давно является моим компаньоном. Официально приводить ее нафирму не хочу, мигом лишусь мелких радостей вроде Маши, понятно?

– В отношении жены да, но эта Маша?

– Она дура, и с ней отлично отдыхать, у самого в мозгахни одной мыслишки не остается, – засмеялся Гриша, – ума мне и домахватает, а с такой, как Машка, просто и забавно. Она манекенщица, при агентствесостоит, «Стиль жизни» называется. Надеется во вторую Водянову превратиться.Но, думаю, ничего у нее не получится, в результате выскочит замуж, обабится.Девочек в «Стиле жизни» много, надоест Маша, поменяю. Ладно, фиг с ними, сбабами, ты мне еще раз расскажи: в чем дело?

Я открыл было рот, но тут появилась страшно расстроеннаяМаша:

– Гри! Я проиграла!

– Эка печаль, не в первый раз, – утешил дурочкулюбовник, – садись и ешь.

Маша, всхлипнув, устроилась за столом и принялась методичноощипывать гроздь винограда, глаза ее уставились на экран телевизора, гденосился патлатый парень с гитарой.

Я захлопнул рот.

– Говори, – махнул рукой Гриша, – при нейможно, уж поверь, у Маши в голове вакуум, пустота, она ни хрена не понимает, акогда в телик уставится, и вовсе последние крохи ума теряет.

Пока он давал оценку своей спутнице, та начала тихонько подпевать:

– Та-та-ля-яля-ля…

Я улыбнулся, похоже, Григорий прав, Маша нечто вроде мебели,вы же не боитесь, что кресло разболтает ваши секреты?

Некоторое время мы с Гришей обсуждали создавшуюся ситуацию.На этот раз Арапов проявил полнейшую доброжелательность и искренне пыталсяпомочь мне. Но как он ни старался, так и не сообразил, кто мог воспользоватьсяего именем. Маша нам, как ни странно, не мешала, она была занята сначалателевизором, а потом ужином. Забыв про спаржу, красавица слопала дораду и приняласьза ананас.

Я же, устав от бесконечно повторяемого Гришей вопроса: «Нучто за падла мою фамилию назвала?», подвел итог беседы:

– Значит, ничего путного в голову не приходит?

Гриша развел руками:

– Нет. Одно обещаю точно: если додумаюсь, сразу тебепозвоню.

Я кивнул, попрощался с бизнесменом и двинулся к выходу. Но втесном коридоре мне неожиданно стало нехорошо. Пол в помещении устилалтемно-красный ковер, стены были обтянуты бордовой тканью, на потолке мерцалималенькие галогеновые лампочки, а еще здесь странно пахло, то ли духами, то лисвежей выпечкой. Аромат казался приятным, но у меня жутко закружилась голова.Чтобы не упасть, я схватился за стену. Вот незадача! С чего бы мне валиться вобморок?

В конце коридора показался мужчина, одетый в черный костюм ибелую рубашку. Почти бегом он кинулся ко мне.

– Вам плохо?

Наверное, в VIP-зоне было установлено видеонаблюдение, исекьюрити заметил на мониторе перекошенное лицо гостя.

– Уже ничего, – пробормотал я, ощущая, какотступает липкая дурнота, – первый раз со мной такое.

– Вызвать врача?

– Нет, спасибо, лучше покажите дорогу в туалет.

– А вот он тут, за дверкой.

Я оглядел две одинаковые створки.

– Мужской где?

– Без разницы, занимайте свободную кабинку, –улыбнулся охранник.

Я толкнул тяжелую, сделанную из натурального дуба дверь ивошел в клозет. Белый с золотом кафель, роскошный умывальник, дозатор с жидкиммылом, коробка с бумажными полотенцами, ящик с одноразовыми кругами для унитазаи какое-то дамское барахло…

– Ты меня слышишь? – раздался за спиной мелодичный,очень знакомый девичий голос.

Я вздрогнул и обернулся. Никого.

– Я в казино, – снова прозвенело сопрано, –да, с идиотом. Луис, у нас проблема. Большая. К Григорию сейчас приходилкакой-то странный мужик, представился частным детективом.

Мое тело окаменело, а мозг моментально оценил ситуацию. Явошел в одну кабину, а во вторую чуть позже влетела Маша. Это был ее голос,только сейчас из него самым волшебным образом исчезли капризные нотки.

– Я не волнуюсь, – продолжала Маша, – такойтихий дядечка, по виду недотепа. А говорил он о… Ой, погоди! Кто там стучится?

– Долго еще сидеть будете? – послышался полупьяныйголос.

– Слышь, Луис, – понизила тон Маша, – туткакая-то кретинка лезет. Я тебе попозже позвоню.