Чао, бамбино! - Влада Ольховская

– Баран!

– Все они в зверьё превращаются, когда мы с ними в ссоре, – хмыкнула Ядвига. – Кто козел, кто баран, кто дятел. А потом, когда вы помиритесь? Снова – любимый и обожаемый!

– Ну, на обожаемого он еще не наработал…

– Ты поняла, о чем я. Сильно-то поссорились?

– Не очень, – признала девушка. – Мы вообще как бы не ссорились, просто он не понимает, чего я от него хочу. Что я, диктовать ему должна, как маленькому ребенку?

– Должна, – кивнула Ядвига. – И желательно, по слогам! Да еще три раза повторить, чтоб он все запомнил и понял! Потому что ждать, что он поймет сам… Гиблое дело! Может привести к очень плохим последствиям.

– Например?

– А вот как со мной случилось… Тоже очень любила я одного человека, но много капризничала, и он ушел. Это если вкратце, а с деталями и неинтересно тебе! Но это не конец света, потому что я доченьку от него родила. Все в жизни идет так, как и должно было, поэтому незачем расстраиваться!

Очень жизнеутверждающе звучит! Расставаться с Даниилом, родив от него доченьку, Агния вовсе не планировала. Тем более, родив от него доченьку! Однако говорить это Ядвиге нельзя – обидится ведь. Поэтому, чтобы мягко обойти острый угол, девушка решила задать вопрос, который и так давно ее интересовал:

– Вы вот о дочери своей заговорили, и я подумала… А в центре вообще есть дети? Просто тут качелей много, а детей на них не видно!

– Так это для постояльцев наших качели! – пояснила Ядвига. Она почти никогда не использовала слово «пациенты». – Для женщин, в основном! Турники – для мужчин. А детишек здесь нет и с самого открытия не было. Правила такие!

– А почему?

Женщину вопрос крайне удивил:

– Очевидно же! Агния, у нас тут разные люди бывают. В этом здании все у нас хорошо, обычные уважаемые постояльцы. А в других двух? Больные люди, которые приехали сюда лечиться. Им нужно особое отношение, никаких провокаций. А маленькие детки многого не понимают, могут забежать куда не надо, вызвать агрессию у постояльцев наших. Кому от этого хуже? Всем! Поэтому с первых дней работы центра детей здесь не было, за этим у нас очень строго следят.

В принципе, верно, рядом с психами детям не место. Но Агния никак не могла поверить, что тайники в бассейне сделал взрослый! Конечно, точность стеклянной мозаики на это вроде бы указывает… а как же плюшевый кролик, спрятанный в гнезде? Откровенно детский жест!

– Неужели тут никогда детей не было?

– А с чего бы им тут быть вообще?

– Да просто не верится, что никто из сотрудников не нарушил правила, чтобы его дети хоть немного свежим воздухом подышали! И место тут прекрасное…

– Место прекрасное, но опасность все равно большая, – рассудила Ядвига. – Да и не нужно нам это! Почти весь персонал, за исключением врачей, из ближайших деревень. Я раньше в городе жила, а незадолго до постройки центра мы с доченькой переехали в деревню, ей это для здоровья нужно было. Я еще боялась, что работу не найду, а тут так мне повезло! Всем нам повезло. Это такая замечательная работа, что терять ее никто не хочет. Я бы, например, могла иногда приводить сюда свою дочь, ей уже восемнадцать исполнилось, нарушения правил не будет. Но зачем? Она продолжает жить в нашем домике, ей там хорошо, моей зарплаты вполне хватает нам обеим, а увидеться мы и в деревне можем. Похожая ситуация почти у всех сотрудников! Если у них дети маленькие, за ними все равно находится кому проследить.

Вполне типично для деревни, работа, и правда, здесь редкая и престижная. Ну а то, что эти факты неудобны для теории Агнии о каком-то талантливом ребенке, – не в счет. Жизнь под наши теории редко подстраивается! Да и вообще, какая разница, ребенок это сделал или нет? «Секретики» в бассейне – не более чем любопытный факт, у нее лично имеются проблемы посерьезнее.

– А ты почему вообще не на занятиях ваших? – Ядвига напомнила девушке о своем присутствии. – Ой, говорю – и сразу школьные годы своей доченьки вспоминаю! Могли бы быть… О чем я? А, вот: ты не думай, что я тебя упрекаю, просто странно это, непривычно!

– Да не хочу я к этому Маковецкому ходить, – пожала плечами девушка. – Смысла нет.

– Как так? Петр Геннадьевич у нас очень востребованный специалист! – изумилась женщина.

– Может, всяким дамочкам, которые сами себе придумали депрессию, он и способен помочь, а мне от него толку нет! У меня болезнь вполне настоящая. Если вы не против, я бы не хотела это обсуждать…

– Что ты, я не буду выпытывать! Я всего лишь удивилась, ведь обычно Петра Геннадьевича наши пациентки очень хвалят. Но если тебе он не помогает, то и ходить не надо. Тогда почему ты здесь? Почему домой не вернешься?

– Мне другого врача назначили. Жанна Валерьевна, вроде бы, ее зовут…

– Тогда тебе повезло, – заверила ее Ядвига. – Я никогда не слышала, чтобы Жанна Валерьевна работала с па… с постояльцами первого уровня, но это очень хорошо для тебя. Понимаешь, Жанна Валерьевна – врач, психиатр, кажется, доктор наук, точно я не знаю. А Петр Геннадьевич – психолог.

– Посмотрим, поможет ли мне врач…

– Поможет, не сомневайся! Никогда в хорошем не сомневайся! Что-то засиделась я, мне же уже скоро на обеде вас всех встречать-привечать! До встречи, Агнеша, и не грусти!

– Буду стараться.

А постараться ей придется, ведь еще больше, чем полдня, впереди! В таких ситуациях Агнию лучше всего отвлекала работа, но по ее фотографиям уже можно было создать макет реабилитационного центра в масштабе один к одному, а выходить за территорию без Андрея она не собиралась. Да и с Андреем – тоже! Слишком жутко все это – кровь, разрубленное топором дерево…

Так, в мысли полезла запретная тема, пора останавливаться. Она сообщила о своей находке руководству, ее поблагодарили и попросили больше не беспокоиться об этом. Точка. Агния даже не собиралась у них спрашивать, как продвигается расследование.

Но чем же ей тогда отвлечься? Разве что тем, чего делать не следует! Не в отношении криминала, конечно, а чисто в человеческом: Агния решила подслушать, о чем там беседует Антуан со своей невестой. Неплохо бы и увидеть этот образец терпения и понимания!

Устраивать просмотр «хоум-видео», в смысле, подсматривать за супружескими забавами, девушка не собиралась. Если они заняты именно тем, чем Антуан всегда занимается – фактически или мысленно, – восемьдесят процентов своего личного времени, Агния просто уйдет. Если же они говорят, обсуждают что-то… это уже почти экзотика!

В иных обстоятельствах Агния не опустилась бы до развлечений уровня школьницы, но тут в ее памяти всплыли кровавые картины, увиденные ею в лесу. А это лишнее, потому что с ее-то везением недолго в новую историю вляпаться! Здесь нужен экстрим, постоянный риск, что ее поймают, тогда адреналин в крови станет отличным отвлекающим фактором!

Долгое планирование ей не понадобилось. Она приблизительно знала, где живет Антуан, он не раз зазывал к себе «в гости». Окна его комнаты как раз выходят на лес, на этой же стороне расположен и вход в служебные помещения для персонала, дежурившего посменно, – комнаты охраны, медсестер и уборщиц. Но – что главное – есть там довольно прочный козырек, на который можно забраться со второго этажа!