Черный лебедь - Владимир Колычев

– Ну и как Валь-Марковна, хороша?

Это была Майя. Только она могла спросить такое. Как всегда – во всей своей красе. В одном только дисгармония – фирменный джинсовый комбинезон должен был подчеркивать стройность ее чудной фигуры, но в нем она казалась какой-то расплывчатой. Хотя, в общем-то, смотрелась здорово.

– Тсс! – Я приложил палец к губам.

Мне вовсе не хотелось, чтобы Валентина Марковна стала свидетельницей столь идиотского допроса. Ведь она могла выйти из кабинета вслед за мной.

– Что, спит? – снова съязвила Майя. – Это как же ты уморил бабу.

Она говорила на ходу, потому как я стремительно шел по гулкому пустому коридору. От кабинета подальше уходил. И от самой Майи уходил. Уж очень она была хороша собой, чтобы оставаться бесстрастным в ее присутствии. А я должен был оставаться таким, чтобы держать ее на расстоянии.

Я шел, пока Майя не схватила меня за руку. Мне бы вырваться, но я остановился.

– Ну, извини, – виновато потупилась она. – Наговорила тебе черт знает чего.

– Ничего, бывает. Рад тебя видеть. Извини, мне пора.

– Куда ты так торопишься? К ней? – досадливо поморщилась Майя.

Конечно же, я понял, о ком идет речь.

– К ней.

– Лучше б ты с Валь-Марковной.

– Снова городишь какую-то чушь.

– Это от обиды.

– Как там твой Игорек поживает?

Этим вопросом я давал понять ей, что не чувствую за собой никакой вины. Ведь это она меня бросила этой зимой, но никак не наоборот.

– Поживает! – нахохлилась Майя. Глаза ехидно сузились, губы скривились в язвительной параболе. – Привет тебе передает. Но без денег!

– Это ты о чем?

– Ох! Ох! Как будто я не знаю, что ты меня ему продал!

– Идиотка! – выпалил я.

А ничего другого на ум и не пришло.

Я повернулся к Майе спиной и широким шагом направился к лестнице. Но она не собиралась меня отпускать. Побежала за мной, как нашкодившая собачонка. Снова схватила за руку. Пришлось остановиться.

– Извини! Я знаю, что Игорь мне наврал!

– Твой Игорь – урод! Потому и наврал. А ты дура! Потому и поверила! Передай этому выкидышу, пусть держится от меня подальше. А то ведь язык вырву!

– И правильно сделаешь!

– А тебе бы уши надрать. Нашла кому поверить.

– Но ведь поверила, – с горечью во взгляде развела она руками. – Потому что дура. А передавать я ему ничего не стану. Между нами все кончено!

– Могу тебя поздравить, – усмехнулся я. – Этот жук тебя недостоин. Найдешь себе хорошего, достойного парня. Удачи тебе!

Я снова попытался уйти, но Майя вцепилась в мою руку с еще большей силой, чем в прошлый раз. Вцепилась в нее, как утопающий в спасательный круг.

– Какого парня?! – истошным голосом вопросила она. – У меня есть парень! Это ты!!!

– Извини, но поезд ушел.

– Да, но его можно догнать!

– Догнать можно, а пассажира снять – нет.

– Это ты про нее, да? Про эту, как ее...

– Женя ее зовут. Для тебя – Евгения, раз ты ее так не любишь.

– А за что ее любить? Парня у меня отбила!

– Да, но мне почему-то кажется, что ты сама все время от меня отбиваешься. Все к Игорьку бегаешь.

– Но я же не виновата в том, что он меня обманул!

Ответ родился в ту же секунду. Для этого мне пришлось немного перефразировать известную пушкинскую строчку:

– Ах, обмануть того не трудно, кто сам обманываться рад. А если ты и вправду поверила, то грош тебе цена.

– Но он так убедительно врал.

– У каждого свои проблемы. Мне пора.

– Но я не хочу, чтобы ты уходил. Я же тебя люблю!

И снова, в который раз, на меня смотрели глаза безоглядно влюбленной девушки. Но как можно было верить ей после того, как она, воспользовавшись совсем неубедительным предлогом, бросила меня. И хорошо, что бросила. Теперь я с Женей, и мы с ней счастливы.

– Ты не пробовала в театральный поступать? А то в тебе великая актриса умирает, – уничижительно усмехнулся я.

– Но я действительно тебя люблю. Вот увидишь, я буду тебе верной женой.

– Мне?! Женой?! Ну и шутки у тебя!

– Но ты обязан на мне жениться.

– Ну, я, конечно, порядочный человек, но не до такой же степени.

– Я не знаю, какая у тебя степень, но точно знаю, что жду от тебя ребенка.

– Чего?! – оторопело уставился я на Майю.

– У нас. Будет. Ребенок, – пытаясь скрыть наползающую на губы улыбку, отчеканила она.

– У кого у вас? И от кого?

– Я же говорю, от тебя. И у нас с тобой.

– Так, погоди, дай собраться с мыслями.

Я нащупал взглядом скамейку под Доской почета, обессиленно опустился на нее и в попытке привести себя в чувство потер ладонями виски.

– Собирайся, не собирайся, а от ребенка никуда не денешься, – усмехнулась Майя. – То есть ты можешь деться, а он со мной останется.

– Ты уверена, что от меня?

– На все сто. Во-первых, по срокам, а во-вторых... Я знаю, ты не поверишь, но у нас с Игорем вообще ничего не было.

– Не поверю, – кивнул я.

– А зря. Но убеждать в этом я тебя не буду. А буду убеждать, что ребенок от тебя. Можешь к врачу моему сходить, он скажет, когда меня надуло. Мы тогда с тобой встречались.

– Выходит, ты уже на четвертом месяце, – посчитал я.

– Да, и уже заметно.

Теперь я понимал, почему она была в комбинезоне. Скоро на платья свободного покроя перейдет. Но я-то здесь при чем?

– Может, ты что-то путаешь?

– Что я путаю? То, что ребенок от тебя? Я уверена в этом.

– Но... – начал было я.

– Я все поняла, – перебила меня Майя. – Наш ребенок тебе не в радость. В радость было его делать. Ладно, не хочешь, не надо, я уж как-нибудь сама.

Я видел, как на ее прекрасные глаза наворачиваются слезы, слышал, как дрожит от обиды ее голос.

– Прощай.

Она повернулась ко мне спиной. Она уходит. Уходит в надежде, что я ее остановлю. Но если я ее не остановлю, она уйдет. И родит. И будет воспитывать ребенка сама. И будет рассказывать ему, что его папа был летчиком.

– Погоди! – окликнул я Майю.

Но она не остановилась, лишь ускорила шаг. И все равно она от меня не ушла. Я нагнал ее, мягко взял за руку: