Приготовление пиццы - EGOCRASH

Глава 15

Американо

Абрахама не освободили. Он всё ещё был заложником. Из хорошего: ему вернули свет, а в будущем и прежние порции гречки и котлету на ужин. Вместо Ларри появился новый человек.

Мужчина, на вид лет семидесяти, того же роста, что и парень, в классической униформе олимпийца и с автоматом. Очень короткие чёрные волосы, зелёные глаза и длинная густая борода.

Будучи прикованным, сидя на крыльце, Абрахам думал:

«Почему так? Ну почему так?! После всего пройденного я не заслужил свободы?»

Парень хотел поговорить с незнакомцем, но не знал как подступиться. Мужчина ходил взад-вперёд возле машины и курил сигарету. После каждого затягивания, он выдыхал ядовитый дым, сильно кашлял и оголял свои жёлтые гнилые зубы.

– Негодуешь? – неожиданно спросил незнакомец.

– Да, – печально ответил парень.

– М-да. Жаль тебя.

– Почему вы меня обманули? Разве олимпийцы не сдерживают своих обещаний?

– Тебя обманул Ларри, для него это обещание ничего не значило. Олимпийцы не обманывают людей. А тут… как собаке пообещать горы мяса. Ты слишком много знаешь, тебя уже никто никогда не отпустит.

– И что со мной будет?

– Если честно, я не знаю. Никто не знает. Ты ещё можешь пригодиться.

Наступило молчание. Абрахам прибывал в полной апатии.

В один момент мужчина подошёл к парню, пристегнул к его ноге кандалы и отстегнул цепь на его руке.

– Пойдём погуляем, – сказал незнакомец и Абрахам послушно двинулся за ним.

На улице вся земля была покрыта лёгким снежком. Снежинки так и падали с неба.

Они направились вперёд по дороге, откуда раньше приезжал фургон. У парня с этим путём были связаны приятные воспоминания, от которых он невольно улыбался. Те же деревья, кусты, кочки… всё как в ту ночь.

– Только если попробуешь убежать, на следующей прогулке будешь ходить на поводке. Я не шучу, – сказал незнакомец. – Кстати, как тебя зовут?

– Абрахам, – ответил парень. – А вас?

– Оливер. Сколько тебе лет?

– Через почти два месяца будет двадцать три.

Парень сказал это, основываясь на предположение, что Рождество было вчера.

– Я поздравлю тебя, – сказал Оливер и Абрахаму стало неприятно от его слов.

Они шли не спеша, пока светские беседы не довели их до проезжей части. Мужчина посмотрел по сторонам и решил перейти дорогу.

– Там дальше есть красивое озеро, знаешь?

Парень понял о чём он, но решил не отвечать. Они прошли ещё километр, спустились по склону и дойдя до берега, присели отдохнуть.

Вода давно превратилась в лёд, что блестел как бриллиант. На другом берегу, казалось, будто снега вовсе не было, лишь чистая земля, без единой снежинки. Там всё было таким же, как в ту ночь. От этих наблюдений на Абрахама накатила приятная тоска.

«Сейчас бы не пришлось плыть…» – задумался парень.

– Угадаешь сколько мне лет? – вдруг спросил Оливер.

– Понятия не имею, – без интереса ответил Абрахам.

– Шестьдесят четыре.

«Значит ли это что-нибудь?» – подумал парень.

Посидев ещё час они встали и пошли назад.

– И всё же природа во истину прекрасна! – сказал мужчина осматривая голые деревья.

Он обернулся к парню и тот лениво кивнул головой в знак солидарности.

– Ты когда-нибудь был в Европе? – спросил Оливер.

– Когда-то был, – устало ответил Абрахам.

– А я никогда не где не был. Здесь родился и здесь прожил всю жизнь.

– По своей воле?

– Лучше не наглей. Не тебе тут задавать каверзные вопросы.

Мужчина молча показал пальцем на дверь. На такой странной ноте парень пошёл домой. Общее впечатление от знакомства с Оливером было неоднозначным. Олимпиец всё время говорил мягко и в принципе в отличии от других олимпийцев, вёл с Абрахамом более-менее нормальный диалог. С другой стороны мужчина будто лишь делал вид заинтересованности в общении с парнем, а на деле был отстраненным и в каждом слове искал свою выгоду.

На следующий день Абрахам с Оливером пошли гулять в лес за домом. Снега было гораздо больше, холодный ветер дул чаще и сильнее, отовсюду свисали сосульки.

Парень шёл с поникшей головой, мужчина был гораздо оживлённее.

– Да уж, похолодало. Настоящая зима, – сказал Оливер.

В памяти Абрахама всплыли воспоминания о лете, тёплой погоде, спокойной свободной жизни, без копания могил и убийств людей.

Вскоре они вышли в поле и подошли к могиле с трупами. Тела, покрытые снегом, гнили и тошнотворно пахли. Абрахам не выдержал и отошёл подальше.

– Ничего не поделать. Естественный процесс, – сказал Оливер, как биолог осматривая все детали.

Некогда красивая картина была изуродованна вычурной ямой с мертвецами. Мужчина решил погулять вокруг поля, по часовой стрелке, медленно наматывая круги.

– Я задам тебе несколько вопросов, хорошо? – спросил Оливер.

– Да, гос… – чуть не договорил Абрахам по привычке.

– Тебе ведь не нравилась эта работа?

– Как такая работа вообще может нравится?

– Я не спрашивал, нравится ли. Я имею в виду, какое у тебя к ней отношение?

– Само собой отрицательное, какое может быть ещё?!

– Потому что ты делаешь это не по своей воле. Будучи свободным, делал бы ты тоже самое?

– Конечно же нет! Будь я свободен, я был бы очень далеко отсюда и никогда бы не связал свою жизнь с казнями людей!

– Ты бы выполнял эту работу, если бы тебе за неё платили?

– Боже, да не за какие деньги! К чему эти вопросы? Чего ты хочешь?!

– Во-первых, не дерзи мне. Не ты, а вы! Во-вторых, я просто хочу понять, при каких условиях ты бы стал относиться к этой работе нейтрально?

– Копать могилу, стоять перед камерой, ждать пока убьют человека и закопать тело. Как к этому можно относиться нейтрально?!

– Но ведь в этом нету ничего такого. Не плохого, не хорошего.

– Возможно для вас. Может вы просто привыкли и давно не видите того, насколько это ужасно!

– Честно говоря, я никогда не занимался ничем подобном, но могу, спокойно, не думая о том, ужасно это или нет. Это просто работа.

«Просто работа? Да как можно так считать?» – подумал парень и тут же впал в ступор, от мысли, что сам мог когда-то так подумать, случайно, невзначай.

– Я никогда не считал это просто работой, – сказал Абрахам, сомневаясь в собственных словах.

– Зря, относиться к работе нейтрально – это правильный настрой, – сказал Оливер с полной уверенностью.

– Это стирает все понятия добра и зла.

– Но к работе это не относиться! Работа есть работа. Просто деятельность, ничего более. Не нужно думать, что ты делаешь, нужно просто делать. Любая работа в мире – это просто работа. Что бы ты не делал, всё между собой равно. На Земле, всё что способен делать человек,