Виртуальные встречи - Александра Игоревна Мадунц

– Он историк и нередко приходил работать к нам в архив. Иногда в компании отца. Артем Турищев считал, что цитаты из подлинных документов придают его романам достоверность, вызывают уважение читателей. Анька обожала его книги, сколько бы я ни указывала на их спекулятивный характер. Поэтому я не удивилась, когда, увидев его, она просто ошалела от восторга. Она сидела у меня, а он как раз зашел.

Таня низко опустила голову и почти спокойно, даже монотонно продолжила:

– Честно говоря, я сперва не заподозрила ничего плохого. Решила, просто писателю льстит столь откровенное поклонение. Они с Аней ушли из архива вдвоем. И с того момента Аньку словно подменили.

– В каком смысле? – осторожно осведомилась Катя, заполняя слишком долгую паузу.

– Она всегда была открытой, веселой девочкой. А тут – то смеется, то плачет, и главное, не отвечает на вопросы, только огрызается. И возвращается домой очень поздно, не предупреждая родителей. Приходилось ее выгораживать, а мне очень тяжело дается вранье, особенно близким.

«Пора бы научиться в твоем возрасте», – подумала Катя не без ехидства, но, разумеется, смолчала. Зачем обижать человека, которому и без того сейчас плохо?

– Я считала, – на Таниных глазах выступили слезы, – каждый имеет право выбрать свою дорогу сам… пусть неправильно, но сам. Что мы должны и Аньке это позволить. Я же не думала… – собеседница судорожно сжала пальцами виски… – не думала… Как вспомню эту бесконечную ночь, когда Анька так и не появилась… а мобильный она специально стала отключать, чтобы мы ей не мешали. Утром я принялась обзванивать больницы с моргами… и мне предложили приехать для опознания девушки, лежащей в коме. Это оказалась Аня. Ее двумя часами раньше подобрали на улице. А рядом – бутылка из-под той жуткой дряни, которой отчищают ржавчину.

Катя вздрогнула.

– Какой кошмар! Неужели она решилась такое выпить?

– Да. Почти полностью сожгла пищевод, и надежды никакой уже не было. Одна радость – почти до самой смерти Аня не приходила в сознание. Потому что представить, что она терпит эту невыносимую, нестерпимую боль… лучше уж кома.

– Так и умерла, не очнувшись? – мрачно выдавила Катя.

Ей стало здорово не по себе, а она терпеть не могла это ощущение. И зачем было вызывать Таню на откровенность? Хотя, наверное, она мало с кем делится. Вдруг расскажет, и ей станет легче? Тогда стоит потерпеть.

– Очнулась перед самой смертью, – глядя куда-то далеко, ответила Таня. – Не знаю, узнала ли она кого-нибудь из нас. Прошептала: «Если даже Артем такой жестокий и нечестный, жить все равно не стоит». И умерла.

– Ужасно! – искренне воскликнула Катя. – Мерзавец этот Турищев.

– Я виновата не меньше, – возразила Таня. – Я должна была что-то предпринять, не позволить Аньке совсем потерять голову из-за очевидного негодяя. «Ничто не вечно, бояться нечего, сядь, молчи, пережди»… эти строки Щербакова словно мой девиз. Теперь еще и Ира попадет в тюрьму из-за того, что я, понимаешь ли, полагаю неделикатным вмешиваться. Или я просто трусиха?

– Да ни в чем ты не виновата! – возмутилась Катя. – Ты ничего не могла сделать.

Таня молча тряхнула головой, сжала губы, потом руки – крепко, в замок, а потом другим тоном произнесла:

– Впрочем, неважно. У тебя с собой тот список, из полиции? Точнее, его расшифровка.

Катя протянула мятую бумажку.

– Первый номер не идентифицировался, – прочтя, повторила Таня. – Дальше – твой домашний телефон. В третьей строке телефон Селиной Маргариты Ивановны. В четвертой – телефон Иры. В пятой номер вашего Жукова. В шестой – Шагуч Константин Григорьевич, друг Турищева, писатель. В седьмой – мой рабочий телефон. Восьмая строка, в которой почему-то сразу три номера, снова не идентифицируется.

– Как ты думаешь, это связано с сайтом или просто Полухин записал телефоны знакомых Турищева для связи?

– Если записывают номера для связи, начинают с сотовых, а здесь сплошь стационарные. К тому же ты сама видела в качестве заголовка адрес сайта! Думаю, полиция по своим каналам сумела выяснить данные его посетителей, и тебе повезло увидеть один столбец.

Катя удовлетворенно кивнула. Было приятно, что Таня подтверждает ее мысли. Да и вообще, что нашелся человек, который будет шевелить вместо тебя мозгами.

– Но я кого-то недосчитываюсь, – вспомнила она. – Эстрелла, Старый пират, Невинная девушка, Незнакомка, Скептик и я. Еще Осведомленный. Всего семь, а нужно восемь.

– И модератор, – без промедления добавила Таня. – Он тут обязательно должен быть, в этом списке.

– Модератор… – пробормотала Катя. – А он на нашем форуме точно есть? Что-то я не припомню.

– Ну, вряд ли сайт самозародился в Интернете, – пожала плечами Таня. – Но ты права, это странная личность. Выложил верхний пост о том, что книги Арта Тура – грубые ремесленные поделки, а их автор совершенно исписался, и больше ни во что не вмешивается… иногда только выкидывает посетителей, которые забрели случайно. Спам еще вычищает. Я и раньше задумывалась – кто создал форум, зачем? Загадка. Знаю только, когда. Месяца четыре назад.

– Как же я проморгала модератора? – не могла опомниться Катя. – Наверное, это враг Турищева… у него их много.

– По логике вещей, номер модератора у Полухина должен идти первым. Вторым – Осведомленного. Или наоборот. Но, поскольку вторая ты, я бы решила, что номер Осведомленного последний. Причем их в строке три штуки, и все не определяются. Ты смотрела по какой базе данных?

– Не знаю. По пиратской, наверное. В метро купила.

– Есть закрытые номера. Всяких известных личностей, того же Турищева. Иначе его замучили бы звонками.

– Ну, если б он и создал себе сайт, то хвалебный.

– Я назвала его к примеру. Для Осведомленного мне представляется более естественным другой вариант. Если б я всерьез хотела замести следы, я бы не стала выходить в Интернет из дома или с работы.

– А откуда?

– Из кафе с вай-фаем, разумеется.

Катя задумалась. Сейчас и вправду появились кафе, принеся в которые свой ноутбук, ты каким-то мистическим образом безо всяких проводов оказываешься в сети. То есть используешь чужое подключение, а не свое.

Она, не выдержав, засмеялась.

– Что-то не так? – уточнила собеседница.

Катя весело разъяснила:

– Мы с тобою просто Ниро Вульф и Арчи Гудвин. Я выполняю черную работу – ворую бумаги в милиции, а ты занимаешься их осмыслением.

– Надеюсь, я пока еще не вешу семь пудов, как Вульф, – улыбнулась Таня.

– Еще бы – ничего не ешь. Ты что, на диете?

– Да, – помедлив, ответила Таня.

– Тогда еще чаю.

Катя махнула рукой официантке. Таня наклонилась к сумочке, кажется, залезла в кошелек и быстро произнесла:

– Нет, спасибо, мне