Ключ к тайне - Елена Чалова

Ирада открыла дверь в комнату Терезы и от неожиданности сделала шаг назад. Вот здесь изменилось многое. Дверцы шкафа распахнуты, и все вещи горой валяются на полу – их просто сметали с полок. Вывернуты ящики письменного стола. Перевернута постель. Распахнут ее чемодан и то, что она не успела разобрать, – обувь и кое-какие мелочи – тоже разбросано по полу. Когда оторопь прошла, Рада вспомнила о том, что Николай Андреевич говорил о наследстве, хранившемся у тети под кроватью.

Она встала на колени, отодвинула в сторону одеяло и подушки, валявшиеся на полу, и заглянула под кровать. И тут у нее в кармане зазвонил телефон. Даже хорошо знакомая мелодия родного «Сони Эриксона», прозвучавшая в разгромленной комнате пустой квартиры, напугала девушку так, что она непроизвольно дернулась и пребольно треснулась головой о кровать. Пятясь, Ирада выбралась из-под кровати, села на пол и выловила трубку из кармана.

– Рада? Я жду, жду, а ты все не звонишь…

Девушка переждала, пока рассеются звездочки перед глазами и перестанет болеть голова.

– Ты меня не узнала? – Поначалу весьма бодрый и жизнерадостный, голос парня заметно растерял уверенность. – Это я, Алекс.

– Узнала, – пробормотала Рада. – Ох…

– Эй, ты чего? У тебя такой голос, будто ты откуда-то упала.

– Я не упала. Я стукнулась.

– Обо что?

– Об кровать.

– Э-э. – Он явно не знал, что сказать.

– Понимаешь, в квартиру дяди кто-то вломился, и я… стала наводить порядок и ударилась.

– Погоди-ка, как вломился? К этому божьему одуванчику, который тебя встречал на пороге? Не гонишь?

– Ни фига, – с чувством отозвалась Рада. – А самое ужасное, что эта сволочь, которая в квартиру влезла… он оглушил или ударил чем-то бедного старика, и он упал… – Она уже всхлипывала. – И его увезли в больницу, потому что врачи боятся второго инсульта. И с сердцем у него плохо.

– Эй, погоди реветь… так ты одна осталась?

– Да…

– А милиция была?

– А что толку? Я в квартиру попала первый раз недавно, а с дядей врач им не дал разговаривать. Я даже не знаю, пропало что или нет. Просто вижу, что комната вверх дном, вещи все раскиданы…

Они помолчали. Потом молодой человек нерешительно спросил:

– Хочешь, я приеду? У меня сегодня все равно дел нет. А вдвоем веселее. Может, помогу что-нибудь.

– Давай, – нерешительно сказала Ирада.

Он отключился, а она еще некоторое время сидела на полу, потом сунула телефон обратно в карман и, вздохнув, полезла под кровать. Там было довольно чисто, пыли совсем немного, но никакого ларца не было и в помине. Должно быть, грабитель нашел его и унес. Разочарованная и огорченная, Рада вылезла и принялась прибираться. Больше всего ее беспокоила не потеря наследства, а то, как она скажет об этом дяде. Он наверняка расстроится, а ему нельзя нервничать. Он так настаивал, что должен передать ей ларец. Сказал, что он под кроватью… Минуточку. Рада застыла с кроссовками в руках. Кажется, он сказал: «Посмотри под кроватью». То есть ларец и кровать в одной фразе не упоминались. Старые люди любят прятать вещи, это Рада знала. В Москве у нее была пожилая соседка Людмила Филипповна. Она ужасно боялась квартирных воров и поэтому регулярно прятала свою пенсию, а потом забывала, куда запихнула деньги. И тогда все соседи по очереди призывались для поисков. Иной раз Людмила Филипповна делила и без того небольшие деньги на части и рассовывала их по разным местам. Девушка решительно поставила кроссовки на письменный стол (напрочь забыла, что собиралась отнести их в прихожую) и опять полезла под кровать. И тут раздался звонок в дверь.

Ирада вздрогнула, и рядом с первой шишкой появилась вторая, но в этот раз, слава богу, не такая большая. Она впустила Алекса и объяснила, что слезы на глазах, потому что треснулась о кровать.

– Опять? – поразился он.

Чтобы не выглядеть полной дурой, Рада рассказала всю историю с поисками наследства.

– Ух ты, обожаю искать клады, – обрадовался молодой человек и решительно полез под кровать.

Он не нашел там ровно ничего, просто потому, что под кроватью ничего не было. Некоторое время Алекс сидел на полу, потирая голову – он не избежал своей порции шишек, потом сказал:

– А вот мы попробуем с другой стороны, – лег на спину и полез обратно.

Он осмотрел матрас снизу, ощупал раму и наконец издал победный клич: к раме кровати со стороны стены скотчем был приклеен ключ. Теперь они сидели на полу рядышком и крутили в руках тяжелый и большой – сантиметров пятнадцать – ключ.

– И от какого же это, интересно, замка? – задумчиво спросил он. – Может, в доме есть сундук? Или потайная дверь?

– Ага, как в книжке про Буратино, да? Очаг, нарисованный на куске старого холста, а за ним потайная дверца… – хмыкнула Рада.

– Ну, так есть?

– Не знаю, я не видела.

Они вместе обошли комнаты, но сундука или потайной дверцы не отыскали. Вернулись в кухню, Рада взглянула на часы – уже почти девять. Она поняла, что от усталости и волнения у нее буквально подкашиваются ноги. Зазвонил телефон, и девушка едва не уронила ключ, так ударил звонок по нервам. Володя из больницы доложил, что Николай Андреевич в палате, в реанимации, туда никого не пускают и вещи все ему вернули, мол, привезете, когда пациента в палату переведут. Он едет домой.

– Хорошо, я вас жду. – Рада положила трубку и разревелась.

Алекс обнял ее, прижал к себе. Она уткнулась носом в его джинсовую рубашку и плакала. Он растерянно гладил девушку по голове, потом неуверенно предложил:

– Давай я тебе какао сделаю. Успокаивает. Хотя, может, тебе коньку выпить, чтобы снять нервное напряжение?

– Нет. – Рада покачала головой. – Не стану я пить, а то просто упаду. У меня день такой был безумный. Мы с приятелями ездили в музей, а потом на фабрику обработки янтаря, а потом еще поругались… И вот теперь с дядей плохо. – Она отдышалась, с неохотой оторвалась от широкой груди Алекса и сполоснула лицо холодной водой. – Сейчас Володя придет, принесет вещи дяди.

– Да?.. – Алекс поколебался, потом сказал: – Знаешь, ты его дождись – и ложись баиньки. А я завтра утром вернусь, и мы с тобой устроим брейн-сторм на свежую голову. И тогда обязательно найдем для этого ключа сундучок.

Ирада послушно кивнула. Алекс ушел. Володя приехал буквально минут через двадцать, занес сумки, смотрел на нее тревожно и даже спросил, как она себя чувствует. Рада промямлила, что очень устала. Заперев дверь, она пошла было в комнату Терезы, но там по-прежнему царил разгром, ей стало страшно. Тогда она пошла в кухню, достала из шкафа бутылку коньяка и сделала из горлышка порядочный глоток. Спиртное обожгло горло, Рада долго кашляла, запила коньяк водой и чуть ли не ползком добралась до дядиного дивана. И провалилась в сон, как в темную яму.