Бал-маскарад - Сэйси Екомидзо

Ага, в конце концов рыбка схватила наживку!

— Да?..

Инспектор Тодороку поднял голову и с деланным безразличием посмотрел на Ясуко.

— Вы едете в Каруидзаву?

— Да.

— По правде говоря, я… — В глазах Ясуко неожиданно вновь появилась настороженность, и она внимательно посмотрела на сидящего перед ней мужчину. — Простите меня, пожалуйста, а в какой район Каруидзавы вы направляетесь?

— В Минамихара.

— Это место пользуется известностью. Там проживает много крупных ученых.

— Да, именно ученые открыли это место как убежище от летней жары.

Инспектор Тодороку назвал имена двух-трех известных ученых, которые он узнал от Коскэ Киндаити. Ясуко, эта высокомерная женщина, с каким-то детским чувством гордости улыбнулась, и на этот раз улыбка была более искренней, хотя настороженность не исчезла.

— Значит, у вас вилла в Минамихара?

— Ну что вы! — Инспектор Тодороку весело рассмеялся. — Я пока еще не заработал на виллу в Каруидзаве. Возможно, вы знаете, в Минамихара есть вилла Сэйитиро Нандзё.

— Он имеет отношение к ЮНЕСКО?

Как и большинство женщин, она с интересом относилась к знаменитостям.

— Да. Я думаю отдохнуть у него два-три дня. У меня как раз выдалось свободное время.

— Но ведь Нандзе-сэнсей сейчас, кажется, в Швейцарии…

— Как говорят, когда кота нет, мышам раздолье.

— Ваша работа связана с юриспруденцией?

— Да, — с улыбкой ответил инспектор Тодороку.

Это соответствовало действительности. Независимо от того, что подумала Ясуко, инспектор Тодороку действительно охранял закон.

Ясуко постепенно освобождалась от чувства настороженности.

— Я тоже направляюсь в Каруидзаву.

— Где вы там проживаете?..

— В Сакура-но-дзава. Говорят, тайфун там особенно свирепствовал… Я разговаривала с внучкой по телефону, она была сильно напугана.

— Она там одна?..

— Есть служанка, но она еще такая молодая…

— Вы поэтому так волнуетесь?

— Мне нужно туда как можно скорее, но прямая железнодорожная ветка повреждена.

— По шоссе номер восемнадцать тоже нельзя проехать.

— Я никогда раньше не ездила этой дорогой и нервничаю.

Инспектор Тодороку поверил в ее искренность, но продолжал вести себя сдержанно.

— Я тоже. Кажется, из Наганохара до Каруидзавы ходит автобус.

— Раньше от Кусадзу до Каруидзавы ходил маленький, как спичечный коробок, трамвайчик, но сейчас его отменили… Что касается Наганохара, то я никогда не была на этой станции, поэтому… А вы каждый год приезжаете в Каруидзаву?

— Я здесь почти не бываю, езжу на перевал Усуи. Однажды был в Ониосидаси. Кстати, автобус из Наганохара идет в Каруидзаву через Ониосидаси.

— Ну, тогда это получается целое путешествие, — сказала Ясуко тихим голосом.

Она принадлежала к тому типу старых японских женщин, которые спокойны в привычной обстановке, но стоит чему-то измениться, как они испытывают беспокойство.

— В Наганохара я собираюсь взять такси, почему бы нам не поехать вместе? Я сойду в Минамихара, это как раз по пути, а вы спокойно поедете дальше до Сакура-но-дзава.

— Если это возможно… Я не слишком вас обеспокою?

— Ну что вы.

— Простите, мне так неловко, но я действительно чувствую себя такой беспомощной…

Ясуко посмотрела в окно. Местность, по которой они ехали, находилась в стороне от пути тайфуна, однако и здесь с некоторых домов были сорваны крыши, кое-где виднелись поваленные телеграфные столбы.

— Какой ужас! Но теперь все будет хорошо. Мне повезло с попутчиком.

Впоследствии Ясуко удивлялась, как она, обычно такая замкнутая, легко доверилась незнакомому мужчине. Инспектор Тодороку пытался понять, были ли нервозность и беспокойство Ясуко на платформе станции Уэно вызваны предстоящей поездкой, или причина была значительно серьезней.

Поезд прибыл на станцию Наганохара с небольшим опозданием, в час сорок. Инспектор Тодороку несколько растерялся, увидев, что из вагонов вывалилась толпа пассажиров.

— Госпожа, если мы не поспешим, можем упустить такси.

Но как они ни спешили, когда вышли на привокзальную площадь, там стоял автобус, а с водителем последней оставшейся машины договаривался успевший раньше них пассажир.

— Госпожа, раз так получилось, придется ехать в автобусе.

Но и автобус оказался переполненным, и уже прозвучал колокольчик, возвещающий об отправлении.

— Сакураи-сама! Сакураи-сама! — закричала Ясуко в сторону мужчины, усевшегося в последнее такси.

— Вы знаете этого человека?

— Да, он… Немного.

Имя Сакураи вызвало интерес инспектора Тодороку. Согласно его данным, Тэцуо Сакураи — зять Тадахиро Асука. Глядя на мужчину, который с удивлением высунулся из машины, инспектор Тодороку внутренне улыбнулся. Вот будет интересно, если Сакураи, инспектор Тодороку и Ясуко поедут в одной машине!

— Что вам угодно? — с удивлением нахмурил брови Тэцуо Сакураи при виде приближающегося незнакомого мужчины.

Ему было около тридцати лет, его круглое, как у буддийского монаха, лицо производило приятное впечатление.

— Вон та дама хотела вас попросить…

Тэцуо Сакураи посмотрел в сторону, куда указывал Тодороку, и, узнав Ясуко, сразу открыл дверь и выскочил из машины. Хотя он был коренастый и немного полноватый, движения его были проворными и быстрыми. Недаром он принадлежал к элите «Камито сангё».

— Фуэкодзи-сама! Пожалуйста, садитесь, садитесь.

— Извините, что я остановила вас. Этот господин хотел проводить меня до Каруидзавы, но мы, к сожалению, не смогли взять такси…

— Ничего страшного, я вас довезу. Пожалуйста, садитесь. — Тэцуо Сакураи, судя по всему, был отзывчивым и доброжелательным человеком.

— Ну, всего вам доброго. Я поеду на автобусе, — откланялся инспектор Тодороку.

— А почему бы и вам не поехать с нами. Вам в какой район Каруидзавы?

— Мне нужно добраться до Минамихара.

— Он едет на виллу Сэйитиро Нандзе.

Имя Сэйитиро Нандзе стало для инспектора Тодороку чем-то вроде удостоверения личности. Он сомневался, знает ли это имя Тэцуо Сакураи, но тот вновь проявил любезность:

— Минамихара нам по пути. Садитесь, пожалуйста.

— Извините за доставленные хлопоты. Нет-нет, я сяду рядом с водителем. Моя фамилия Тодороку. Я вам очень благодарен.