Чистилище для Гурова - Алексей Макеев

Сидевший на диване охранник дернулся было, чтобы проверить его, но Гуров, усмехнувшись, сказал ему:

– Не волнуйся! Я абсолютно безвреден! – и, ненароком продемонстрировав пистолет в наплечной кобуре, вошел в кабинет.

Охранник заскочил следом за ним, но Шабаршин, расхохотавшийся при виде Гурова, отправил его обратно в приемную:

– Ступай! Господин полковник слишком уважает законы, чтобы нарушать их! – и, когда охранник вышел, спросил: – Ну, и чего тебе, Гуров, в этот раз от меня надо? Неужели еще не убедился, что об меня ты только зубы обломать можешь, а вот доказать что-нибудь – нет?

– Шабаршин! Меня удручает твоя самоуверенность! – ответил Лев, садясь на стул напротив него и положив телефон на стол. – Да, то дело развалилось! Заказчик до сих пор за рубежом отсиживается и боится в Россию нос сунуть, а Расул Мизоев был убит при задержании. Но ты-то, сыгравший роль посредника, здесь! Деньги тебе на киллера заказчик выдал немалые и за границу уехал, чтобы его ничего с этим убийством не связывало. Да вот только ты решил скрысятничать и нашел для этого дела не профи, а молодого горячего кавказского парня, которому ужасно хотелось доказать всем вокруг, какой он крутой. Да! Человека он завалил! Вот только следы за собой оставил, а я по ним вышел на тебя и, когда прижал, ты сдал мне Расула как миленький! К сожалению, парень погиб при задержании, а у тебя адвокатов, как у сучки блох, вот ты и выкрутился!

– Так разговор у нас с тобой без протокола был! Его никуда не подошьешь! Или ты забыл, как дело было? Я тебе сказал, что под протокол буду говорить только тогда, когда ты Расула возьмешь. А раз нет Расула, значит, нет и протокола! А других доказательств против меня никаких, – нагло заявил Шабаршин.

– А ты не подумал о том, что я наш с тобой разговор записываться мог? – усмехнулся Гуров.

– Это для суда не доказательство! – парировал тот.

– Для суда? Да, не доказательство. А для господина Джафара Мизоева? Кто мне запретит мою личную, не относящуюся ни к какому уголовному делу запись дать ему послушать?

Шабаршин сверлил Гурова ненавидящим взглядом, а потом сквозь зубы процедил:

– Ты этого не сделаешь!

– Ошибаешься! Да! Раньше я этого никогда не сделал бы! Ни при каких условиях! – бешеным голосом заговорил Гуров, чувствуя, что от ярости у него темнеет в глазах. – Потому что в этой стране был закон! И я ему служил верой и правдой! Ни жизни, ни здоровья не жалел. Только такие, как ты, этот закон отменили и установили свои правила игры. А я их взял и принял! И теперь тоже играю по этим правилам! Вот и получайте «обратку»!

– Чего тебе от меня надо? – поняв, что Гуров не блефует, спросил Шабаршин.

– Диск с камеры видеонаблюдения из твоего клуба «Чистилище». У тебя там дочь одного очень известного человека пропала, а поскольку простые смертные туда не ходят, и мог разразиться нешуточный скандал, тебя тут же известили, и ты приехал туда сам. Девушку начали искать уже под утро, когда все разъехались, а ее машина осталась на стоянке. Вы просмотрели записи с камер видеонаблюдения и выяснили, что девушка тайком уехала из клуба вместе с парнем на его машине – это черный «Range Rover» с дьявольским номером «666» и чертом на заднем стекле. Потом приехал Лошкарев, начальник службы безопасности отца этой девушки, и ты отдал ему диск, но копию оставил себе – я слишком хорошо тебя знаю и поэтому уверен, что такой компромат ты бы ни за что не упустил, а время, чтобы ее сделать, у тебя было. Или ему ты отдал копию, а оригинал оставил себе. Меня такие подробности не интересуют, но мне нужен этот диск и имя того парня.

– А какие у меня гарантии, что ты ничего не будешь против меня предпринимать?

– А какие у меня гарантии, что это будет нужный мне диск и подлинное имя? Вдруг это все туфта, но, пока я это проверю, ты уже с концами свалишь из страны?

– Хорошо! – Шабаршин на кресле развернулся к вмонтированному в стену у него за спиной сейфу.

Гуров, мгновенно достав пистолет, тут же его предупредил:

– Медленно! Очень медленно и очень плавно! В темпе вальса!

– У меня пистолет в ящике стола, и, если бы я тебя хотел застрелить, ты бы уже давно трупом валялся, – буркнул Шуршик.

– Не обольщайся! Я стреляю быстрее! – охладил его пыл Лев.

Шабаршин достал из сейфа диск и по столу толкнул его к Гурову, который убрал его в карман и напомнил:

– А теперь имя.

– Там нет имен – полная анонимность, потому что светить свои настоящие фамилии эти придурки не хотят, а то родители, чего доброго, с довольствия снимут. Там только псевдонимы. У этого парня, например, был «Дейвил», то есть «дьявол» по-английски. Да он и сам смуглый, черноглазый, черноволосый. Эдакий мачо!

«Так вот почему дочь Болотина на него клюнула – это же ее тип!» – подумал Гуров, а Шабаршин спросил:

– Это все?

– Последний вопрос – кто там у тебя наркоту распространяет?

– А это-то тебе зачем? К твоей проблеме это отношения не имеет!

– Самое прямое – девчонка-то обдолбанная была! – Это было только предположение, но, судя по ее поведению, такое вполне возможно. – Так кто?

– Может, ты еще и клуб захочешь закрыть?

– Моя бы воля, я бы его с лица земли стер, чтобы даже воспоминаний об этом вертепе не осталось, – сквозь зубы процедил Лев.

– В том-то и дело, что не твоя! – рассмеялся Шабаршин. – Все, кто надо, прикормлены и носа туда не сунут! А если кто другой сунуться решит, тут же предупредят! Торгует вся обслуга, чтобы клиенты ни в чем неудобств не ощущали! Тебя такой ответ устраивает?

– Вот видишь, как мы с тобой плодотворно побеседовали, – сказал, поднимаясь, Гуров и взял со стола телефон. – Живи пока! – и вышел, но пистолет вернул в кобуру только в холле, где также переключил телефон на обычный режим и спросил: – Джафар Мусаевич! Вы все хорошо слышали?

– Очень хорошо! – подтвердил тот. – Уважаемый господин полковник! Аллах судил так, что мы с вами не можем быть друзьями, хотя я желаю этого всей душой, но очень прошу помнить, что мы перед вами в большом долгу!

– Спасибо, господин Мизоев! Я буду это помнить! – ответил Лев. – Джафар Мусаевич! Я не знаю, какую судьбу вы уготовили этому человеку, но он мне еще нужен для того, чтобы дать показания под протокол по другому делу.

– Уважаемый Лев Иванович! Этот человек будет жить столько, сколько вам нужно. И он все сделает! И напишет! И показания даст! – заверил его Мизоев. – А мы подождем! Мы столько времени ждали, что еще чуть-чуть совсем не считается! Храни вас Аллах, уважаемый Лев Иванович!

Гуров ехал на работу, и его трясло от бешенства – Господи, в какое же время мы живем и в кого он сам превратился?! Ему было уже плевать на то, следят за ним или нет, но если бы только кто-то попытался на него напасть или остановить, он бы стал стрелять, не раздумывая. Приехав в главк, Лев пошел прямиком к Орлову.