Пиар во время чумы - Алексей Макеев

– Понятно, – хмуро сказал капитан. – Прикажете преследовать, товарищ полковник? А с этими что? В часть?

– Преследуйте, – сказал Гуров. – Если сумеете догнать, будет очень неплохо. Только не хватайте всех, на ком увидите буквы ЦСКА. Тот, кто нас интересует, пьян, расхристан и спасается бегством. На это и ориентируйтесь. А с задержанными я пока побеседую.

– Ясно, – сказал капитан и коротко бросил своим: – По машинам!

Они умчались под завывание сирен. Гуров наконец подошел к парням, сидящим на асфальте, и спросил сурово:

– Ну что, доигрались, голубчики? Пьяный дебош в общественном месте, нападение на представителей власти, применение огнестрельного оружия, изуродованный автомобиль… Я ничего не забыл?

Парни сидели, не поднимая глаз, тупо рассматривая ссадины на своих закованных руках. Теперь Гуров видел, что они совсем еще молоды – вряд ли кому-то из них было больше двадцати лет.

– Кто такие? – грубо спросил сержант, многозначительно поигрывая дубинкой. – Долго в молчанку играть собираетесь?

– Не понтись, мент! – вдруг хрипло сказал один из задержанных, рыжий, с татуировкой на шее. – Я вообще без адвоката базарить не буду. Еще ответите за беспредел! Сами напали, а теперь на нас все свалить хотите? Вы еще не знаете, с кем связались!

– Нет, юноша, это ты не знаешь, куда влип, – ласково сказал Гуров. – Ты еще не догадываешься, какие люди в этом деле завязаны. Так что брось из себя крутого корчить и выкладывай, чего это вас вдруг на подвиги потянуло.

– А пошел ты… – мрачно процедил рыжий. – Я требую, чтобы мне предоставили право на телефонный звонок.

– Я тебе камеру подберу с телефоном, – злорадно пообещал милиционер. – Звони хоть с утра до вечера.

– Ну а ты что скажешь? – обратился Гуров ко второму задержанному, чернявому, явно напуганному пареньку с крупными мосластыми руками. – Тоже в героя играть будешь?

Тот с беспокойством посмотрел на Гурова и с надрывом сказал:

– Да мы чего? Мы ничего вообще… Побазарить хотели нормально. А этот сразу стрелять. Ну, Бандера и не стерпел. Типа, самооборона…А тут вы налетели – разве разберешься?

– Да, разобраться сложно, – кивнул Гуров. – Но, думаю, следователь разберется в конце концов. Срок любому из вас светит приличный. Свидетелей полно. Улики налицо.

Парень подавленно молчал.

– Но я всю вашу подноготную раскручивать не собираюсь, – продолжал Гуров. – Я понять хочу, с какой стати среди бела дня группа нормальных вроде бы парней напала на сотрудника милиции, изуродовала автомобиль, похитила у него пистолет? Обкурились вы, что ли?

– Не, только пиво пили, – поспешно мотнул головой чернявый. – А про этого мы же не знали, что он милиционер. Мы нормально пили пиво тут в баре, в квартале отсюда. Сегодня матч – ЦСКА с «Динамо» играет, если вы не в курсе. А мы, типа, готовились. Фанаты мы, цеэсковские…

– Готовились они! – презрительно сплюнул милиционер. – Из-за таких вот нормальные люди на футбол боятся ходить.

– Подожди, сержант, – прервал его Гуров и опять обратился к чернявому: – Значит, вы мирно пили пиво в квартале отсюда? А потом вам в голову моча ударила – сюда бежать?

– Да не, – неохотно сказал парень. – Тут мужик один подвалил, тоже за ЦСКА болеет. Выпивку на всех заказал нормально. И говорит: ставлю вам ящик водки, если вы с мужиком, который у меня бабу отбил, разберетесь. Мне, мол, неудобно – посадят запросто, а вас, мол, никто не знает. Сильно калечить не надо, пугните, говорит, просто. Ну, стекло там у тачки разбейте. Тачка, видишь, его – он ее бабе подарил, а та ему хвостом помахала. Короче, убедил он нас…

– Не сильно, наверное, старался, – ехидно заметил сержант. – Таким только цель укажи…

– Правда, мы уже на взводе были, – согласился парень. – Но мы бы так ничего. Дали бы пару раз по морде… А этот в машине стрелять начал. Ну, Бандера не стерпел…

– Ладно, это я уже слышал, – перебил его Гуров. – С нетерпеливым Бандерой пусть суд разбирается. Меня интересует, что за мужик такой, который так вас разжалобил? Знаешь его?

– Не-а, – мотнул головой чернявый. – Вообще первый раз видел. Невысокий такой, крепкий. Настоящий мужик. В смысле, за себя постоять может.

– Что же он вас вместо себя подставил, если настоящий? – насмешливо спросил Гуров.

– Тюрьма ему светила, – серьезно объяснил парень. – Я же сказал. На нарах париться никому не охота.

– А по тебе этого не скажешь, – заметил Гуров. – Где сейчас этот мужик?

– Должен был нас в баре ждать, – безнадежно сказал заметно протрезвевший парень. – Сейчас уже свалил, наверное. Шум-то какой был…

– Да, пошумели изрядно, – согласился Гуров. – Только не пойму, откуда вы знали, кого бить?

– А он нам наводку дал, – простодушно объяснил чернявый. – В два часа, сказал, должна к парку машина подъехать в районе мостика, значит. И номер тачки дал. Той самой. Ну, мы тут покрутились, видим – стоит…

– Ясно, – сказал Гуров. – Одним словом, результат матча теперь из газет узнаете. А мы еще увидимся – мне портрет вашего мужика нужен. Так что тренируйте память. Других забот у вас в ближайшее время не предвидится.

– А может, отпустите, дяденька? – вдруг совсем по-детски спросил чернявый.

– Нет, не отпущу, – жестко сказал Гуров.

– Это тебе не на стадионе кричалки кричать, – ядовито вставил сержант. – Будешь отвечать по всей строгости закона за совершенное тобой деяние.

– Деяние? – потрясенно спросил чернявый.

– Вот именно, – подтвердил Гуров.