Дамская вендетта - Марина Серова

— А почему не сейчас?

— Вдруг последние новости испортят тебе аппетит…

— Ладно. Конечно, неплохо было бы выпить по рюмочке. Я видела, что у тебя есть коньяк.

— Если хочешь, налей себе, а я за рулем.

— Нет, одна я тоже не буду, тем более бутылка запечатана, — с грустью сказала Катерина и стала наливать в тарелки ароматную солянку.

Да, Катюша неплохо изучила мою квартиру, можно сказать, сделала здесь профессиональный обыск — ключи нашла, ревизию продуктов в холодильнике сделала, даже специи в подвесном шкафчике откопала, ну и бутылку коньяка, стоящую в баре, обследовала. Возможно, она проявила нездоровый интерес и к моим личным вещам. Надо бы проверить, все ли на месте. Хорошо, что все «шпионские» прибамбасы закрыты в сейфе. Откровенно говоря, я была немного зла на Барулину, из всех клиентов и свидетелей, которых в силу разных обстоятельств я пускала сюда на постой, она одна проявляла такое откровенное любопытство и не скрывала его. Правда, вслух я ничего плохого ей не сказала, потому что Катя потчевала меня разными вкусностями. Татьяна Иванова умеет быть деликатной, особенно со своими клиентами!

Когда Катерина стала мыть посуду, я достала из сумки портрет, сделанный Полиной Николаевной, положила его на стол и закурила. Катя оглянулась, чтобы взять со стола грязные тарелки, и увидела рисунок. По выражению ее лица нетрудно было догадаться, что красотка, изображенная Михайловой, моей клиентке очень хорошо знакома. Барулина в первый момент, можно сказать, была в шоке, но она очень быстро справилась со своими эмоциями и спросила голосом невинной овечки:

— Ой, а кто это?

— Это как раз я хотела спросить у тебя.

— Я не знаю эту девушку, но догадываюсь, что она имеет какое-то отношение ко всему происходящему. Это она угоняла мою машину, да?

— Не знаю, может быть, и так, а может, и нет.

— А зачем тогда ты мне показываешь этот портрет?

— Катя, ты снова от меня что-то скрываешь. Мне это не нравится.

— Таня, я плачу тебе деньги, поэтому имею полное право знать, как продвигается расследование. — Барулина стала играть передо мной роль стервозной клиентки, наверно, для того, чтобы не откровенничать. — Если ты предъявляешь мне этот портрет, значит, особа, изображенная на нем, подозревается в подставе. Я даже догадываюсь, что нарисовала его Полина, следовательно, она видела где-то ее. А, поняла! Эта подруга приходила к моей маме и, стало быть, выкрала ключи от машины. Дело осталось за малым — надо найти ее и схватить за руку.

— Да, Катя, детектив из тебя выйдет весьма посредственный, а артистка ты и вовсе плохая, хотя закончила ГИТИС.

— Приходи ко мне на спектакль, а потом суди о том, какая я актриса, — с апломбом парировала Барулина. — Я когда-нибудь обязательно получу «Золотую маску», и тогда ты передо мной извинишься.

— Возможно, но пока я своих слов обратно не возьму. Да, этот портрет действительно сделала Полина, да, она на самом деле видела эту девушку выходившей из квартиры, в которой живет твоя мама, но это еще ни о чем не говорит. Может быть, она любовница Владислава Витальевича?

— Вот это вряд ли. Влад любит маму и не изменяет ей.

— Откуда такая уверенность?

Катя не смогла ответить на этот вопрос, она молчала, о чем-то серьезно задумавшись. Я предположила, что она размышляла, стоит ли ей раскрывать передо мной свои секреты. Мне тоже было о чем подумать, например, о том, почему Барулина все время темнит, недоговаривает и колеблется? Сам собой напрашивался ответ — она чего-то боится. Но чего? Чтобы подтолкнуть Катерину сказать хоть что-нибудь, я скатала листок в трубочку и стала убирать в сумку.

— Ты что делаешь? Куда ты это убираешь?

— В сумку. А что, надо в мусорку выбросить?

— Таня, я действительно знаю эту девушку, но дело в том, что она москвичка. Наши пути пересекались в столице, и то, что она вдруг объявилась в Тарасове, да еще была у моей мамы, это никак не укладывается в моей голове. Я не могу дать этому никакого объяснения. Все это очень неожиданно.

— Катя, она приходила не к твоей маме, а к твоему отчиму. Полина видела ее с Владом на улице, они обнимались, она несколько раз приходила к нему домой, естественно, в отсутствие твоей мамы. Была она там и накануне того, как в твоей машине появился покойничек. Это могло быть простым совпадением, но, возможно, эти события взаимосвязаны. Короче, ключи от машины она могла взять.

— Я могу поверить во что угодно, только не в то, что Влад — любовник Галины.

— Так, значит, эту девушку зовут Галиной? А как ее фамилия?

— Не знаю. У Галины очень большие запросы, она никогда не опустится до того, чтобы лечь в постель с таким старым и нищим мужиком.

— Ну, Владислав Витальевич не нищий. У него, насколько мне известно, своя юридическая фирма. Он в состоянии купить две вполне приличные иномарки для себя и своей жены. Он строит квартиру…

— И только-то! По московским меркам, это ничто! Да, он строит квартиру, потому что его дом снесли под стройплощадку и по договору ему полагается квартира в новостройке на последнем, четырнадцатом этаже. Иномарки же обе не новые, а подержанные. А у Галины виды если не на олигархов, то на очень серьезных бизнесменов. Моей первой мыслью было, что она познакомилась с мамой в салоне красоты…

— Может быть, это не она? — предположила я. — Полина сказала, что эта девушка выглядела, как «ночная бабочка» с Большой Казачьей, а ты знаешь ее как москвичку с хорошей репутацией, не так ли?

— Не знаю, во всяком случае, очень похожа на нее. Откровенно говоря, у Гальки со вкусом всегда не очень было, она действительно порой производила впечатление вульгарной девицы. А Влад-то, Влад! Вот уж не ожидала, что он от мамы погуливает! Если она узнает об измене, то это ее убьет. Мне так жалко маму!

— Катя, ты лучше себя пожалей, твое положение не очень-то завидное. Тебе грозит обвинение в убийстве, а ты тормозишь мое расследование. Давай быстро выкладывай все, что знаешь об этой Галине. Меня очень интересуют даже самые мельчайшие подробности того, каким образом пересекались ваши пути в Москве. Отбрось ложную скромность и прочие комплексы и рассказывай, что к чему!

— Значит, у тебя все-таки есть основания полагать, что это она подставляет меня?

— Основание только одно — совпадение места и времени. В силу своей профессии я не очень-то верю в случайности. Мы не смогли найти среди тарасовцев того, кто желает тебе зла. Значит, мне пришлось бы расширить зону поиска. Пожалуй, мы сегодня так и сделали бы, стали бы обсуждать твои московские связи, но здесь вдруг объявилась Галина, и это внесло определенные коррективы в мои планы. Заметь, она не просто появилась в Тарасове, она наладила контакт с твоим отчимом. Это должно, наверное, что-то значить?

— Думаю, да. Таня, я просто не подумала, что мое московское прошлое могло меня здесь догнать. У Галины действительно есть повод, чтобы меня ненавидеть. Я отбила у нее одного очень богатого мужика, правда, у меня с ним впоследствии тоже ничего не срослось, но ее самолюбие было сильно уязвлено. Все так некрасиво вышло, страшно вспоминать — мы даже подрались на одной презентации. Галька первая стала задираться, я схватила ее за платье, а оно треснуло по шву. В общем, будь я на ее месте, то сгорела бы со стыда. Представляешь, под красным платьем был дешевенький голубой бюстгальтер?