Оtцы и деtи - Наталья Андреева

То, что дело неумолимо идет к развязке, Аркадий понял уже давно. Но какова будет эта развязка, даже он не мог предугадать. И никто не мог. Все случилось на следующий день, ночью.

Аркадию не спалось. Внизу, в своей комнате, была Катя. Возможно, спала, а возможно, и нет. Тоже мучилась, напряженно прислушиваясь к шагам на лестнице. Против своей воли Аркадий все равно об этом думал. О Кате, о том, что она влюблена в него, и спустись он сейчас вниз, войди в ее комнату, случится то, чего все, кроме, пожалуй, Женьки, так хотят. И Аркадий, и Нета, и сама Катя.

– О черт! – выругался он и, отбросив одеяло, вскочил. – Все! Больше не могу!

Он уже шел к двери, когда в коридоре раздались шаги. Это мог быть либо Женька, либо Нета. Кому-то из них тоже не спалось. Видеть лучшего друга Аркадию сейчас не хотелось. Впрочем, как и Нету. Поэтому он задержался в комнате. Когда шаги уже были на лестнице, крадучись, приоткрыл дверь и увидел Женькину макушку. Тот спускался вниз.

Аркадий подумал, что Женька спустился попить воды, в доме было душно, но потом услышал, как хлопнула входная дверь.

«Куда это он?» – напрягся Кирсанов. Идти в комнату Кати ему расхотелось. Происходило что-то странное. В доме у Одинцовой ясно чувствовалось растущее напряжение. Базаров сделался хмурым, видно было, что он нервничает. Возможно, Женька просто пошел подышать свежим воздухом и обдумать свое положение.

«Он единственный, с кем я могу об этом поговорить, – подумал Аркадий. – Если завтра я отсюда не уеду… Но я не хочу уезжать! Но если останусь…» Он решительно открыл дверь.

Мимо Катиной комнаты он прошел, зажмурившись и втянув голову в плечи. На улице было прохладно и тихо. Какое-то время Аркадий наслаждался прелестью короткой июльской ночи. Пахло свежескошенной травой, так вкусно, что хотелось зарыться в нее с головой. Воздух наконец-то был свежим, и измученное жарой тело погрузилось в него, будто в целительный источник. Голова сделалась ясной. Аркадий осознал, что дальше так продолжаться не может. Его ждет отец, который соскучился, ждет дядя. И ему, Аркадию Кирсанову, только двадцать три. Жениться в таком возрасте безумие, а просто так развратить невинную девочку, использовать ее, а потом бросить… Нет, этого он не мог. Потому что он Кирсанов. Его дед был человеком чести. И дядя человек чести. Что касается отца, как говорится, бог ему судья. Аркадий твердо решил уехать.

И вдруг в этой оглушительной тишине раздался крик. А точнее, рык. Даже непонятно было, кто кричит, мужчина или женщина? Аркадий не сразу сообразил, что крик доносится со стороны домика для гостей, а когда сообразил, понесся туда.

Входная дверь была распахнута. Женька выволакивал из дома Катину тетку, а баба с квадратными плечами пыталась ему помешать. Именно она и рычала.

– Помоги мне! – крикнул запыхавшийся Базаров.

– Что мне делать?! – растерялся Аркадий.

– Придержи хотя бы эту ненормальную!

Аркадий понял, что это он о сиделке, и рванул на перехват. Проще оказалось сдвинуть с места каменное изваяние. Но ему хотя бы удалось ее отвлечь. Женька выволок тетку вниз, на траву, поставил на четвереньки и схватил за волосы, придерживая голову. Женщину безудержно рвало. Вонь стояла жуткая. Аркадий понял, что в доме еще хуже.

– Иду… слышу… какие-то звуки… – отрывисто заговорил Базаров. – Спокойно, спокойно… Все уже хорошо… Она, по ходу, перепила. Отрубилась, и во сне ее начало рвать… Спокойно… Она захлебнулась бы рвотными массами, если бы я вовремя не успел…

– Суки… – прошипела сиделка, которая, поняв, что ее подопечная спасена, рассвирепела. – Будет вам сейчас…

И она размашистой походкой направилась к хозяйскому дому.

– Не понимаю, что здесь происходит? – удивленно спросил Аркадий.

– И я не понимаю, – серьезно сказал Женька. – Пока не понимаю… Ну все… Пациент скорее жив. – И он отпустил женщину. – Надо дать ей воды. Сходишь? Или брезгуешь?

– После практики в морге… – пожал плечами Аркадий и пошел в дом, за водой.

Когда они напоили женщину, на сцене появилось новое действующее лицо. По тропинке от хозяйского особняка к ним торопливо шла Нета. Волосы у нее были растрепаны, короткий шелковый халатик, накинутый поверх бюстгальтера и стрингов, распахнулся. Но Аркадию было сейчас не до прелестей Неты, тем более вонь стояла невыносимая.

– Она что, жива?! – Базаров кивнул, и Нета отвесила ему размашистую пощечину. – Идиот! Ты здесь зачем?! Чтобы помочь мне! А ты все испортил!

– Ты это о чем? – удивленно спросил Женька, держась за щеку.

– Старая сука! – с ненавистью сказала Нета. – Когда ж ты только уберешься!

– Неточка… – всхлипнула пожилая женщина. – Я ж не нарочно… – и она пьяно заплакала.

– Так ты специально ее спаиваешь?! – сообразил Женька. – Там же ящик водки стоит! Может, эта каменная баба еще и в глотку этот яд вливает несчастной? Насильно?!

– Да, да, да! Что, не нравится?! – сверкнула глазами Нета. – А ты думал, я из благотворительности ее тут держу?! – И она истерически рассмеялась.

– А ну, пойдем поговорим, – Женька крепко взял ее за локоть.

– Пусти! – рванулась Нета.

– Идем! – И Базаров потащил ее к дому.

– Сынок, помоги мне, – попросила пьяница и попыталась подняться.

Аркадий протянул ей руку, думая при этом: «Мне потом час надо в душе отмываться». Слава богу, появилась сиделка.

– Вы тут приберетесь? – спросил Аркадий.

Та смерила его ненавидящим взглядом и что-то сказала сквозь зубы. Аркадий счел, что сделал достаточно, и тоже пошел в хозяйский дом.

Базаров и Нета ругались в гостиной.

– …Ты с самого начала все рассчитала! – орал Женька. – Теперь я понимаю, почему ты выбрала меня! Аркаша ни за что бы не стал тебе помогать, потому что ему это не надо ни за какие деньги! И ни за какое тело! Да его дядя убил бы тебя, если бы узнал! Иное дело – я… Вот дурак! Тебе нужен был врач! Так же, как тогда нужен был мент! Ты хочешь чистенькой остаться!

– Да, хочу! У нее двухкомнатная квартира почти в самом центре Москвы, а детей нет! Я – единственная наследница! Я и Катя! Но Катя – это все равно что я! Старая сука сдохнет, и я продам ее хату! И у меня будут деньги! Много денег! Я там уже ремонт делаю! Потому что эта тварь запустила шикарную квартиру! Ты хотя бы знаешь, сколько я туда уже грохнула?!

– Бизнес-проект, значит, – ехидно сказал Женька. – Лихо ты работаешь! Деньги вкладываешь в смерть. Нета, но ведь это близкие тебе люди! Муж, тетка… Неужели не жалко?

– А меня кому жалко? – огрызнулась Нета. – В общем, так, – уже гораздо спокойнее сказала она. – Либо ты мне помогаешь, либо…