Его апатия - Чингиз Абдуллаев

— Это было три года назад и не имеет никакого отношения кнашему делу. Я просто хотела вам объяснить, что они его всегда не любили. Неверьте ни единому ее слову. Она вам все врет. Разошлась с моим братом, атеперь, строит из себя невинную овечку? Извините, но я не могу  большеразговаривать. Я звоню от Петросянов. Если у вас будут вопросы, звоните сюда,номер вам известен. До свидания.

—До свидания, —вежливо ответил Дронго.

Он едва успел положить мобильник в карман, как в дверьгромко постучали. Это его удивило и насторожило одновременно. Если бы Лена илиее сын захотели встретиться с ним, они бы наверняка предварительно позвонили.Не говоря уже о том, что навярняка не стали бы стучать в дверь стольбесцеремонно. Он подошел к двери.

"Надеюсь, что мои друзья-скинхеды не добрались в Киевиз Ростова",—подумал Дронго, открывая дверь. На пороге стоял мужчина летсорока, с коротко остриженными волосами, круглым лицом и светлоголубыми глазамипод низким лбом. Лицо украшали также пышные рыжие усы и россыпь веснушек наносу. Вошедший был чем-то неуловимо похож на Галину и ее дочь, с которымиДронго расстался пару часов назад. Вошедший был в сером костюме и бордовойводолазке. А его обувь с какой-то  кожаной бахромой больше напоминала индейскиемокасины, чем обычные мужские туфли.

—Здравствуйте,—сказал незнакомец.—Вы господин Дронго.

—Меня обычно так называют,—кивнул Дронго.—Простите, с кемимею честь?

—Николай Бондаренко,—представился визитер.—У меня магазин набульваре Тараса Шевченко, может, видели ? Называется "Оля Бондар".Это в честь моей жены. И второй магазин у нас есть.  На другом берегу Днепра, вБерезняках.

—Да вы просто обувной магнат!—всплеснул рукамиДронго.—Счастлив познакомиться с таким важным человеком. Только не здоровайтесьчерез порог, чтобы мы, не дай Бог, не поссорились. Входите, входите, нестесняйтесь.

Он втащил незваного гостя в номер, с преувеличенным радушиемпожал ему руку. Гость был на голову ниже Дронго, но мог гордиться своимиширокими плечами, мощными руками и крепким рукопожатием. Сказывалось егофизкультурное прошлое.

—Каким видом спорта вы занимались?—поинтересовался Дронго.

—Борьбой,—пояснил Николай Бондаренко,—я даже был чемпиономгорода.

—С чем вас и поздравляю.Устраивайтесь вон в том кресле.Выпьете что-нибудь?

—Нет,—ответил Бондаренко,—не злоупотребляю.Только попраздникам. И только с друзьями.

Он огляделся, прошел к креслу. Прежде чем усесться, ощупалкресло, словно боялся, что оно под ним развалиться.

—Я понял,—улыбнулся Дронго,—встреча со мной для вас отнюдьне праздник и не свидание с другом.

—Верно,— Бондаренко рассмеялся.—Я вижу вас первый раз вжизни.Но надеюсь, мы подружимся. Это вы приезжали сегодня ко мне домой иразговаривали с моей мамой и сестрой?

—Я.—кивнул Дронго, усаживаясь на стул напротив непрошеногогостя.—Вам уже успели рассказать?

—Конечно, успели,—подтвердил Бондаренко.—Позвонила мать иговорит, что появился какой-то гость. Все рассказал Лене, вызвал у нееистерику, обвинил мою мать во лжи и спокойно уехал домой. Верно?

—Почти. Только не домой, а в отель.

—Это дела не меняет,—лениво отозвался Бондаренко.—В общем, ярешил вас найти. И спросить, какого хрена вы ездите к нормальным людям иустраиваете у них скандалы. Если вы адвокат, то должны защищать своего клиента,а если вы следователь, то должны его посадить, но не мучить его жену и тещу.Даже бывших.

—Все правильно,—согласился Дронго.—Уточняю: я всего лишьпомощник адвоката и приехал сюда, чтобы найти факты, свидетельствующие в пользунашего подзащитного. Мне казалось, что жена и теща, даже бывшие, должны помочьмне в этом сложном деле. Хотя бы ради мальчика, которого они растят.

—Чем они вам могут помочь?—спросил Николай. —Или вы хотите,чтобы они взяли его вину на себя? А может, вам нужны всякие там психологическиеразбирательства? Вроде того, что он ушел из дома от жены и сына и решил статьубийцей, но бедная жена его прощает и приезжает на суд. Хотите устроить цирк начеловечьем горе?

—На человеческом,—поправил гостя Дронго,—так будетправильнее.

—Мне все равно, как будет точнее,—отмахнулсяБондаренко.—Меня интересует одно—как защитить мать и сестру от таких гостей.Сколько тебе нужно, чтобы ты больше здесь не появлялся? Тысяча баксов? Две? Явыкладываю такие бабки, а ты мотаешь отсюда и никогда больше здесь непоявляешься. Чтобы я о тебе даже не слышал. Если согласен—ты получаешь дветысячи баксов, проводишь свой суд без нашего участия и забываешь про нас. А мызабываем про тебя и про нашего бывшего родственника, который решил статькиллером и убивать всех без разбору.

—Там было все не так,—возразил Дронго.

—Мне без разницы, как там было.—У  Бондаренко было хорошеенастроение, он все время улыбался.— В общем, бери деньги и мотай отсюда. Тебевсе равно никто не заплатит больше. Даже сам Омар. Только одно условие—уезжаешьпрямо сейчас. Я тебе маину в аэропорт организую. Или билет на железку, хоть вСВ, ты только скажи. Но не смей больше приставать к моим родственникам.

—То есть ты пришел сюда, чтобы меня купить,—понялДронго.—Это наверняка идея твоей мамаши. Не хочет она, чтобы я с Ленойвстретился и все ей подробно рассказал.

—Не хочет,—радостно подтвердил его догадку Николай.—Иправильно делает. А я бы не хотел, чтобы те еще когда-нибудь беседовал с моеймамой. Бери деньги и дуй отсюда.—Он полез в карман за деньгами.

—Подожди,—остановил его порыв Дронго,—мне обязательно нужнопоговорить с твоей сестрой, узнать у нее, что здесь случилось. Я все равнодолжен остаться в Киеве, пока не встречусь с ней. У меня к ней еще целая кучавопросов.

—Не нужно ни с кем встречаться,—возразил Бондаренко,доставая деньги.—Вот тебе две штуки зеленых. Давай собирай свои вещички. Деньгихорошие, мужик, можешь хорошо погулять, ни о чем не думая.

—Я приехал помочь Омару.

—Зачем ты выкаблучиваешься?—Николай поднялся, оставив деньгина тумбочке, стоявшей рядом с кроватью.—Тебе в жизни таких денег не видать.Бери и сматывайся.

—Не могу.

—Как это не могу? Денег не хочешь? Ну ты, мужик, даешь.Просто цирк, показательный номер. Тебе хорошие деньги предлагают, а ты сомневаешься.

—Забери свои деньги.—Дронго улыбнулся.—И не валяй дурака.

—Не понял,—пробормотал Бондаренко.

—У тебя два обувных магазина,—напомнил Дронго,—значит долженв обуви разбираться. Иметь хотя бы элементарное представление о настоящихмоделях. Теперь посмотри на мои туфли и скажи, придурок, сколько стоит такаяпара.—Бондаренко ошеломленно посмотрел на обувь Дронго. Затем поднял глаза нанего самого.