Привычка убивать - Игорь Зарубин

— Что, милок, — криминалист посмотрел на Смирнова, — любишь побаловаться на свежем воздухе?

— Я? — Сергей растерянно огляделся по сторонам. — Нет, что вы. Я вообще не…

— Молчи, — опять прошептала Клава. — Не говори ничего…

— Ну что, можно вытаскивать? — спросил один из милиционеров, молоденький парнишка, весь бледный от ужаса.

Медэксперт делал записи и не сразу услышал вопрос.

— А… Да, уже можно, — наконец выпрямился он. — Хотя нет. Помогите-ка мне ей ноги раздвинуть.

— Зачем? — милиционер нервно сглотнул.

— Да успокойтесь вы, — сказала Клавдия. — Что за истерики? Ничего приятного, я понимаю, но кто-то должен это делать.

Возможно, она говорила это в первую очередь себе.

— Да, помогите, — попросил медэксперт. — Я уже старый человек. Сам не смогу — окоченела.

Милиционеры схватили труп за ноги и стали тащить в разные стороны.

И вдруг Смирнова начало тошнить. Он отскочил в сторону, упал, уткнувшись лбом в ствол дерева, и тело его начало содрогаться.

— Что, неприятно? — криво ухмыльнулся Беркович и сплюнул на землю. — Небось, когда еще тепленькая была, поприятней было? А теперь противно?

— Прекрати, Евгений Борисович! — простонала Дежкина.

Клава и сама готова была присоединиться к Смирнову.

— Ух ты?! — вдруг воскликнул медэксперт. — Вы только посмотрите, что у нас тут.

— Веня, снимай, — приказал Беркович. — Да он настоящий псих. Такого я еще никогда не видел.

Веня дрожащими руками стал наводить фокус.

— Влагалищные губы зашиты грубой ниткой, — выдохнул медэксперт, вытирая со лба испарину. — Причем не вручную.

— Шов, скорее всего, сделан ручной машинкой для обметки и зашивания брезентовых мешков. Да ты у нас, батенька, выдумщик большой, — зло взглянул на Смирнова Беркович.

Смирнов уже ничего не говорил. Сидел прямо на снегу и мутно водил глазами по сторонам.

— Все, ребята, можете ее вынимать. — Беркович с трудом выбрался из ямы.

— А теперь пойдем, покажешь, где ты ее угрохал.

Смирнов тяжело поднялся с земли и поплелся обратно к тропинке.

— Заметь, Клавдия, он даже не возразил, — тихо прошептал ей на ухо Беркович.

— Уже заметила, — кивнула Клава.

— Вот здесь. — Сергей вдруг остановился на небольшой поляне, метрах в двадцати от дороги. — Вот тут я ее нашел.

— Да, конечно. — Оперативник зло посмотрел на него. — Нашел и за ненадобностью закопал в яму.

— Как она лежала? — спросил Беркович, оглядываясь по сторонам. — И где?

— Вот тут, около этого куста, — показал Смирнов. — Голова здесь, а ноги здесь. На боку лежала.

Снега на этом месте не было. Беркович подозвал эксперта, сам присел рядом с ним на корточки и стал внимательно осматривать землю.

— Ничего нет, — сказал эксперт. — Только вот тут, похоже, кровь.

Веня сделал пару снимков.

Эксперт взял в пакетик земли и сухих листьев.

— Все, кажется…

— Ляг, покажи. — Беркович посмотрел на Смирнова.

— Ч-чего? — испугался Смирнов.

— Как она лежала.

Смирнов огляделся по сторонам.

— Нет, я не буду, — прошептал он неуверенно. — Я не могу.

— Конечно, убивать он ее мог, п… машинкой мог прострочить, а лечь, как она, не может, — буркнул Беркович. — А ну давай ложись.

— Но это не я, честное слово. — Смирнов чуть не плакал.

— Ладно, кто-нибудь, лягте на землю, — попросил Беркович и посмотрел на молоденького милиционера. — Вы лягте, я вас очень прошу.

— Да-да, конечно. — Мальчишка огляделся, бросил на снег свою куртку и лег на нее. — Так?

— Нет. — Смирнов взял его за руку. — Рука у нее вот сюда была откинута, а вторая была на бедре. И ноги. — Он стал поправлять ноги.

Клава смотрела на его манипуляции, и ей было страшно. Она ведь несколько часов находилась в одной квартире с этим человеком. С человеком, который сделал со своей женой такое… Пусть она ему и не жена… Господи, а она ведь еще к нему и ребенка привела… Понятно теперь, почему он тогда напился. Нелегко такое забыть. Небось всю ночь глаз не сомкнул, носился по квартире как угорелый. Она сегодня точно не уснет…

А как Витьке про это сказать?!

— Вот так она лежала. Точно. — Смирнов отошел на несколько шагов, чтобы полюбоваться результатами своих трудов. Вот тут стояла ее сумка, а вон там, на том кусте, висела шуба.

— Веня, снимай.

— Скажите, а зачем вы шубу забрали? — спросила Клава, не выдержав. — Почему не оставили тут? Это же явная улика.

— Сам не знаю. — Сергей пожал плечами. — Она ведь денег стоит. Муж ей бывший подарил… Жалко, наверно, стало, — еле слышно добавил он.

— А куда нож выбросили? — вмешался Беркович.

— Не было никакого ножа, — дрожащим голосом заныл Смирнов. — Правда не было. Ну почему вы мне не верите? Я же сам пришел, сам!.. И во всем чистосердечно признался. Готов понести соответствующее наказание.

— Это мы тебе устроим, будь спокоен! Обязательно понесешь! — закричал вдруг молоденький милиционер.

— Только не за убийство, — тихо буркнул Сергей. — Я не убивал, повторяю.

— Конечно-конечно. — Беркович криво усмехнулся. — Ты у нас никакой не убийца. Ты просто так, погулять вышел.

— Я шел встречать жену, — упрямо сказал Сергей.

— Ага. Ну и как, разминулись? Так, ладно, ребята. — Беркович оглядел соседние деревья. — А теперь все разбрелись и ищем ее трусики с колготками. Они где-то здесь. И вообще, вы оцепили участок?

— А че толку? — спросил оперативник. — Уже и так сколько дней прошло. Если и были какие-то следы, то…

— Делайте, что говорят! — взорвался криминалист. — Они меня будут учить, как мне жить! Вы только посмотрите на этих сосунков!

Все быстро кинулись в разные стороны, и скоро трусики с колготками были найдены. Висели на дереве метрах в пятнадцати.

— Это ее? — спросил Беркович у Смирнова.

— Да, ее… Кажется. Не знаю.

— Он, блин, не знает! — нервно засмеялся оперативник. — Нет, вы только посмотрите, он не знает.

— Та-ак. — Беркович зашагал по поляне, заложив руку за спину. — Судя по всему, он убил и снял белье. Белье отшвырнул в сторону, а потом почему-то перетащил тело на другое место.

— Почему? А может, он раздел ее живую? — спросила Клава.

— Нет-нет. — Беркович осторожно взял колготки и стал их внимательно рассматривать. — С живой бы не снял так просто. Порвал бы. А они целые.