История разбитых сердец - Estrella Rose

— Надо же… — Эдвард с легкой улыбкой медленно проводит рукой по своим волосам. — Я тоже очень люблю музыку.

— А еще я люблю играть на гитаре и петь под звуки гитарных струн, — задумчиво говорит Терренс.

— Ух ты! Я тоже обожаю гитару! Обожаю перебирать струны, брать какие-то аккорды и подпевать той мелодии, что получается в итоге.

— Это прекрасное чувство, не так ли?

— О да… — Эдвард с легкой улыбкой вздыхает. — Понятия не имею, откуда у меня такая любовь к музыке, но я всегда замирал, когда где-то вдалеке слышал звуки акустической гитары. Не могу пройти мимо уличных гитаристов. Не могу переключить канал, если где-то кто-то играет на гитаре. Я обязательно дослушаю до конца.

— Да, акустическая гитара — это одно из самых лучших изобретений на свете, — с легкой улыбкой отмечает Терренс. — Я тоже не знаю, почему так сильно люблю ее… Но испытываю то же самое, когда слышу кого-то, кто играет на ней неподалеку от меня.

— И мне даже нравится писать какие-нибудь песни. Делаю это исключительно для себя, чтобы выразить свои чувства… Но иногда у меня получаются потрясающие тексты. По крайней мере… Я так думаю.

— Ух ты! Я тоже иногда пробую написать что-нибудь и исполнять на гитаре… Да и вообще, я люблю все, что касается создания музыки.

— Знайте, я думаю, нам определенно стоит побольше узнать друг о друге, — с легкой улыбкой немного неуверенно говорит Эдвард. — Кто знает… Может быть, у нас найдутся еще какие-то общие интересы. Кроме любви к музыке…

— Я был бы рад, если бы мы узнали друг друга получше. — Терренс замолкает на пару секунд и скромно улыбается. — Брат…

Услышав то, как Терренс назвал его братом, Эдвард не может сдержать своей улыбки. Как, впрочем, и Наталия, предпочитающая отмалчиваться и просто скромно улыбаться.

— Предлагаю попробовать подружиться, — с легкой улыбкой предлагает Эдвард. — Ведь мы все-таки братья, как ни как… Да, я понимаю, что подобная новость может быть шокирующей. Но… Нам придется это принять.

— Верно, я и правда в шоке и не конца верю, что это правда, — с легкой улыбкой признается Терренс. — Однако я с большим удовольствием попробовал бы наладить с вами общение.

— Я рад, что вы не против.

— И… Хоть Наталия уже познакомила нас, думаю, мы вполне можем сделать это еще раз.

— Можно! — Эдвард скромно протягивает свою руку. — Меня зовут Эдвард.

— А я — Терренс, — с легкой улыбкой отвечает Терренс.

Глава 50

Терренс пожимает Эдварду руку, не скрывая своей легкой улыбки. А спустя пару секунд они оба встают из-за стола и заключают друг друга в крепкие дружеские объятия, которые почти сразу же порождают в них что-то теплое и приятное, что дает сигнал — это точно мой родной человек.

Наталия с широкой, искренней улыбкой наблюдает за тем, как Терренс и Эдвард обмениваются рукопожатием и крепко обнимают друг друга. Девушка искренне рада за МакКлайфа-младшего, который кажется таким счастливым от того, что наконец-то встретился с Терренсом. Но с другой стороны, блондинка начинает грустить от мысли, что Эдварду больше нет смысла проводить с ней время, ибо она выполнила свою миссию. Да, некоторое время назад у них случился первый поцелуй, который девушка навсегда запомнит и сохранит в своем сердце, но Наталия считает, что это еще ничего не значит. И от этой мысли ей становится немного грустно.

Еще пару секунд понаблюдав за воссоединившимися братьями МакКлайф, Наталия медленно встает из-за стола со словами:

— Э-э-э, я… Наверное… Оставлю вас… Думаю, вам есть что обсудить. Я буду только мешаться… Э-э-э… Всего хорошего, ребята.

Наталия с грустью во взгляде забирает свою сумочку и быстрым шагом покидает кафе после того, как Терренс и Эдвард отстраняются друг от друга.

— Наталия? — следует за девушкой Эдвард. — Куда ты? Подожди!

— Что это с ней? — недоумевает Терренс, подойдя поближе к Эдварду. — Почему она вдруг оставила нас?

— Не знаю, — слабо пожимает плечами Эдвард, медленно повернувшись к Терренсу лицом. — Я ничего не понял.

— Мне показалось, или она какая-то расстроенная? Очень тихая… И слишком спокойная…

— Могу сказать лишь одно: Наталия — глупышка. Глупышка. Которая считает, что как только она познакомит меня с моим братом, то я перестану проводить с ней свое свободное время. И вот теперь, когда она сделала то, что хотела, эта девушка явно начала думать, что все между нами кончено.

— А что, разве у вас что-то уже намечается?

— Мы проводили классное время вместе. Мне всегда было в кайф общаться с ней.

— М-м-м… Решили не терять времени зря в ожидании встречи со мной?

— Типа того.

— Но почему она думает, что вы перестанете общаться? Ты сам ей об этом сказал?

— Нет-нет, наоборот! Я сказал, что вообще не хочу прекращать наше общение. — Эдвард бросает короткий взгляд в сторону. — Правда мне показалось, что она не очень в это поверила. И думает, что я якобы хочу обмануть и кинуть ее после того, как дам надежду.

— Эй, неужели она тебе нравится? — с легкой улыбкой интересуется Терренс.

— Можно и так сказать, — скромно улыбается Эдвард. — В какой-то момент я начал понимать, что начинаю все больше влюбляться в нее.

— Надо же… Так у вас уже роман намечается?

— Эта девушка понравилась мне почти сразу же. В первый раз она поразила меня своей нереальной красотой, а потом еще и тем, что с ней очень легко и интересно общаться. Наталия совсем не глупая, не заносчивая… Добрая, милая, воспитанная… Не сказать, что эта была любовь с первого взгляда, хотя я верю, что она существует. Но эта девушка реально поразила меня своей красотой… Скажу честно, я еще никогда в жизни не встречал таких красавиц.

— Не спорю, она и правда очень красивая, — с легкой улыбкой соглашается Терренс. — Удивляюсь, что у нее до сих пор нет парня. Ведь с такими шикарными данными Наталия точно не должна быть обделенной мужским вниманием.

— А у нее точно никого нет? Может, она уже с кем-то встречается, а я зря на что-то надеюсь.

— Нет-нет, приятель, не беспокойся. Наталия абсолютно свободна.

— А между вами двумя и правда ничего никогда не было? — слегка хмурится Эдвард.

— Между мной и Наталией? Да нет, ты что! Мы с Наталией просто друзья! Да, она красивая и классная девчонка, но я никогда не был влюблен в нее. И она не западала на меня.

— Правда?

— Не беспокойся, Эдвард, между нами ничего не было и не будет. Для меня