Последний хит сезона - Ирина Комарова

— Я подумаю над вашим предложением.

— Ой. — Я даже не пыталась скрыть огорчения. — Я так надеялась… Для меня это интервью очень важно, и возможность быть первой — вы же понимаете! Если к вам обратятся из «Губернского расклада»…

— Я скажу им, что право эксклюзива за вами, — немного смягчился он. — А впрочем, перезвоните мне через десять… нет, через пятнадцать минут.

Я положила трубку и шумно выдохнула:

— Ф-ф-ф-у-у!

— Молодец! — Старостин похлопал меня по плечу. — Есть настоящий журналистский напор, есть умение заинтересовать собеседника, есть обаяние — молодец!

— Спасибо. — Я действительно была благодарна ему за поддержку. — Боюсь, на господина Мурашова я произвела не такое хорошее впечатление.

— Он отказал вам? — искренне удивился Старостин. — Не может быть!

— По крайней мере, пока не согласился. Попросил перезвонить через пятнадцать минут.

— Значит, через пятнадцать минут согласится. Поверьте, вы были очень убедительны. Я бы, например, не устоял. Думаю, он просто хочет навести справки. Это в шоу-бизнесе народу все равно, кому интервью давать и на какую тему. А Мурашов человек серьезный, он должен узнать, кто вы и откуда, подумать, насколько ему это выгодно, и только потом согласиться. Нормальное поведение ответственного работника. Если через пять минут у Нелечки зазвонит телефон… в общем, давайте подождем. — Он подошел к двери в приемную, приоткрыл ее и снова вернулся к столу. — Расскажите мне пока о себе. Александр Сергеевич упомянул, что у вас математическое образование. Университет, мехмат?

— Пединститут.

— Тоже солидно. И как же вас занесло в «Шиповник»?

— Это длинная история. — Мне совершенно не хотелось сейчас говорить о себе. Мне хотелось, чтобы побыстрее прошли пятнадцать минут и чтобы Мурашов согласился на встречу.

— Значит, потом как-нибудь расскажете, — миролюбиво согласился Сергей Михайлович. — А по специальности приходилось работать?

— Да. Четыре года, учителем математики в старших классах.

— Категория?

— Высшая. — Неподдельное уважение, отразившееся на лице Старостина, было приятно. Тем не менее я честно уточнила: — Теперь уже нет, конечно. Теперь, если в школу возвращаться, все сначала начинать придется.

— Вы планируете вернуться? — Его брови приподнялись как-то неравномерно, правая выше левой.

— Наверное, уже нет. Просто иногда… вспоминаю.

— Понимаю. — Сергей Михайлович сочувственно покивал. — Я ведь сам авиационный заканчивал, потом на заводе работал. Не могу сказать, что скучаю по тем временам, но все-таки… представьте себе: ангар огромный и самолет стоит, красавец! Мы тогда делали…

Он не успел договорить — в приемной зазвонил телефон.

— О! Спорим, это Мурашов! — Он поднял вверх указательный палец и строго цыкнул на меня: — Хватит болтать! Тихо!

— Добрый день, еженедельник «Воскресный бульвар», — услышали мы жизнерадостный голос Нелли. — Как вы говорите, Рощина? Да, разумеется, это наш внештатный сотрудник. Нет, извините, это не в моей компетенции. Да, это наша обычная практика. Что вы, Риточка хоть и молода, но очень способная девушка, работает вдумчиво и аккуратно. По ее статьям у нас ни разу неприятностей не возникало. Не за что, всего хорошего.

— И ведь не обманула, — усмехнулся Старостин, прикрывая дверь. — Действительно, с вашими статьями у нас проблем ни разу не было. Кстати, вы когда-нибудь журналистикой занимались? Хотя бы в стенгазете участвовали?

— Нет, — виновато призналась я. — И с этим интервью… я, конечно, постараюсь что-нибудь написать — мне ведь нужно будет потом Мурашову хоть какой-то текст показать. Но я не уверена, что это будет достаточно хорошо.

— Ерунда! У вас все прекрасно получится, я уверен! А основные правила я вам объясню. Вы только назначьте встречу так, чтобы у нас хотя бы часа полтора было, чтобы подготовиться.

— Не торопитесь, Сергей Михайлович, — нервно попросила я. — Пока что Мурашов не дал согласия на интервью.

— Так чего же вы стоите? Чего ждете? Он свой ход сделал, справки навел и решение наверняка уже принял. Звоните и договаривайтесь.

— Ох. — Я скрестила пальцы на удачу и потянулась к телефону. На этот раз предварительных переговоров с секретаршей не было, Мурашов взял трубку сам. — Виталий Александрович? Это вас снова Маргарита Рощина беспокоит. Насчет интервью.

— Да-да, не нужно объяснять все сначала. — Он был достаточно любезен, но мне показалось, что за этой любезностью скрывается раздражение. Похоже, задание я провалила. Сейчас Мурашов пошлет меня куда подальше, и придется мне возвращаться в офис с поджатым хвостом, придумывая по дороге объяснения, чтобы оправдаться перед шефом, и остроумные ответы на Гошкины колкости. Я открыла было рот, собираясь привести еще парочку убойных доводов: почему самому Мурашову так необходимо это проклятое интервью (вот только какие доводы? Надо мне было не со Старостиным болтать, а придумывать, чем еще можно заинтересовать директора «Хита сезона»), но Виталий Александрович продолжил вполне миролюбиво: — Насколько я понял, вы не хотите с этим делом затягивать?

— Не хочу, — еще не веря, что он собирается согласиться, ответила я. — Вот если бы сегодня? Может, вечером?

— Нет, вечер у меня занят. Но если вы подъедете часа через два, то я смогу выкроить для вас немного времени. Вас это устроит?

— Более чем! — горячо заверила я и взглянула на часы. — Буду у вас ровно в пять!

— Договорились. — Из голоса Мурашова неожиданно пропало раздражение, он заметно повеселел. Странно. У меня настроение улучшилось — это понятно, я добилась того, чего хотела, а он-то чему радуется? — Я передам на вахту, чтобы вам пропуск выписали. Только паспорт не забудьте, у нас вход строго по документам.

Я заверила, что без паспорта из дома не выхожу, и рассыпалась в благодарностях. Мурашов выслушал их с заметным удовольствием и, только когда я начала повторяться, вежливо свернул разговор. Я положила трубку, вытерла пот со лба и повернулась к Старостину:

— Он согласился! Будет ждать меня в пять часов, обещал пропуск заказать.

— А я что говорил? — Сергей Михайлович показал мне большой палец. — Молодец! И у нас немного времени есть. Серьезного журналиста я из тебя, конечно, сделать не успею, но интервью ты сумеешь взять вполне профессионально. Ты готова? Начинаем мастер-класс?

— Только шефу сначала доложу. — Я снова схватилась за телефон. После двух длинных гудков Баринов ответил:

— Слушаю.

— Сан Сергеич, это Рита. Мурашов согласился на интервью, назначил встречу сегодня, в пять.

— Хорошо. Ты сейчас попроси Старостина помочь. Пусть он объяснит, как держаться, какие вопросы задавать — вообще, все, что нужно, чтобы журналисткой выглядеть. Сергей Михайлович профессионал, он сумеет тебя научить.