Месть русалки - Марина Серова

Я улыбнулась в ответ.

— Любовь Александровна, а вы не могли бы мне дверь открыть? — спросила я невинным голосом. — Мне контейнер с обедом в столовую надо поставить.

Сержакова без лишних слов подошла к двери, выбрала нужный ключ из своей связки и молча открыла мне дверь.

Все это она делала с таким видом, точно я ее попросту вывожу из себя. Да, если она такая хмурая и неприветливая со всеми, удивляюсь, как только ученики от нее не сбежали к другому инструктору! Или все же ее неприязнь относится только ко мне?..

Инструктор не составила мне компанию, и спускалась я в гордом одиночестве. По пути вниз я ухитрилась установить «жучок» на стену лестничного пролета, а в столовой поменяла прослушку. На всякий случай — вдруг «жучок» зафиксировал вчера или сегодня утром что-нибудь интересное для меня?

В холодильнике уже стояли другие контейнеры — наверное, обеды персонала. Я водрузила свой на свободную полку и покинула помещение.

Когда я уже поднималась наверх, то поняла, что Сержакова в бассейне не одна. Я не стала входить в помещение, притаилась около приоткрытой двери, заглянув сквозь щелку в бассейн.

Правда, разглядеть ничего не удалось, но по голосам я поняла, что Сержакова разговаривает с тренером по аквааэробике Ириной Андреевной, и по тону мне стало ясно: Любовь Александровна не со всеми ведет себя так, как со мной.

Вот с Васильевой, наоборот, она общалась весьма охотно. Женщины вовсю обсуждали начавшуюся новогоднюю распродажу в одном из торговых комплексов Тарасова и рост цен на парфюмерию и косметику.

— Да ближе к праздникам должны неплохие скидки быть, — заметила Ирина. — Мне вот тональный крем надо купить, мой уже заканчивается. Только денег на себя жалко — с моей зарплатой приходится каждую копейку считать…

— А Колька твой как? Не нашел еще себе нормальную работу? — участливо поинтересовалась Сержакова.

Ирина грустно покачала головой:

— Нет, не нашел. Вы лучше спросите, ищет ли он ее вообще. Если раньше были какие-то поползновения, то теперь он целыми днями дома за компьютером сидит. Я даже Маришку ему из садика напоминаю забрать — по-моему, ему абсолютно наплевать и на жену, и на дочь. Сил уже с ним нет никаких…

— Да, безделье расхолаживает, — согласилась Любовь Александровна. — Особенно мужиков. Вот привыкнет совсем дома сидеть, так и будет у тебя на шее… Ты смотри, вдруг он себе кого на стороне завел? Прикидывается, что за компьютером все дни проводит, а сам кого ни попадя домой зовет. Ты бы повнимательнее с ним была…

— Ой, да когда мне еще мужа проверять? — махнула рукой Ирина. — Я поздно вечером домой прихожу, пельмени на скорую руку сварю — а там Маришка требует, чтобы с ней поиграли. Мужу-то все равно, что ребенок скучает. А я что могу сделать? Наоборот, прошу директора, чтобы мне ставку поднял и еще дни дал. Но пока дело на месте стоит…

— Ну ты бы к Юрию Анатольевичу подошла, — предложила Любовь Александровна. — Сказала бы, что тяжелая жизненная ситуация, что у тебя дочка пятилетняя… Он что, не поймет, что ли?

— Да говорила я уже с ним! — махнула рукой женщина. — А что он сделает? Единственное, что говорит, — вот, радуйтесь, что дали вам заменять Татьяну. Говорите с Чекулаевой, чтобы она какие-нибудь из своих групп вам дала. Ага, как же! Так прямо Чекулаева своими учениками делиться будет! Подарочек на Новый год мне сделает! Детские-то группы мне точно не светят, ведь спортсменов только она готовит. Эх, ушла бы она в другой бассейн, как было бы хорошо! Мы бы ее группы поделили, верно ведь, Любовь Александровна?

— Да уж… — протянула Сержакова. — Юрий Анатольевич многовато тренеров понабрал. Зарплата ведь низкая, а инструкторов больше, чем индивидуальных учеников. Еще и стажеры вот появились…

— Ты про ученицу Чекулаевой, что ли? — поняла Ирина. — Я сама вчера удивилась. Если еще и она станет тренером, то вообще кошмар будет. Я бы сама в другой бассейн перешла, только в остальных платят еще меньше… А может, Надежда собирается уходить, а вместо себя хочет эту девчонку оставить? Как ее там, Женей, что ли, зовут?

— Вроде, — пожала плечами Любовь Александровна. — Она уже с утра тут отирается, в столовую ушла. Вообще откуда она появилась хоть? Тоже, как и Чекулаева, спортсменка великая?

— Да я ее не спрашивала, — отозвалась инструктор по аквааэробике. — Она вчера мои занятия смотрела. Я уже перепугалась, вдруг на аквааэробику нацелилась. Вдруг Надежда поговорит с директором, меня отсюда выкинут, а эту девку примут?.. Но вроде она говорила, что для общего развития смотрит, я не стала с ней отношения выяснять.

— Да, Чекулаева может свинью подложить, — согласилась Любовь Александровна. — Она же у нас звезда, Юрий Анатольевич готов под ее дудку плясать. Не дай бог, спортсменка международного класса из бассейна уйдет, как же репутация! И как ты только с ней в одну смену можешь работать, с этой зазнайкой?..

— Да как — привыкла, — вздохнула Ирина. — Пытаюсь с ней не ссориться, оно мне надо? Да Чекулаева и не собирается со мной разговаривать по душам, кто я такая! Она вообще порой меня не замечает, вроде как я — пустое место. Вот с девкой этой вчера она всю смену проболтала. Подружки закадычные, что еще скажешь!

— Да, и эта краля свалилась мне на голову, — продолжала Сержакова прохаживаться на мой счет. — Притащилась сюда, «здрасте, я на ваши занятия смотреть буду»! И не спросит даже, может, меня ее присутствие напрягает!

— Вы ей скажите, чтоб она не мешалась под ногами, и все! — посоветовала Ирина. — Может, сама поймет, что делать ей сегодня в бассейне нечего, и пойдет домой подобру-поздорову.

— Если это — подружка Чекулаевой, то сомневаюсь, — вздохнула Любовь Александровна. — Ладно, посмотрим… Слушай, Ириш, у меня скоро ученики, пойду очки вынесу…

Я поняла, что беседа тренеров подошла к концу, и решила выйти в бассейн. Что ж, подслушанный разговор — весьма неплохо. По крайней мере, я узнала, что другие тренеры Надежду Викторовну не любят, а заодно и я попала под раздачу.

С Ириной понятно — она хочет дополнительные группы, поэтому мечтает, чтобы Чекулаева уволилась. А вот какой мотив у Сержаковой?

Она вроде не хотела себе еще учеников, но к Надежде Викторовне относится едва ли не хуже, чем Васильева. Вот только почему? Завидует Чекулаевой, что та — спортсменка международного класса? Или у нее имеется еще какой повод для личной неприязни к моей клиентке? Что ж, надеюсь, сегодня мне удастся это выяснить…

Я открыла дверь и вошла в помещение бассейна. На лавочке сидела Ирина Васильева, Любови Александровны рядом с ней я не увидела. Изобразив на своем лице самую радостную улыбку, которую только возможно представить, я поздоровалась с Васильевой:

— Ирина Андреевна, доброе утро! Очень рада вас видеть!

— Здравствуй, Женя, — ответила на мою любезность инструктор по аквааэробике. — Ты сегодня тоже решила прийти?

— Да, посмотреть на уроки других тренеров, — кивнула я. — Надежда Викторовна говорила, что мне полезно поучиться как у вас, так и у Любови Александровны. Она сказала, что вы очень хорошие инструкторы!