Обхитрить лису - Александра Малинина

— Светка! Привет, вот так встреча!

Светлана смотрела на меня с некоторым сомнением:

— Извините, мы знакомы?

— Да ты что, не узнала меня? Ну хотя, чего уж там, я раньше рыжеватой была и с короткой стрижкой, меня мама так постоянно стригла. Танька я, мы же в школе вместе учились! — имя я выбрала самое простое и наиболее часто встречающееся, надеясь, что хоть и самую захудалую Таньку, но она все-таки знала.

— Таня? Орлова что ли?

— Ну да, — закивала я.

— Ты сильно изменилась.

— Ну так и ты тоже! Посмотри на себя: красавица!

— Не похожа ты на бухгалтера, — заметила подозрительная Светлана.

— Так я же уволилась, уже давным-давно! А ты ждешь тут кого-то? — сменила я опасную тему.

— Да, встречаюсь с другом.

Подавив приступ ярости (никто не имеет права называть Ромку другом), я продолжила треп «одноклассниц»:

— Слышала, ты в банк устроилась?

— Давно уже.

— Неудивительно, что я не слышала: ты вон тоже обо мне мало что знаешь. Что за банк?

— Тот, что в Красном переулке, — ответила Светлана без особой охоты.

— В Красном переулке? Это где? — картинно задумалась я.

— Недалеко от центра, там еще тупик. Раньше там клуб был, «Атом», кажется.

На минуту задумавшись, я вытаращила глаза и даже хлопнула ладонью по столу, для убедительности:

— Это тот, что вчера грабанули?

— Ты уже слышала?

— Само собой, весь город об этом говорит, — немного преувеличила я, — И что украли? Ты там была? Расскажи!

— Да ничего. Если честно, полиция была в недоумении: вроде и банк ограбили, но ничего не взяли, только клиентов обокрали. Чудеса.

— Нифига себе!

— Да уж, история так история, — она опять вздохнула, даже дурак бы понял: что-то дамочку тревожит.

— Ты что-то недоговариваешь, — заявила я с подозрением.

— Да что уж там… Лучше расскажи, как сама? Что за работа такая, что ты смогла позволить себе подобный костюм? — попыталась отшутиться Светлана.

— Света, я же вижу: что-то не так.

Тут я даже не соврала: даже не зная наверняка, что Светлана недоговаривает о своей роли в ограблении, можно было понять, что это так. Глаза бегают, руки в движении, беспокойство просто налицо. Мне явно повезло, что она оказалась девушкой довольно простой и бесхитростной, а еще ей явно не с кем поделиться произошедшим. Я была готова ее выслушать, так что протянула руку и накрыла ее ладонь. В глазах моих максимальное участие, выражение лица обеспокоенное, голова наклонена чуть вперед:

— Ты можешь мне рассказать, правда. У меня будущий муж работает в полиции, если хочешь, я с ним поговорю и он попытается уладить твои проблемы. Если тебе кто-то угрожает, или вообще, ты чего-то боишься… просто дай знать, хорошо?

— Правда? — теперь она уставилась на меня с надеждой.

— Да.

— То есть, проблем у меня нет, но я боюсь, очень боюсь.

— Боишься чего?

— Ты обещаешь никому не рассказывать?

— Ты же меня знаешь…

— В том то и дело, что я тебя лет пятнадцать не видела, но… я хочу рассказать хоть кому-то, кроме полиции. Они мне не очень-то верят, понимаешь?

— Пока не очень.

— Просто ограбление – это не совсем ограбление. Такое чувство, что приходили они вовсе не из-за денег, а из-за конверта, который я им передала.

— Ты?!

— Звучит нелепо, но да. За неделю до этого ко мне во время обеда подошел парень, разносчик пиццы. Доставил пепперони, которую я не заказывала. Я пыталась отказаться, но он сказал, что заказ оплачен и это мое. И ушел. В коробке оказалась не только пицца, а еще пухлый конверт, на котором было написано: «открыть» и мое имя рядом. Внутри еще конверт, запечатанный, записка, пачка долларов и моя фотография. В записке было сказано, что ровно через неделю мне предстоит передать запечатанный конверт, я сама пойму кому. Деньги я могу оставить себе, а записку и фотку должна сжечь после прочтения.

— Как интересно, — протянула я, — Но ты могла взять доллары и ничего из этого не делать. Или все дело в фотографии?

— Да. Она была… компрометирующая, — Светлана покраснела и отвернулась, я же не стала уточнять, что за компромат на нее нарыли: мне было по барабану на ее дела.

— Ты все сожгла?

— Сам собой. И фотку, и записку, и конверт. Оставила только тот, что нужно было передать.

— Ты не смотрела, что внутри?

— Нет, я не хотела вмешиваться во все это, — ответила она и я ей поверила: открой она конверт, точно не спутала бы меня с одноклассницей.

— С тобой больше не связывались?

Она замотала головой.

— И чего ты боишься? Ты же сделала, как они просили?

— Да, но… если они захотят от меня что-то еще?

— Не думаю. Уверена, тебе нечего бояться: в конце концов, ты не генеральный директор, а просто работник банка. Ты все сделала правильно, и им больше не нужна.

— Ты так думаешь? — с надеждой спросила «одноклассница».

— Уверена.

— Надеюсь, ты права…

— Я тоже. Но если они предпримут еще одну попытку… не кажется ли тебе, что фотография не стоит таких неприятностей?

Светлана неопределенно пожала плечами, чем неожиданно заинтересовала: она не похожа на девушку с багажом секретов, которыми можно шантажировать. Как обманчива бывает внешность…

— Ты помнишь, что за фирма доставляла пиццу?

— Само собой. Pizza Hut, моя любимая.

Пока она отвечала, я сигнализировала Ромке и через минуту он появился в кафе, симулируя вину за опоздание. Он поцеловал Светлану в щеку и уставился на меня.

— Кажется, мне пора, — вздохнула я, — Рада была повидаться.

— Я тоже, — неуверенно ответила Светлана, явно жалея о своем приступе откровенности. Хорошо, что я успела ее заболтать прежде, чем она бы одумалась и принялась играть в молчанку.

Быстрым шагом я пересекла зал и вышла на улицу, краем глаза успев заметить, как Ромка удрюпался на мое место и сграбастал руку Светочки.

— Свинья! — прокомментировала я вслух, парочка справа с недоумением на меня обернулась, но мне было все равно: я уже скрылась в своей ласточке и сорвалась с места.

Хотела было заняться разносчиком пиццы, но быстро пришла к выводу, что это никуда не приведет: схема проста как мир. За небольшую мзду он доставляет пиццу с конвертом, эту самую мзду передал невзрачный тип, которого он наверняка даже не помнит. Но даже если бы и детально описал, этого типа мы бы вряд ли нашли. Концы в воду как говориться. Но интересно другое: кто-то очень постарался и разжился компроматом на работницу банка, раскошелился ей на взятку и всю эту сложную схему с разносчиком пиццы. Кто-то, кто знал, что мы с Ромкой придем за конвертом, или это лишь стечение обстоятельств? В конце концов, Боярышник не был обязан прийти именно к Ромке. Тогда бы мы знать не знали ни о каком конверте, и он бы сейчас гулял неизвестно где. Хотя в общем-то, там нет никаких конкретных доказательств. Некоторым типам не нужны доказательства, но опять же, не каждый поймет, о чем говорится в послании. Далеко не каждый, я бы отметила. Нет, чувство, что конверт доставлен по адресу не отпускало, это все определенно было для меня.