Пропавшие - Эдвин Хилл

Вскоре Рори выехал на тропинку, ведущую к особняку.

– Давно ты Лидию любишь? – спросила Энни.

– Всю жизнь. Сколько себя помню. А ты как узнала?

– Любой сразу бы догадался, увидев тебя рядом с ней. А ты знал про нее и Воуна?

Рори вздохнул.

– Я своими глазами все видел. Когда они были в воде. Может, это уже давно тянется, просто я не хотел замечать. Вряд ли кто-то еще знает, но тайны на этом острове раскрываются быстро.

Энни уже распахнула дверцу и хотела вылезти наружу, но в последний момент обернулась и поцеловала Рори в щеку. Как старшая сестра. По крайней мере, она хотела, чтобы этот жест выглядел именно так.

– Спасибо за перемирие, – сказала Энни. – Я отправлю к тебе Френки.

Она пробежала под дождем к дому. Внутри осторожно прошла через прихожую, нечаянно пнув одну из игрушек Итана. Потом на звуки смеха – в кухню. При виде Энни Френки прикрыла рот ладонью, пытаясь скрыть улыбку. На ней была синяя футболка с надписью: «Мама голодная, как волк». На стойках стояло несколько свечек, но даже в тусклом свете Энни разглядела, что зрачки у Френки размером с блюдце. По стойке растекалось содержимое банки с рыбными консервами, а в углу в это время Сет жонглировал еще тремя банками.

– Рыжая! – сказал он. – Да, детка! Поужинай с нами. У нас тунец. Будет круто.

Он поймал банки, вскрыл одну и вывалил содержимое в глубокую чашу, залив потом майонезом. Пахло рыбой в масле.

– Я сегодня чуть не утонула, пока искала твоего сына, – обратилась к Френки Энни. – А ты здесь упарываешься?

Веселье сошло с лица Френки.

– Новостей пока нет, – поспешила добавить Энни. – Ни хороших, ни плохих.

Не стоило ей осуждать Френки. У нее на это не было права. Как не было ни у кого вообще. Просто Френки справлялась с горем как умела, потому что, когда все закончится, ей придется еще как-то жить с последствиями.

– Столько людей собралось помочь, – добавила Энни. – Чуть ли не все на этом острове. Мы искали, пока не стало слишком опасно.

Френки спрятала лицо в ладони и зарыдала.

– Ну вот, – сказал Сет, неуклюже обнимая ее длинными руками. – Вот облом!

Френки оттолкнула его.

– Тебя там Рори ждет, – сказала Энни. – Отвезет на допрос. Я утром уеду отсюда на пароме, – добавила она, поняв, что пришло время двигаться дальше. Никто не станет по ней тосковать, и не важно, чего там хотел от нее Трей. Если она останется, то всем, и ей самой, от этого будет только хуже. – Удачи. Соболезную тебе.

Френки всхлипнула.

– Куда ты? – спросила она.

– Куда угодно, лишь бы подальше отсюда.

Поднявшись к себе, она услышала, как по пустому дому разносится шепот Френки и Сета. Немного погодя хлопнула входная дверь – это Френки вышла наконец к Рори. Тогда Энни легла на влажный матрас. Застонало на ветру дерево, и какой-то пластиковый предмет пронесся через крону. Энни вообразила, как местные ютятся сейчас по домам, пережидая, как и века до этого, когда же уймутся ветер и дождь.

Она ничем не лучше Френки.

Никогда не была лучше ее. Поэтому и ушла. Правда, со временем изменилась. Сильно изменилась. И, прежде чем за ней завтра утром придут копы, она должна уйти. Прежде чем ее вызовут на допрос. Прежде чем ей придется столкнуться с Треем. Или Лидией. Или с правдой о себе.

Энни снова достала из рюкзака предоплаченный телефон. На шкале зарядки оставалось последнее деление – пять процентов. Сперва она написала привычное сообщение и добавила в адресаты единственный номер, который знала наизусть. Потом вгляделась в экран, задержав палец над кнопкой «отправить». Хорошо, когда тебя помнят, когда тебя кому-то не хватает. И еще лучше, когда есть кто-то, кому не плевать настолько, что он ответит. Если тебе грозит опасность, об этом надо сказать.

Энни нажала «отправить», о чем почти сразу же пожалела.

Но некоторые вещи не изменишь.