Пьедестал для аутсайдера - Чингиз Абдуллаев

Продукты, которые он получил, стали чем-то невероятным и ошеломляющим для его семьи. Бедная Жанна никогда в жизни не видела ничего подобного. Да и Зинаида со своей двоюродной теткой никогда не позволяли себе покупать ничего подобного. Даже в те времена, когда еще можно было что-то купить.

Клавдия Ильинична ушла только через полтора часа. После ее ухода они собрались за небольшим столом на кухне. Зинаида нарезала колбасу, сыр, открыла банку с маслинами. Икру она решила поберечь до завтра. Жанна с удовольствием уплетала бутерброд с колбасой. Зинаида задумчиво смотрела на девочку. Потом неожиданно обратилась к мужу:

– Ты знаешь, Смыкалов, о чем я подумала? Если привык к хорошему, потом бывает нелегко от этого хорошего отвыкать. У нас ведь с тобой никогда не было возможности покупать такие продукты. В магазинах я их не видела, а где их достают, даже не знаю.

– В валютных магазинах, – недовольно сказал Илья Данилович, – ты разве не видела пакеты, из которых я все это доставал?

– Откуда у тебя валюта?

– Это не я покупал, – напомнил Смыкалов, – это все приобретают наши снабженцы. У нас большая часть продукции уходит за валюту. И есть специальный валютный счет, на котором остаются деньги для развития самого производства. Вот оттуда они и берут деньги для закупки нужных товаров.

– И всех так обеспечивают?

– У нас в руководстве только три человека, – недовольно напомнил Илья Данилович, – первый заместитель и главный инженер Никулин, заместитель генерального – теперь уже я и сам генеральный. Больше никого нет. Кстати, место еще одного заместителя директора по производству уже пять месяцев пустует.

– А ты не боишься, что все снова поменяется? – спросила она.

– Чего бояться? Уже столько раз менялось. Вот по телевизору показали, что и Горбачев тоже вернулся на свое место. Ничего я больше не боюсь. Получится – будем работать. Не получится – уйду обычным финансистом. Гинзбург меня хвалил, – повторил Смыкалов, – сейчас хорошие финансисты везде нужны. Пойду и устроюсь на работу в каком-нибудь кооперативе.

– Уже не уйдешь, – грустно возразила Зинаида. – Куда ты уйдешь от черной «Волги», от этих продуктовых наборов, от всего этого?

– А зачем я должен уходить? – резонно возразил Смыкалов. – Борис меня пригласил, чтобы я ему помогал. Ты же видишь, какое сейчас сложное положение в стране. Нужно решать столько вопросов. И он сказал, что в меня верит. Поэтому я и буду с ним работать. Давай лучше думать о хорошем. Завтра придет твоя тетка?

– Конечно, придет. И ее дочь придет с мужем. И еще она хочет своего сына вызвать из Тулы, чтобы он тоже к нам пришел. Вместе со своей женой.

– Сын ее, кажется, работает там в исполкоме?

– Да, он там уже четвертый год.

– Раньше он к нам никогда не приходил. Видимо, брезговал. Такой большой начальник, – пошутил Смыкалов.

– Она хочет поговорить с тобой насчет сына, – вспомнила Зинаида, – давно мечтает перевести его в город. Хочет, чтобы он работал в Мосгорисполкоме. Спрашивала, не сможешь ли ты помочь.

– Она думает, что если мне положена черная «Волга», то я уже стал всемогущим джинном? – криво усмехнулся Смыкалов. – Как я могу кого-то устраивать в Мосгорисполком? Пусть найдет выходы на Гавриила Попова и договаривается с ним. Или с его заместителем, кажется, Юрием Лужковым. Вот они и могут решать, кого брать, а кого не брать в свой Мосгорисполком. Я пока еще не глава городской администрации.

– Значит, будешь, – улыбнулась супруга, – ты у нас умный. И еще совсем молодой.

В эту ночь она впервые за столько лет супружеской жизни сама дотронулась до него, словно приглашая заняться сексом. Он с удивлением почувствовал ее прикосновение и решил не отказывать супруге. Кажется, она впервые в жизни издавала какие-то звуки и пыталась лучше соответствовать обычной женщине, которой нравится подобное занятие. Во всяком случае, она пыталась, и это было совсем необычно и ново в их отношениях.

Утром черную «Волгу» увидели почти все соседи. Клавдия Ильинична успела обзвонить всех живущих в доме. Смыкалов подходил к автомобилю под непрерывные поздравления со всех сторон. Он снова уселся впереди, рядом с водителем. И строго посмотрел на окруживших машину соседей. В их доме наконец появился такой большой начальник с персональным автомобилем. Для соседей он мгновенно превратился почти в небожителя. Все отмечали, что у него изменился даже взгляд. Он сам чувствовал, что новая должность позволила ему расправить плечи, он стал казаться чуть выше ростом и начал смотреть на обычных людей тем строгим взглядом, который обычно бывает у руководителей и у сотрудников правоохранительных органов.

Когда он прибыл на работу, Маргарита Акоповна доложила ему, что к десяти часам утра все начальники отделов приглашены к нему на совещание.

– Хорошо, – строго сказал он, – и передайте в отдел кадров, чтобы мне прислали штатное расписание нашего комбината.