Ничего личного - Наталья Андреева

Что касается сновидений, то наутро он так и не смог сказать, были ли они приятными. Потому что не помнил. Уснул, как в черную дыру провалился. Проснулся, как обычно, в половине восьмого и еще с полчаса повалялся в постели. Он помнил, что завтрак в девять. Запасы Серебряковой рано или поздно иссякнут, надо экономить. А значит, пойти в столовую.

Итак, у него в запасе был час, и он решил потратить его с пользой. За дверью было тихо. Никто не спешил подниматься с постели в такую рань.

Леонидов умылся, оделся, и с некоторой опаской вышел в коридор. Боясь наткнуться на неприятность в виде очередного трупа. Почему у него возникло это предчувствие, Алексей и сам не понимал. Но в холле никого не было. Ни мертвых, ни живых. И он вздохнул с облегчением. А жить-то хорошо! Вот и надо продолжать в том же духе!

Он вышел на улицу в уверенности, что сделает сегодня пробежку. Этому ничто не препятствует. Снег не идет, дорожки расчищены, морозец легкий. А жаль! «Ах ты, лентяй!» – сказал он себе, глядя на небо. Нет, метели не будет. И кроссовки у него новенькие. Купил под отпускные и в честь поездки в санаторий.

Вот ведь, какая дрянь эта утренняя гимнастика! Делаешь – мучаешься, а не сделаешь – тоже мучаешься. Он прикинул: что лучше? В любом случае мучиться, только в первом себе на пользу, а во втором во вред. Интересно, а как Серега Барышев с этим справляется? С дилеммой? А он вообще об этом не думает. Потому дилеммы у него не возникает. И вот вам результат: здоров, как бык, сложение атлетическое, мышцы каменные. Вывод: не надо думать. Тем более, философствовать. Надо бежать. Вперед и с песней.

И, вдохновившись образом и примером Барышева Сереги, Алексей потрусил по расчищенной дорожке. Пока не закололо в правом боку. Все ж таки обильные возлияния последних двух дней напомнили о себе. Он остановился у хоккейной коробки, рядом с которой для таких энтузиастов была оборудована спортивная площадка. Перекладина на турнике была ледяной, но в кармане оказались теплые перчатки.

«Ну, все одно к одному! И не похалявишь», – тяжело вздохнул он и, подпрыгнув, повис на перекладине. Деваться некуда.

Зато потом… Потом он возвращался в коттедж с чувством выполненного долга. И гордился собой.

Поднявшись на второй этаж, Леонидов с удивлением увидел, как из своего люкса вышел Илья Петрович Калачев с двумя огромными баулами в руках. Следом шла заспанная и злая Екатерина Леонидовна с дамской сумочкой наперевес. Замыкала шествие зевающая Дашенька с плюшевым медведем-рюкзачком за плечами.

– Илья Петрович, доброе утро! – поздоровался Алексей. – Не раненько ли вы поднялись? Половина девятого! А завтрак в девять.

– Кто рано встает, тому Бог подает, – буркнул Калачев.

– Неужели вам все еще мало? Разве Господь Всевидящий к вам недостаточно щедр? Да побойтесь его, Илья Петрович! Не гневите!

– Мы уезжаем.

– Даже позавтракать не хотите?

– Мне не мешала бы разгрузка.

– А семейство? – не унимался Алексей.

– В «Макдоналдс» по дороге заедем.

– Это ж чистый холестерин, то ли дело здешняя столовая! Вот где надо питаться людям, нуждающимся в диете!

– Приятно было познакомиться, но мы торопимся, – вмешалась мадам Калачева.

– На автобус? – съязвил Леонидов.

– Даша, пошли, – безжалостно дернула сонную девочку за руку Екатерина Леонидовна. Та всхлипнула и потащилась за матерью, поскуливая:

– Мама, я не хочу уезжать… Мама, я не хочу, мама…

Калачев поставил баулы на пол и сказал Алексею:

– Вот что, сыщик… Я вчера малость перебрал…

– И что? Я тоже выпил.

– Наш разговор забудь. И вообще…

– Что такое?

– Ты бы взял у меня денег? – Илья Петрович полез во внутренний карман дубленки и вытащил оттуда портмоне.

– Зачем? – удивился Алексей.

– Так спокойнее.

– Кому?

– Мне, тебе, Серебряковой. В общем, всем.

– А я и не переживал.

– Да ладно! Возьми денег.

– Уберите деньги, Илья Петрович, – тихо, но сурово сказал Алексей. – Я все равно не возьму. В дополнение к нашему вчерашнему разговору. Не все берут взятки. Пусть я, по-вашему, дурак, но…

– Гордый, что ли?

– От заработанного никогда не откажусь, а от подачки…

– Как хочешь. А ты мужик. Не понимаю, но уважаю. Может, еще пересечемся. Возьми мою визитку.

– Давайте. Визитку возьму.

– И вот еще что… Помоги это барахло до машины дотащить, – и Калачев брезгливо ткнул ногой в баул. – В номере еще две сумки, не хочется лишнюю ходку делать. А все Катька. Накупит шмотья…

– Это без проблем. Помочь всегда рады.

И Алексей подхватил сумки. Следующий номер программы – поднятие тяжестей. В дополнение к утренней пробежке неплохо. Ау, Барышев? В росте мы, конечно, не сравняемся, но что касается мускулатуры…

Следом, пыхтя, шел Калачев. Когда загрузили джип, и семейство расселось, Илья Петрович на прощанье сам протянул ему руку: