Трагедия Игрек - Эллери Квин

— Ну? — вскричал Друри Лейн, чьи блестящие глаза не отрывались от губ мисс Смит. — Что она почуяла?

Сиделка нервно хихикнула.

— Ну… возникло ощущение, что рядом что-то вроде мороженого или сладкого пирога.

Все уставились на мисс Смит. Даже доктор Мерриэм и капитан Триветт казались ошарашенными. Окружной прокурор беззвучно повторял слова, как будто не верил своим ушам. Тамм свирепо нахмурился.

Напряженная улыбка исчезла с лица Лейна. Он явно был озадачен.

— Мороженое или сладкий пирог, — медленно повторил он. — Очень странно.

— Вот вам ваша сверхчувствительность! — скверно ухмыльнулся Тамм. — Она не только глухонемая и слепая, но и унаследовала психозы семейки ее матери. Мороженое или пирог! Это какой-то фарс.

— Это может оказаться не таким безумным, как звучит, инспектор. Почему она подумала о мороженом или пироге? Между этими лакомствами едва ли есть что-то общее, кроме приятного вкуса… Думаю, она куда разумнее, чем вы думаете.

Лейн передвинул металлические буквы.

«Вы говорите «мороженое или пирог». В это трудно поверить. Может быть, пудра или кольдкрем?»

Пальцы Луизы вновь забегали по панели.

«Нет. Не пудра и не кольдкрем. Это пахло как пирожное или мороженое, только сильнее».

«Запах был сладкий, не так ли?»

«Да. Приторно-сладкий».

— Приторно-сладкий… — Покачав головой, Лейн составил очередной вопрос:

«Возможно, это был цветок?»

Луиза колебалась, наморщив нос, словно пыталась уловить давно исчезнувший запах.

«Да, цветок. Редкая разновидность орхидеи. Капитан Триветт подарил ее мне. Но я не уверена…»

Взгляд стариковских голубых глаз капитана Триветта стал ошеломленным. Его обветренное лицо приобрело цвет седельной кожи.

— Ну, капитан? — осведомился Тамм. — Вы в состоянии помочь?

— Неужели она помнит? — отозвался моряк надтреснутым голосом. — Ведь это было почти семь лет назад. Мой друг Коркоран — капитан грузового судна «Тринидад» — привез эту орхидею из Южной Америки…

— Семь лет назад! — воскликнул окружной прокурор. — Долгий срок, чтобы помнить запах.

— Луиза — удивительное создание, — сказал капитан.

— Орхидея, — задумчиво промолвил Лейн. — Все более и более странно. Не помните, капитан, что это была за разновидность?

— Понятия не имею, — честно признался старый моряк. — Какая-то редкость.

— Хм… — Лейн снова повернулся к панели.

«Запах принадлежал именно этой разновидности орхидеи?»

«Да. Я люблю цветы и никогда не забываю их запахи. А запах той орхидеи я чувствовала только один раз».

— Великая садоводческая тайна, — заметил Лейн с претензией на беспечность. Но его взгляд был серьезным, а нога нервно постукивала по полу. Остальные наблюдали за ним с беспомощным и усталым видом. Внезапно его лицо прояснилось, и он хлопнул себя по лбу. — Ну конечно! Я пренебрег самым очевидным вопросом! — Актер снова занялся металлическими буквами.

«Вы сказали «мороженое». Какое именно? Шоколадное? Клубничное? Банановое? Ореховое?»

То, что вопрос попал в цель, было настолько очевидно, что даже инспектор Тамм, чье настроение не отличалось дружелюбием, с восхищением посмотрел на актера. Как только Луиза с помощью пальцев прочла вопрос Лейна, ее лицо посветлело, она кивнула, как птичка, несколько раз и ответила на языке знаков:

«Теперь я знаю. Не клубничное, не шоколадное, не банановое и не ореховое. Ванильное!»

Она сидела на краю качалки, ее слепые глаза были туманными, но лицо умоляло о похвале. Капитан Триветт погладил ее по голове.

— Ванильное! — воскликнули остальные.

Пальцы забегали вновь.

«Это не обязательно было мороженое, пирог, орхидея или что-то конкретное. Но я уверена, что пахло ванилью».

Лейн вздохнул и нахмурился. Теперь пальцы Луизы двигались так быстро, что мисс Смит с трудом успевала переводить — ей приходилось просить Луизу повторять жесты. Наконец она повернулась к остальным.

«Пожалуйста, пусть это поможет. Я хочу помочь».

— Рискните держать пари на что угодно, леди, — мрачно произнес инспектор, подойдя к двери спальни, — что это поможет.

Доктор Мерриэм склонился над дрожащей Луизой и положил руку на ее запястье. Потом он кивнул, потрепал се по щеке и выпрямился. Капитан Триветт по неведомой причине выглядел гордым.

Тамм открыл дверь и крикнул:

— Пинк! Мошер! Кто-нибудь! Немедленно приведите кухарку!

Сначала миссис Арбакл держалась агрессивно. Шок, вызванный появлением полиции, уже миновал. Она, пыхтя, поднялась по лестнице, остановилась на площадке, что-то бормоча себе под нос, потом шагнула в комнату смерти и сердито уставилась на инспектора:

— Ну? Что вам теперь нужно? Тамм не тратил времени зря.

— Что вы пекли вчера?

— Пекла? Господи! — Они смотрели друг на друга, как два бойцовых петуха. — Зачем вам это знать?

— Увиливаете от ответа, а? — зловещим тоном произнес Тамм. — Пекли вы вчера что-нибудь или нет?

— Не помню, — фыркнула миссис Арбакл. — Нет, не пекла.

— Не пекли. Хм! — Инспектор выпятил подбородок. — Вы пользуетесь ванилью для вашей стряпни?

Экономка смотрела на него как на слабоумного.

— Ванилью? Конечно, пользуюсь. По-вашему, в моей буфетной ванили нет?

Инспектор повернулся к окружному прокурору и подмигнул:

— Она пользуется ванилью, Бруно… Скажите, миссис Арбакл, вчера вы использовали ваниль для какой-либо цели?

Миссис Арбакл шагнула к двери.

— Я не стану стоять и смотреть, как из меня делают дуру! Больше я не буду отвечать на ваши нелепые вопросы!

— Миссис Арбакл! — рявкнул инспектор.

Женщина нехотя повернулась:

— Не пользовалась я ванилью! Вы собираетесь учить меня вести хозяйство?

— Сбавьте тон, — посоветовал Тамм. — Сейчас у вас на кухне или в буфетной имеется ваниль?

— Да, новая бутылка. Три дня назад у меня кончилась ваниль, и я заказала бутылку в магазине Саттона. Я еще не успела ее открыть.

— Как это может быть, миссис Арбакл? — мягко осведомился Лейн. — Согласно моим сведениям, вы каждый день готовите эгног для мисс Кэмпион.

— Ну и при чем тут это?

— Когда я был мальчиком, эгног обязательно содержал ваниль.

Экономка вскинула голову:

— Ну и что это доказывает? В моем эгноге содержится тертый мускатный орех. Это что, преступление?