Дом на полпути - Эллери Квин

— А когда вы приехали туда во второй раз?

Андреа задумалась.

— О, не помню. Но уже почти стемнело. Я вошла внутрь, там горел свет, и...

Эллери сделал нетерпеливое движение.

— Простите, что прерываю, мисс Гимбол. Когда вы приехали к хижине во второй раз, вы не заметили ничего подозрительного?

— Нет-нет, ничего такого.

Она сказала это так быстро, что он не стал задавать другой вопрос и прикурил сигарету.

— Совершенно ничего. Я вошла внутрь, и там был Джо... На полу. Кровь... Мне кажется, я вскрикнула. А потом выбежала. На дорожке увидела другую машину и совсем испугалась. Вскочила в «кадиллак» и уехала. Конечно, теперь я знаю, что это был мистер Энджел, и я чуть не сбила его. — Она помолчала. — Вот и все.

В наступившей тишине Берк кашлянул. В голосе у него появились новые нотки.

— Я... Прости, девочка. Если б ты мне все рассказала... Когда ты попросила меня в воскресенье никому не говорить, что ты брала мою машину...

— Это было очень мило с твоей стороны, Берк, — холодно бросила Андреа. — Вечно буду помнить твою щедрость.

Гросвенор Финч подошел к ней и погладил по плечу:

— Ты вела себя как глупый ребенок, как сказал мистер Квин. Почему ты не доверилась мне или маме? Ты не сделала ничего плохого. Мистер Энджел тоже получил телеграмму и был там без свидетелей, и тем не менее, как видишь, он без всяких колебаний...

Андреа закрыла глаза.

— Я очень устала. Нельзя ли...

— А камень? — подал голос Эллери.

Она открыла глаза.

— Помнится, я зацепилась за дверь, когда выбегала. Тогда, наверное, камень и выпал. Да, я не замечала, что он потерялся, до тех пор, пока мистер Энджел не привлек мое внимание к кольцу в тот вечер.

— Понятно, — проговорил Эллери и поднялся. — Большое спасибо, мисс Гимбол. Если мой совет для вас что-нибудь значит, я бы рекомендовал вам рассказать обо всем Поллинджеру...

— О нет! — в страхе воскликнула девушка. — Ни за что! О, прошу, не говорите ему. От одной мысли, что придется иметь дело с этими людьми...

— Это вовсе не обязательно, Эллери, — негромко заметил Билл. — Зачем усложнять дело? Никакой пользы это не принесет, а неприятностей у мисс Гимбол будет масса.

— Энджел прав, мистер Квин, — поддержал Билла Финч.

Эллери слабо улыбнулся:

— Что ж, сдаюсь под давлением большинства. Спокойной ночи.

Он пожал руку Финчу и Джоунсу. Билл переминался с ноги на ногу у двери. Он бросил взгляд на Андреа и тут же отвел его в сторону. Затем с унылым видом побрел за Эллери к выходу.

* * *

По дороге в Трентон Эллери и Билл почти не разговаривали. Только когда они проехали главное шоссе Пуляски и оставили позади огни аэропорта Ньюарк, Билл проговорил:

— Я виноват, что не сказал тебе, Эл. Надо было.

— Забудь об этом.

«Понтиак» несся по дороге.

— В конце концов, — снова подал голос из темноты Билл, — совершенно очевидно, что она говорит правду.

— Ты уверен?

Некоторое время Билл молчал. Потом спросил:

— Что ты имеешь в виду? Ведь с первого взгляда видно, что девушка настоящая. Уж не думаешь же ты... Боже, но это же смешно. Я ее могу считать убийцей не больше, чем собственную сестру.

Эллери прикурил сигарету.

— Сдается мне, — пробормотал он, — что за последние несколько дней в сердце твоем произошли серьезные изменения, сын мой.

— Да брось ты, Эл, — пробурчал Билл.

— А что такого? Будет, будет, Билл. Ты же не такой глупец. Ты же у нас умник. Еще в субботу вечером ты поносил на чем свет стоит богачей, и богатых молодых женщин особенно. И вот Андреа Гимбол — столь ярко выраженный представитель этого класса-паразита, столь тебе ненавистного. Как же мне не удивляться твоей столь неожиданной оценке?

— Она... — запинаясь, забормотал Билл. — Она... дело другое.

Эллери вздохнул:

— Ну, раз тебе так кажется.

— Что мне кажется? — взорвался Билл в темноте.

— Спокойно, дружище, — посоветовал Эллери, попыхивая сигаретой.

Билл нажал на педаль скорости. Остальную часть пути они ехали молча.

В кабинете Де Йонга на Ченсери-Лейн никого не было. Билл поехал на Саут-Брод, оставил свой «понтиак» около Маркит-стрит, и они быстрым шагом направились в темный холл окружного суда. В кабинете окружного прокурора на втором этаже они застали маленького, вечно недовольного Поллинджера и шефа полиции, сидевших с видом заговорщиков — лоб в лоб.

Оба отпрянули друг от друга и посмотрели на вошедших со смущенным видом.

— Вы посмотрите, кто это, — проговорил Де Йонг каким-то странным голосом.

— Легок на помине, — отводя глаза, пробормотал Поллинджер. — Садитесь, Энджел. Прямо из Нью-Йорка, мистер Квин?

— Да. Хотел получить все, что можно, из первых рук. А Билл тоже подвернулся. Есть новости?

Поллинджер бросил взгляд на Де Йонга.

— Что ж, — начал прокурор, — прежде чем приступить к делу, я бы хотел услышать ваше мнение, мистер Квин. Разумеется, если у вас таковое имеется.

— Quot hominess, tot sententie, — с улыбкой произнес Эллери и перевел: — Сколько людей, столько мнений. И у меня, полагаю, есть свое — маленькое, но свое.

— Зачем вас хотел видеть Финч?

— Ах это. — Эллери чуть заметно пожал плечами. — Хотел нанять меня расследовать это дело для Национальной страховой компании.

— Под углом бенефициария, надо полагать? — Поллинджер постучал пальцами по столу. — Я так и думал. Рад вам помочь, конечно. Можем работать вместе.

— Я отказался, — бросил Эллери.

— Отказались? — с удивлением протянул Поллинджер. — Ну-ну. Итак, ваши взгляды. Я не из тех зашоренных юристов, что и слышать не хотят мнение любителя. Выкладывайте.

— Садись, Билл, — сказал Эллери. — Кажется, тут запахло жареным.

Билл послушно сел. Взгляд у него снова стал острым.

— Итак? — промычал Де Йонг.

Эллери достал трубку.

— Мне нечем похвастать. Судя по всему, у ваших людей есть информация, которой я не располагаю. В данный момент у меня нет гипотезы насчет вероятного убийцы. Факты не складываются в целостную картину, по крайней мере, те факты, которыми располагаю я. И в то же время, как только я отождествил Уилсона как Гимбола, меня осенило, что есть одна линия расследования, которая может оказаться результативной. Полагаю, джентльмены, вы видели утреннюю местную прессу.

У Поллинджера вытянулась физиономия.