Сыщик поневоле - Михаил Александрович Михеев

– Ну что же, я вас слушаю.

– Слушает он! – хрипловато-визгливо влез тот, что в пуховике. Ну да, у него сейчас сам вид тренера по плаванию должен вызывать почечные колики. – Да я тебя сейчас, козел…

– Я не обижаюсь на дураков и студентов, – лениво заметил Виталий. – Поэтому твои зубы пока на месте.

– В самом деле, Седой, ты бы промолчал, – заметил предводитель гостей.

После «Седого» Виталий едва удержался от смеха. Нет, положительно, эти умники насмотрелись непонятно чего и играют теперь в «крутых», «понятия» и всю остальную чушь. Не понимая при этом, что авторитетом надо быть, а не казаться. Свое положение в уголовной иерархии люди зарабатывают годами, и бычьи плечи (у одного явно накладные) для серьезных людей – не аргумент.

– Так я слушаю, – напомнил он с максимально серьезным выражением лица.

– А где ваши спутницы?

Виталий на миг задумался, прикидывая как бы деликатно этого умника послать, но в этот момент в лесу в очередной раз гавкнула собака. Его собеседник разом просветлел лицом:

– Я понял… Седой, метнись, посмотри.

Правильное решение, в принципе. Разом и вопрос закрыл, и удалил того, кто своей неполной адекватностью может помешать разговору. Седой пробурчал что-то злое, но спорить не стал, а закутался поплотнее в свой пуховик и зарысил трусцой по дороге. При этом он ухитрился и подчиниться приказу, и в то же время всем своим видом продемонстрировать, что не шестерка. Это ж какой актерский талант надо иметь! Виталий даже восхитился немного, не забывая, правда, наблюдать за оставшейся троицей.

Тот, что с ружьем, между тем сместился чуть в сторону, оказавшись в трех шагах от Виталия. Дурак! Прежняя его позиция была куда выгоднее, а здесь попробуй, развернись со своей дурой. Второй заинтересовался шашлыками, и лишь предводитель, честно уверенный, что контролирует ситуацию, продолжил разговор:

– Виталий Семенович, давайте не будем ходить вокруг да около. Вы человек резкий, Седой вон убедился уже, но не стоит дергаться. Нас все же трое.

– Ню-ню, – пробормотал Виталий, практически не разжимая губ.

Все же трое, ага. Они считают, что целых трое, а на его взгляд, всего трое. Ладно, подождем.

– Не вижу повода для сарказма, – парень чуть поджал губы. И чего его, спрашивается, во все это понесло? Молодой, красивый, девкам нравиться должен… – Нас интересуют бумаги.

– Что за бумаги?

– Ой, только не надо прикидываться дурачком. Бумаги покойного Никифорова, разумеется.

– А с чего вы взяли, что они у меня?

– Знаем.

– Знаете? Это хорошо. Тогда где деньги?

– Какие деньги?

– Те, о которых я вчера сказал вашему адвокату.

– Какому еще адвокату? Виталий Семенович, перестаньте ерундой заниматься. Отдайте бумаги – и разойдемся по-хорошему.

Ситуация нравилась Виталию все меньше и меньше. Слишком много непонятного. А непонятное потенциально опасно. Что же, люди делятся на сов и жаворонков, но дятлов очень много. И конкретно с этими дятлами требовалось срочно разобраться. За себя Виталий не боялся, а вот девчонки…

Говорят, если гепарда пнуть под зад, он поможет вам развить скорость до ста километров в час. И это относится не только к бегу, но и к мышлению. В частности, к способности анализировать ситуацию. Мозг Виталия лихорадочно прокручивал варианты, и все больше приходил к выводу, что перед ним и впрямь группа дилетантов. Или дебилов, что по гамбургскому счету одно и то же. Который день вокруг исключительно недоделанный контингент. Не зря древние вопрошали: куда катится мир? Кошмар!

Но любители, пробы ставить негде. Не то что не воевавшие – не служившие, во всяком случае тот, что с ружьем, точно. Стоят бездарно, оружие этот умник держит картинно, так с ним обращаются в низкопробных боевиках. И они хотят, чтобы их воспринимали всерьез! Это ж надо! Как там министр говорил? Дебилы, б…?

Виталий с трудом подавил зевок. Увы, увы, придется все же объяснить им, кто в этом лесу самый главный папа.

– Закурить есть? И шашлыки приберите, сгорят – жалко будет.

Ну надо же, тот, который терся рядом с мангалом, шампуры снял, аккуратно отложив их на газету, а главнюк полез в карман за сигаретами и зажигалкой. Просто чудо, а не противник. Виталий сигарету взял, оторвал и выкинул фильтр, демонстрируя нервозность, аккуратно размял получившуюся гильзу в пальцах, разрывая будто случайно тонкую бумагу, а затем потянулся к щелкнувшему колесиком дрянной китайской газовой машинки предводителю и резко дунул.

Все же у одного человека, подготовленного, разумеется, кое-какого, пускай маленького, но все же преимущества перед группой не отнять. Ему не надо координировать свои действия, опасаться задеть товарища… В большой степени этот момент снимается, когда группа подготовлена для совместных действий, но не до конца. Сейчас же…

В общем, преимущество свое Виталий использовал на всю катушку.

Пока словивший порцию табака в глаза, рыча что-то возмущенное, тер лицо кулаками, Виталий занялся его вооруженным коллегой. Тот, демонстрируя крайнюю, можно сказать, вопиющую некомпетентность, проворонил момент начала активной фазы переговоров, и к тому моменту, как Виталий ухватил ружье за ствол и резко дернул его вверх, только-только начал разворачиваться. Логично, что результат вышел плачевный. Получил своим же оружием в лицо, рефлекторно дернул пальцем, выпалил в небо, сам оказался оглушен выстрелом… Осталось лишь выкрутить ружье у него из рук, не забыв сломать при этом застрявший в скобе палец, что вышло невероятно просто и быстро, ударом ноги заставить правое колено выгнуться назад и, развернувшись, атаковать так и не успевших прийти в себя участников наезда.

Тот, что остервенело тер глаза, тут же получил прикладом по почкам и рухнул на колени. Продолжая двигаться вперед, Виталий добавил ему коленом в лицо и лишь после этого встретил какую-то пародию на сопротивление. Последний из визитеров вырвал из кармана нож, паршивую выкидуху из тех, что продаются в любом ларьке, и, грозно щелкнув ею, попытался отмахаться.

Ага, щ-щас. Прикладом по руке, стволом в живот, и когда согнулся, за шиворот и головой в мангал. Ух, как он взвыл! В принципе, все, отоварить напоследок прикладом в челюсть, и парнишка улегся, распространяя вокруг себя запах паленой шерсти. Поле боя осталось за Виталием.

Девушки появились как раз к моменту, когда победитель заканчивал упаковывать пленных. Может, кто и скажет, что надо было мчаться и спасать, но Виталий пребывал в стойком убеждении: любые телодвижения можно делать, лишь тщательнейшим образом обезопасив тылы. А потому, не особенно заморачиваясь физическими мучениями травмированных противников, банально скрутил их, благо возил в машине и веревку, и моток скотча. Так, на всякий случай. Полезнейшая же вещь!

Спелёнатые им незадачливые гопники напоминали сейчас гламурных мумий в