Опасное знание - Боб Альман

Он был крепкого сложения, однако не такой богатырь, как Бюгден. На нем было черное драповое пальто, а в руке он держал черную шляпу. Мэрта была абсолютно права. Он действительно чем-то напоминал тапира. Его хоботообразный нос почти закрывал рот и подбородок. Лучшего носа для сыщика и не придумаешь. Уши у него оттопыривались почти под прямым углом, тоже на зависть всем сыщикам, потому что такие уши услышат самый слабый звук. Он кивнул Бюгдену, который тут же вытянулся в струнку и четким кивком приветствовал своего начальника.

— Доброе утро, — поздоровались они друг с другом.

— Мэрта Хофстедтер, — сказал Бюгден, показывая на труп. — Задушена руками.

Харальд Бруберг нагнулся над телом Мэрты. Он быстро скользнул по ней взглядом. Его хобот вдруг превратился в шланг пылесоса, который втягивал в себя все улики, как прямые, так и косвенные. Потом Бруберг снова выпрямился.

— Она умерла около десяти часов назад, — констатировал Харальд Бруберг. — Может, даже на пару часов раньше. Возможно, ее убили еще вчера вечером.

Бюгден с восхищением посмотрел на шефа, который задумчиво поглаживал свой огромный нос. На миг мне даже показалось, будто чья-то рука гладит морду лошади. Не хватало только кусочка сахару.

— На ногах у нее нет обуви, — сказал Харальд Бруберг.

— Сапожки лежат в оконной нише, — подсказал я. — Очевидно, она проникла сюда через окно.

Бруберг повернулся и несколько мгновений смотрел на меня.

— Ребят вызвали? — спросил он у Бюгдена.

— Вызвал, — ответил Бюгден. — Они сейчас придут.

Бруберг кивнул и повернулся к толстяку.

— Мне надо поговорить с кем-нибудь из руководства библиотеки, — сказал он. — Немедленно!

Толстяк неуклюже полез вверх по винтовой лестнице. Бруберг повернулся ко мне и смерил меня взглядом.

— Вы кто? — спросил он.

— Турин, — ответил я.

— Это он ее нашел, — сказал Бюгден.

— Вот как, — пробормотал Бруберг, все еще не спуская с меня глаз.

— Я пришел сюда в самом начале десятого, — сказал я, ощущая какую-то неловкость.

— Вы получили все необходимые сведения от господина Турина? — спросил он Бюгдена.

Он по-прежнему пристально смотрел на меня.

— Получил, — сказал Бюгден.

И злобно покосился на меня.

— Мы с комиссаром очень мило поговорили перед вашим приходом, — сказал я.

— Очень хорошо, — прервал меня Бруберг. — Мы вас больше не задерживаем.

— Но у нас возникли кое-какие трудности в смысле взаимопонимания, — продолжал я. — Мы говорили с комиссаром, так сказать, на разных языках. И поэтому мне хотелось бы сказать вам несколько слов.

Он не отрываясь смотрел на меня. Как будто здесь больше не было ничего интересного.

— Это важно? — спросил он.

— Возможно, — ответил я.

— Тогда подождите, — сказал он. — И постарайтесь не мешать нам.

Я отошел в сторону. Толстяк спускался по лестнице вместе с худощавым лысым мужчиной. Это был один из руководящих сотрудников библиотеки. Харальд Бруберг подошел к нему, представился и пожал ему руку.

— Нам нужно где-то расположиться на несколько часов, — сказал он.

— Понимаю, — сказал лысый покорно. — Мы можем освободить для вас зал текущей периодики и машинописное бюро. Я сам прослежу, чтобы все было сделано как можно быстрее.

— Прекрасно, — сказал Бруберг.

Лысый поднялся в зал текущей периодики, а когда снова спустился, за ним по пятам бежали два каких-то господина. Один из них громко протестовал против совершающегося беззакония, но, увидев представителей полиции, моментально замолк. У меня даже создалось впечатление, что совесть у него не чиста и он боится встречи с полицейскими. Один за другим они взбежали по лестнице и исчезли за дверью.

— Если вам нужно еще что-нибудь, я в полном вашем распоряжении, — сказал лысый Брубергу, и тот поблагодарил его.

А потом начался спектакль. Долговязый вприпрыжку спустился по лестнице, ведя за собой весь сыскной персонал. Он по-прежнему придерживал фуражку за козырек.

— Вот и мы, — сказал он, отдуваясь.

Бруберг коротко отдал ему несколько приказаний.

— А ты присматривай за всем, что здесь творится, — сказал он Бюгдену. — Я сейчас вернусь.

Он открыл дверь в зал текущей периодики и повернулся ко мне.

— Пойдемте, — сказал он.

— Мы будем извещать родственников? — спросил Бюгден.

— Как можно скорее, — ответил Бруберг.

Он сел на один из столов в зале периодики и положил возле себя шляпу. Потом достал трубку и табакерку из кармана пальто.

— Что вы хотели мне сказать? — спросил он.

— Я как раз находился в аудитории, когда там умер Манфред Лундберг, — начал я. — А перед семинаром я завтракал в «Альме». Мэрта Хофстедтер была одной из тех, кто сидел в «Альме» с прецептором Лундбергом, когда его отравили.

Бруберг, казалось, весь был поглощен своей трубкой. И если бы не его уши, я бы никогда не поверил, что он слышит меня. Но за такие уши можно не беспокоиться. Они слышат все.

— Вы полагаете, что между этими двумя убийствами есть какая-то связь? — спросил он.

— Меня, во всяком случае, не удивило бы, если бы такая связь существовала, — ответил я.

— Что заставляет вас так думать?

— Вы только что сказали, что, возможно, она была убита вчера вечером. Следовательно, это произошло через несколько часов после следственного эксперимента в «Альме». Может быть, она заметила что-нибудь подозрительное, когда сидела за этим столом первый раз во вторник.

— Почему же она ничего не сказала об этом вчера вечером?

— Люди далеко не всегда сразу выкладывают все, что знают. Иногда по тем или иным соображениям они предпочитают молчать.

Бруберг зажег трубку и потушил спичку. Трубка шипела, как старый паровой котел.

— Совершенно верно, — сказал он. — Я вижу, вы неплохо осведомлены обо всем, что связано с этим делом.

— Я знаю многих преподавателей с юридического факультета, в том числе и вашего брата, — ответил я.

— Так вы знаете Эрнста? — сказал он, посасывая трубку. — И говорили с ним об убийстве Манфреда Лундберга?

— Об этом я говорил не с ним, хотя и встретил его вчера. У Бринкманов.

Бруберг улыбнулся. И улыбнулся не одними лишь уголками губ, но тут же прогнал улыбку.

— Что еще вы могли бы мне сказать? — спросил Бруберг.

— Мне не хотелось бы говорить здесь об этом, но вчера поздно вечером я встретил в баре Хильдинга Улина, секретаря юридического факультета. Он сказал, что видел вечером Мэрту и даже проводил ее немного.

— Может быть, он имеет в виду встречу во время следственного эксперимента?

— У меня сложилось впечатление, что он провожал ее после следственного эксперимента. От филологического факультета. Но возможно, это просто случайное совпадение.

— Да, возможно, это просто случайное совпадение. Во всяком случае, спасибо за информацию. Перед тем как вы уйдете, оставьте свое имя и адрес Бюгдену. Через пару дней мы, может быть, более подробно обговорим с