Будьте осторожней с комплиментами - Александр Макколл Смит

Джейми подошел к туалетному столику и взял щетку. Нагнувшись, чтобы видеть себя в зеркале, он яростно приглаживал волосы, но они, как всегда, не слушались его.

— Не расстраивайся, — сказала Изабелла. — Они очень мило выглядят. Твои волосы лежат так естественно, Многие женщины пошли бы на убийство ради того, чтобы у них так лежали волосы.

— Они меня раздражают, — возразил Джейми. — Иногда я подумываю сходить в то место в Брантсфилде, ты знаешь, в ту парикмахерскую, и сделать стрижку ежик или вообще побрить голову. Как называется такая прическа? Кажется, под нуль.

— Ни в коем случае, — решительно воспротивилась Изабелла. — Это было бы преступлением.

Он обернулся:

— Но почему? Это же моя голова.

Ей хотелось сказать: «Нет, это не так, она и моя тоже», но она одернула себя. Однако она так подумала и тут же осознала, что Джейми отдан ей лишь во временное пользование, как и все мы даны друг другу.

Она выдернула нитку, торчавшую из платья для коктейлей.

— Я думаю, было бы жаль, если бы тебя обрили наголо. А тебе не кажется, что бритые головы выглядят агрессивно?

— Я же не всерьез, — сказал он. — Как ты думаешь, не следует ли мне сделать себе татуировку?

Она засмеялась, и он тоже, и полотенце, повязанное у него на талии, упало на пол. Изабелла невольно покраснела, но встала и подошла, чтобы поднять его, прежде чем Джейми успел это сделать. Она вытерла ему этим полотенцем плечи, затем грудь. Кожа Джейми была нежной и гладкой; он совсем как мальчишка, подумала она. Они оделись. Джейми сказал:

— Как ты думаешь, Чарли проснется?

Она так не думала. Грейс осталась присматривать за ним. Она уютно устроилась в утренней комнате, где у Изабеллы стоял телевизор. Чарли накормили, и Изабелла считала, что теперь он проспит весь вечер — по крайней мере, до полуночи.

— Сомневаюсь, что мы там пробудем так долго, — предположила она. Изабелла не стала вдаваться в причины, но Джейми и так догадался, что она имела в виду. Он начинал сомневаться, стоило ли ему принимать приглашение Кэт. Отказаться было бы невежливо, но теперь, когда это приглашение принято, у него появилось какое-то предчувствие относительно этой встречи.

Он решил признаться в этом Изабелле.

— Я немного нервничаю, — сказал он. — Прости. Мне как-то не по себе.

Изабелла попыталась его успокоить.

— Самый лучший способ справиться с былой страстью — это обращаться с ним или с ней как со старым другом или, может быть, родственником.

Он немного подумал над этим.

— Все это очень хорошо, но я чувствую себя совсем иначе, когда отправляюсь повидаться со старым другом. Это совсем другое.

— Просто не беспокойся об этом, — сказала она. — Перестань думать на эту тему. — Она взяла его за руку. — А почему бы нам не спуститься вниз и не выпить чего-нибудь перед уходом? Скажем… джина с тоником.

— Чтобы стать храбрыми во хмелю — как голландцы?

— Да, — согласилась она. — Хотя должна сказать, что это выражение всегда казалось мне не слишком корректным.

— А голландцы храбрые?

— Думаю, они такие же, как все. Одни смелые, другие нет. Но это не имеет отношения к самим голландцам. Тут дело в джине, который они делали. — Она пожала ему руку. — Не позволяй Кэт тебя запугивать.

— Зачем она нас пригласила? — спросил он. — Зачем?

Изабелла не могла дать ответ на этот вопрос, да и не пыталась. Они спустились по лестнице и вошли в гостиную. Изабелла принялась готовить напитки, а Джейми отправился в утреннюю комнату переговорить с Грейс. Вернувшись в гостиную, он сказал:

— Я собираюсь вызвать такси для Грейс. У нее начинается мигрень.

Грейс была подвержена внезапным приступам мигрени, и тогда ей нужно было провести сутки в постели, чтобы приступ прошел. Изабелла препоручила приготовление напитков Джейми, сказав:

— Займись этим, а я вызову такси и помогу Грейс собраться.

— Мы позвоним и откажемся от приглашения? — спросил Джейми. В голосе его не чувствовалось разочарования.

Изабелла оглянулась на него с порога, шутливо изобразив удивление:

— Почему? Чарли может отправиться с нами. — «А почему бы и нет?» — подумала она. Кэт не может больше притворяться, будто Чарли не существует. Она к нему холодна, практически его не признает, но так дальше не может продолжаться.

Грейс держала таблетки от мигрени в доме. Она уже приняла одну и чувствовала себя немного лучше, но Изабелла настояла, чтобы она отправилась домой, и усадила ее в такси. Потом вернулась в гостиную, и Джейми передал ей стакан.

— Она подняла стакан, глядя на него, потом отхлебнула.

— Крепкий, — сказала она, состроив гримасу.

Джейми усмехнулся:

— Нам предстоит долгий вечер.

Изабелла не любила крепкий джин с тоником, но сейчас ей это было необходимо. Джейми тревожили те же мысли, и когда он осушил свой стакан, то почувствовал себя увереннее перед встречей с Кэт. Однако совсем волнение не улеглось, и теперь он понял, что это сексуальное возбуждение. Он отвел взгляд от Изабеллы, словно она могла угадать его состояние по глазам.

Кэт недавно переехала в квартиру на Феттез-роу, которая находилась на четвертом этаже георгианского дома, и добираться до нее нужно было по общей винтовой лестнице, соединявшей лестничные площадки, на которые выходили квартиры. Они ехали по городу в такси, и Чарли спал в своей «походной» кроватке. Теперь, когда они прибыли на место и Джейми донес Чарли до квартиры Кэт, Изабелла, стоявшая за спиной у Джейми, наклонилась и взглянула на своего сына.

— Как она может его не любить? — пробормотала она.

Джейми резко отреагировал, тут же спросив:

— Кто? Она его не любит?

Поскольку Изабелла не затрагивала в разговорах с Джейми тему Кэт, то она ни разу не упомянула при нем о враждебности Кэт по отношению к Чарли. И у нее не было намерения делать это сейчас. Случайно вырвавшиеся у нее слова не предназначались для ушей Джейми, но теперь поздно было отступать. Однако она сделала попытку.

— Я не знаю, так ли это, — произнесла она извиняющимся тоном. — Я что-то чувствую в ее поведении, но, быть может, мне не следует делать такие далеко идущие выводы и говорить, что она его не любит.

Джейми нахмурился. Он бросил взгляд на лестничный пролет.

— Знаешь, мы могли бы вернуться домой, — предложил он, понизив голос. — У нас идеальный предлог — это Чарли. Младенцы плохо сочетаются с вечеринками.

Изабелле показалось, что он разгневался, и это ее удивило. Обычно он был очень доброжелателен, но сейчас, по-видимому, рассердился. Конечно, он же отец, напомнила она себе, а любого родителя, особенно новоиспеченного, обижает мысль, что кому-то может не нравиться его ребенок. Наши дети идеальны, особенно когда они только появились на свет и еще не показали себя. Однако слово было сказано, и, возможно, Кэт услышала, как хлопнула входная дверь и как они поднимались по лестнице. Изабелла представила себе такую картину: они крадутся к выходу, а Кэт открывает дверь и видит их удаляющиеся затылки. У хозяйки вполне мог появиться повод для раздумий: отчего это гости решили удалиться, даже не дойдя до двери? Однако станет ли Кэт раздумывать над этим? Изабелла решила, что не станет. Честно говоря, она и сама не стала бы строить предположения в подобном случае: ведь мы редко склонны винить в случившемся себя.